Страница 49 из 76
Глава 25
— Ты выглядишь потрясающе, Аврора. У меня в голове не укладывается, как я мог принять тебя за парня подростка.
— Наверное, всему виной моя гениальная актерская игра и искусство перевоплощения? — предположила она.
— Точно. Как я сразу не догадался.
Мы зашли в кафе и заняли столик в глубине зала. Аврора заказала кофе, я не стал оригинальничать, тоже попросил кофе.
— Как твои дела, Вик? Ты говорил, хочешь заняться бизнесом.
— Так и есть. Я теперь бизнесмен. Разве не похож?
— Скорее ты похож на бандита, чем на бизнесмена. Что у тебя за бизнес, если не секрет?
— Собираю на свалке свинец и олово.
Аврора рассмеялась.
— Ну и как, прибыльное дело?
— Зря смеешься. Пари я у тебя выиграю.
— Вик, сделай одолжение, не вспоминай про пари.
— Извини. Брякнул, не подумав… я в самом деле не ожидал твоего звонка.
Видимо, не смог скрыть досады, Аврора заметила, как я помрачнел.
— Что? Думаешь, я тебя просто использовала, а потом просто вербовала? Ничего личного, просто… служба. Так, Вик?
— Да, именно так я и думал. Уж извини, не люблю ходить вокруг да около. Предпочитаю сразу говорить, как есть.
— Ты и сейчас думаешь, что я позвала тебя в кафе ради вербовки, — произнесла она с горечью в голосе.
— Ну… надежда умирает последней. Но в целом да. Именно так я и думаю.
— В таком случае, Вик, я сразу сообщу тебе все, что должна сказать в рамках вербовочных мероприятий, а потом мы просто попьем кофе. Просто посидим и повспоминаем, как сидели ночью у костра на берегу моря.
— Как скажешь, — я вздохнул, — Просто посидеть, я не против.
— Прошел слушок, Вик, что на побережье появился зерг с особыми способностями.
— Эка невидаль, — прокомментировал я.
— Во-первых, да, невидаль. Но главное не это. Этот зерг кустарным способом плавит тот самый свинец и олово, да так ловко плавит, что получает чуть ли не стопроцентно чистый состав. Представляешь? Целый химкомбинат не способен получить состав такой чистоты. Этот зерг прямо — золотое дно. Не находишь?
— Кто-то не поленился сделать спектральный анализ слитков, — предположил я.
— И спектральный тоже, — подтвердила Аврора, — Так вот, Вик, этим зергом заинтересовались серьезные и очень опасные люди.
— Да-да, понимаю. Отсюда вывод: мне надо срочно записываться в твою диверсантскую школу, где меня не достанут нехорошие злые дяди.
— Будь осторожен, Вик. Хотя бы просто будь предельно осторожен.
— Это все?
— Все… хотя нет. Есть еще кое-что.
— Слушаю.
— Если погибнешь по бараньей своей упертости, я тебе этого не прощу. Вот теперь все. Теперь просто сидим и болтаем.
Мы просто сидели, болтали и смеялись. Я вспоминал, как называл ее Аврелием. Она соглашалась, что имя нелепое, но ничего другого в голову ей в тот миг не пришло. Еще она вспомнила, что имя Аврелий я произносил с таким серьезным видом, что ей постоянно приходилось сдерживаться, чтобы не хохотнуть. Мы отлично провели время, а потом я пошел ее провожать. Довел до того самого особняка с высоченной стеной и охраной.
— Ну вот и все, — сказал я, — Передаю тебя в надежные руки бдительного бойца.
— Спасибо за вечер, Вик.
— Это тебе спасибо. Теперь буду надеяться, что ты снова мне позвонишь. Пусть даже в очередной раз предупредить об опасности. К черту опасности. Вечер с тобой того стоит.
Аврора приблизилась ко мне, чмокнула в щеку, обдав одуряющей волной, и упорхнула в калитку. Боец с лязгом закрыл за ней дверь, оставив меня на улице одного.
Время было не позднее, отправился обратно пешком. Весна набирала силу. В этой части города совсем не пахло свалкой, я никак не мог надышаться этим воздухом. Наверное, этот дурманящий воздух теперь всегда будет ассоциироваться у меня с Авророй. Шел, мечтая, что когда-нибудь удастся очистить побережье от зловонного мусора, чтобы люди могли загорать на пляже и купаться в чистом море.
До пригорода дошел в начале двенадцатого ночи. Как раз к тому времени, когда путаны заступают на пост у мигающего светофора. В этот раз стояли те самые две девахи, которых я вытаскивал из лап нариков, потерявших берега.
— Привет, девчонки. Я смотрю, вы не из робкого десятка. Не боитесь работать после того, что пережили.
— Вообще-то боимся, Вик, но что нам остается? — одна из них достала маленькую фляжечку, — Будешь?
— Нет, спасибо.
— Мы никому ничего… — заверила вторая.
— Я знаю. Вы молодцы. Я по другому делу… говорят, на районе начали пихать манку. Знаете, где?
— Знаем, конечно. По этой улице пройди два квартала, сверни налево, еще два квартала пройдешь. Там у бывшей заправки крутится один. Зовут его… не помню.
— Я тоже не знаю, как его зовут, — подключилась вторая, — Но ты его сразу узнаешь. Волосы сальные прилизанные. Выглядит, как задрот.
— Так он и есть задрот…
— Так, дамы, — прервал я обсуждение половых предпочтений дилера, — Этот… сальный прилизанный толкает манку?
— Ну… так мы про него и говорим.
— Понял. Спасибо, девчонки. Берегите себя.
— И ты себя береги, Вик.
— Мы за тебя молимся, — добавила вторая уже вдогонку.
М-да. Всякая фигня в моей жизни случалась. Но чтобы проститутки за меня в церкви молились, такого не припомню. Я направился к указанной заправке, по пути убеждаясь, что точка дилера находится всего в паре кварталов от горелого бара. То есть он развел торговлю этой дрянью фактически у меня под носом. Утырки совсем страх потеряли.
Я едва сообразил, что поросший кустами пятак и есть бывшая заправка. От заправки там осталась только ржавая колонка, да и та покосившаяся. Вот у этой самой колонки и терся человек с тщательно зачесанными назад длинными волосами.
— Братиш, есь чо? — обратился я к нему приглушенным голосом.
— А чо чо? — вопросом на вопрос переспросил он, забегав глазками по округе.
— Да лан, братиш, мне кисленького… сам знаешь, чо… бобосики есть, — я протянул пятитысячную купюру.
Как положено пихающему дурь барыге, он был труслив и осторожен, но вид протянутой крупной купюры помог преодолеть извечный страх быть пойманным.
— Тебе две дозы что ли? — спросил он.
Я неопределенно дернул щекой. Понятия не имею, сколько стоит доза. Хватит тут на две или он меня просто проверяет.
— Одну, — бросил я кратко.
— Давай, — сказал он, одной рукой забирая деньги, а другой передавая пакетик с чем-то белым.
Свою купюру я ему не отдал, зато схватил за ту руку, в которой был зажат пакетик.