Времятрясение

— Могу ли я попросить вас, преподобный, чтобы вы посидели спокойно, иначе просто сломаете себе шею.

Преподобный послушно плюхнулся на ступеньку лестницы, оперся локтями о колени и опустил окровавленное лицо на руки.

— Я боюсь за своего кузена, Гидеон. Это же правая рука. Господи! Только бы он не лишится руки!

Тем временем старый джентльмен тихонько полз к Тоби.

— Я его вам подам, — быстро сказал Питер.

При ходьбе у него кружилась голова, поэтому он шел, касаясь стены. Питер поднял Тоби, короткие лапки и голова пса безжизненно свисли вниз. Голова Тоби свесилась, пасть открылась, обнажив десны.

Старый джентльмен все еще стоял на четвереньках, не отрывая глаз от своего преданного друга, от своей собаки.

— Скажите мне правду, молодой сэр. Он теплый или холодный?

— Он теплый, сэр, — ответил Питер.

Гидеон встал на колени рядом со старым джентльменом и положил руку ему на спину:

— Вам помочь подняться, сэр?

Старый джентльмен покачал головой.

Гидеон встал, его переполнял гнев.

— Черт побери этого Синекожего! Неужто его единственная цель на этой земле — сеять несчастья и страх? Питер, бегите и приведите Ханну. Я должен притащить Дегтярника обратно, чтобы исправить руку сэра Ричарда.

— Что? — воскликнул Питер.

— Сейчас нет времени объяснять. — Гидеон потянул крышку люка. — Сэру Ричарду будет страшно больно, как только он придет в себя. За ним нужен уход.

Как раз когда Ханна помогала Кэйт забинтовывать ноги полосками ткани от нижней юбки, в окне кареты появилась рука. Из темноты возникла чья-то голова с открытым ртом и взлохмаченными волосами. Ханна взвизгнула.

— Успокойтесь, Ханна! — воскликнула Кэйт.

— Господь, сохрани нас! Я приняла вас за разбойника, мастер Питер!

— Кэйт! Ханна! Сэр Ричард сильно ранен, ему нужна помощь, — задыхаясь от спешки, скороговоркой проговорил Питер. — И преподобный тоже получил удар по голове, и старый джентльмен ранен. Даже пес без сознания…

— Оййй! Помедленнее! — попросила Кэйт. — Что ты там бормочешь?! Что случилось с сэром Ричардом и преподобным? И что со старым джентльменом? Что с собакой?

— Дегтярник выстрелил в сэра Ричарда? — встревожилась Ханна. — Нужен врач?

— Я не видел сэра Ричарда, но ему плохо… Преподобный думает, что сэр Ричард может лишиться руки.

— Что же там случилось? — закричала Кэйт.

Ханна перекрестилась.

— Нет времени объяснять, — сказал Питер, отходя от кареты. — Я должен идти. Гидеон один пошел за Дегтярником.

Питер исчез так же внезапно, как и появился. Кэйт высунула голову в окно:

— Питер! Подожди, я только перевяжу другую ногу и пойду с тобой… Питер!

Питер остановился и посмотрел на нее.

— Догоняй меня, Кэйт. Ты не видела, что натворил Дегтярник. Я не могу ждать — Гидеону нужна хоть какая-то поддержка. Вы с Ханной быстрее идите туда, — вы нужны сэру Ричарду и преподобному.

И Питер убежал.

— А мне нужен ТЫ, — пробормотала Кэйт.

* * *

Ханна объяснила кучеру, как найти врача и поспешила за Кэйт. Ноги Кэйт, хотя она и бодрилась, были вовсе не в порядке. Мельчайший камешек причинял сильную боль. Только бы не упасть — твердила про себя Кэйт.

— Бедняжка, — ласково сказала Ханна. — Вы ковыляете, как старуха.

— Большое спасибо, Ханна!

Они остановились у приоткрытой двери дома Дегтярника и боязливо переглянулись.

— Просто на всякий случай. — Кэйт наклонилась и выскребла немного сухой земли из щелей между булыжниками мостовой. — Этому трюку научил меня Гидеон. Если кто-то нападает на тебя, просто брось это в глаза и беги без оглядки.

— С вашими ногами, в таком состоянии… — прошептала Ханна. — Давайте надеяться, что вам это не понадобится…

Они с величайшей осторожностью толкнули дверь и тихо прокрались в дом. Услышали голоса. На полу, посреди холла стояла свеча, бросавшая круг слабого света. Сильно пахло рекой. Преподобный Ледбьюри и старый джентльмен сидели на каменных плитах, опираясь о стену, плечами касаясь друг друга. Кэйт облегченно вздохнула. Эти двое напомнили ей старых котов на ферме, ее любимцев, двух бродяг с порванными ушами, которые, важничая, сталкиваясь боками, расхаживали взад-вперед по двору фермы. Старый джентльмен откинул голову назад и что-то глотнул из маленькой фляжки, затем вытер рот большим носовым платком и довольно вздохнул. Он предложил фляжку преподобному Ледбьюри, тот благодарно взял ее и сделал большой глоток.

— Нектар, мой дорогой друг! — сказал он и протянул старому джентльмену серебряную коробочку. — Угощайтесь. Лучший табачок в Лондоне. Рекомендован мне сэром Ричардом. Я пошлю такого и вам, если понравится.

Старый джентльмен положил щепотку табака на тыльную сторону ладони, заткнул одну ноздрю и потянул носом.

— Право слово, преподобный, это очень славно. Очень славно, в самом деле. Я часто думаю, что маленькие удовольствия жизни — самое сладкое в ней. Когда поправитесь, надеюсь, окажете мне честь отобедать со мной в одном славном ресторанчике на Лайон-сквер…

— Кажется, у преподобного появился друг, — прошептала Ханна.

— С величайшим удовольствием, мой дорогой, — ответил преподобный.

Ханна кашлянула, чтобы возвестить о своем присутствии, и сделала неуклюжий реверанс.

— Кэйт! Ханна! — воскликнул преподобный. — Ах, какая услада для опечаленных глаз. Дегтярник позабавился с нами, как лиса в курятнике, но, по крайней мере, никто из нас не умер — хотя сэр Ричард плох, очень плох. Что же касается этого храбрейшего джентльмена и его собаки, то они оба были вознаграждены ранениями за то, что пришли нам на помощь.

Ханна немедленно вытащила носовой платок и бутылку с водой и начала промывать раны на голове преподобного. Тоби неподвижно лежал на коленях у своего хозяина. Старый джентльмен посмотрел на Кэйт, и его бледное лицо вдруг оживилось:

— Вы подруга юного джентльмена?

Кэйт улыбнулась и попыталась сделать реверанс.

— Да, сэр. Меня зовут Кэйт.

— Подойдите ближе, дитя.

Кэйт опустилась на колени около старого джентльмена.

— Это честь для меня, встретить друга мастера Скокка — мы с ним товарищи по оружию. Вы тоже чужеземка?

— Да, сэр.

Старый джентльмен внимательно рассматривал лицо Кэйт.