Страница 48 из 76
— Вам привет от Арнольдыча, — я незаметно протянул в окно сложенную повдоль тысячную купюру. Водитель купюру тут же забрал.
— Что нужно?
— Нужно присмотреть за стройкой, — ответил я, — На месте сгоревшего бара.
— Присмотрим, — без особого рвения пообещал мент, — Что-то еще?
Поколебавшись, я все же спросил.
— Не знаете, где тут на районе дурь толкают?
— Не знаем и вам не советуем, — категорически открестился мент. Поднявшееся следом окно не оставило иных толкований: разговор окончен.
Мог бы и не спрашивать. Ментам проблемы не нужны. Я пошел обратно, у меня снова запиликал мобильник. Думал, опять звонит Санни с очередным поручением, но это оказался не Санни.
— Аврора?
— Вик, ты так удивлен, как будто совсем не ждал звонка, — в голосе Авроры прозвучал легкий упрек, — Я вот ждала, что ты первый меня наберешь.
— В самом деле неожиданно, — признался я честно.
— Что? Совсем мне рад?
— Рад. Конечно рад, но… вести тебя в эту, как ее…
— В Крымскую жемчужину, — подсказала Аврора с таким разочарованием в голосе, будто я заговорил о чем-то неприличном.
— Да, в нее… пока еще не готов, — я все же досказал начатую фразу.
— Ты так зациклился на этом дурацком пари или по-твоему нам поговорить больше не о чем? — спросила она с вызовом.
— Аврора, не надо ловить меня в логические ловушки. Я тебе очень рад. Ты сама об этом прекрасно знаешь. И почему я первым тебе не позвонил, ты тоже прекрасно понимаешь.
— Извини, Вик, — ее голос потеплел, — Успела погрязнуть в привычной среде и забыть, насколько ты прямолинеен. Так ты хочешь со мной встретиться?
— Подъеду, куда скажешь, — пообещал я.
— Пересечение Серова-Репина. Кафе Арт-Студия. В восемь тридцать. Устроит?
— Меня бы устроило пересечение шестьдесят девятой параллели с восемьдесят восьмым меридианом, — отшутился я, — Буду к восьми тридцати.
Я вернулся на стройку. Один из работников отчитался, что все панели привезены, но с мусором надо бы сделать еще одну ходку. Я дал добро на еще одну ходку. Они поехали на свалку разгружаться, а я все-таки установил нижний ряд панелей. Дальше собирать будет проще.
Когда грузовик приехал в третий раз, и мужики закидали в него остатки мусора, я поехал к побережью вместе с ними. Уже там рассчитался с водителем и с ними. Они проработали по пол дня, так что выдал по восемьсот рублей на человека.
— Завтра когда подходить? — деловито спросил работник, убирая деньги в карман.
— Пока сам не знаю. Аристотель занимается проектом, уточняйте у него.
Затем отправился к цеху. За день парни натаскали приличные кучи технического лома, но с новыми возможностями кайла, я разобрал все эти кучи на химические элементы за какие-то полчаса.
— Заканчиваем на сегодня, — распорядился я, — Грузите слитки в тачки. Поедем сдаваться.
В пункте приема Арнольдыч все взвесил. Я получил расчет от него, и сам расплатился с добытчиками.
— Дядь Вик, ты сегодня торопишься, — констатировал Мотька, когда мы вышли из здания пункта.
— Есть такое, Мотька. У меня на вечер назначена встреча. Нагреешь мне воды для бритья?
Мотька понимающе хмыкнул.
— Красивая? — спросил он с хитрым прищуром.
— Красивая-красивая… все тебе знать надо.
Вымыл голову под холодной водой, зато с мылом, побрился, надел выходную перуанку, бриджи и сандалии. Сделал все, что мог. Сам я красивей уже не стану. Вышел из Ривьеры и направился в сторону города. В компьютере у Арнольдыча посмотрел, что пересечение Серова-Репина — почти центр города, добираться придется далековато.
Тормознул попутку. Водитель ржавого Опеля согласился подвезти за пятьсот рублей. Дороговато, но пришлось согласиться. В восемь двадцать я стоял возле кафе Арт-Студия. На улице стемнело, а внутри кафешки все помещение было хорошо освещено желтым уютным светом. Через ростовые окна я видел находящихся там людей.
Похоже, название кафе не случайно. Здесь собираются люди искусства. Каждый одет по своему собственному предпочтению без оглядки на общепринятые стандарты. У одного посетителя на голове нахлобучен берет немыслимых размеров, у его соседа шея в несколько слоев замотана кислотно-желтым шарфом. У девушки, сидящей за столиком у самого окна, джинсы были в рукотворных дырах с нарочито небрежными полуоотодранными свисающими лоскутами.
Я догадался, что Аврора с умыслом выбрала это место. Она не знала, как я буду одет, возможно, допускала, что приду в своей рабочей одежде. Но в этом обществе даже в грязных до черноты джинсах я бы не выглядел слишком уж чужеродно. Молодец Аврора, проявила предусмотрительность.
Ее привезла большая черная машина. Высадила и сразу поехала дальше. Увидев меня, Аврора заулыбалась.
— Здравствуй, Вик, — она показала большой палец, — Отлично выглядишь.