Рассвет Элларии

Глава 18. Даниэлла

Таким дворец я давно не видела. Повсюду горели десятки ламп, отражаясь в начищенных до зеркального блеска мраморных плитах Главного зала. Союз Государств праздновал первое великое десятилетие. Мама превзошла саму себя: огромные стрельчатые окна были задрапированы шёлком, оркестр выводил торжественные марши, а за длинными столами, уставленными заморскими винами и диковинными угощениями, шумели сотни гостей — делегаты, послы, генералы и аристократия Союза.

Я то и дело поправляла подол тёмно-зелёного бархатного платья. Мать лично выбирала его, уверяя, что этот цвет идеально подчёркивает статус, хотя я предпочитала брюки. Мне полагалось чинно стоять рядом с ней и улыбаться важным вельможам, но, признаться честно, от напыщенных речей о «вечной демократии» и «торговых квотах» у меня уже сводило челюсть. Куда интереснее было изучать ведьмовство или основы боя под руководством Эвелин.

К счастью, мама отвлеклась на посла из Асадаля, и я тут же ускользнула к уединённому фуршетному столу в восточной части зала, где уже собралась вся наша компания.

— Спаси меня, иначе я сейчас запущу в этого столичного франта пирожным с кремом! — вместо приветствия зашептала Валерия, хватая меня за руку. Её тёмные глаза метали искры, а летящее шёлковое платье персикового цвета совершенно не сочеталось с воинственным настроем. — Он трижды спросил, умею ли я вышивать гладью. Я! Дочь главного торгового представителя! Я ему сказала, что умею вышивать только крестиком на контрактах его отца, так он чуть бокалом не подавился!

— Лер, ты невыносима, — лениво отозвался Юлиан, поправляя безупречный воротник суконного камзола. За последнее время он заметно вытянулся, возмужал и стал говорить с ещё большим апломбом, хотя мы-то знали, какой он на самом деле. — Это называется светский этикет. Ты должна была вежливо улыбнуться и перевести тему на погоду. Вот я, например, два часа обсуждал с судьёй восточных провинций реформу уголовного кодекса, и ничего, жив.

— Ключевое слово здесь — «судья», — буркнул Марк. Он, вопреки всем правилам приличия, сидел на краю стола и увлечённо расковыривал десертной вилкой механизм декоративного подсвечника. — Вы нашли друг друга. Два зануды. Амелия, скажи им.

Амелия, выглядевшая как фарфоровая куколка в нежно-голубом платье, лишь тихонько рассмеялась, прикрывая рот ладонью.

— По-моему, бал прекрасен, — мягко произнесла она. — Музыка чудесная, и еда... этот земляничный мусс просто божественен. Дани, твой отец заказывал его из южных теплиц?

— Наверное, — я грустно улыбнулась, бросив быстрый взгляд в сторону подиума.

Отец сидел там, отрешённый от всего происходящего, в парадном сером мундире. Мама стояла рядом, оживлённо жестикулируя и принимая поздравления.

— О, глядите-ка, — Валерия вдруг заговорщицки толкнула меня локтем в бок. — Твой грозный рыцарь пытается вырваться из капкана.

Я повернула голову, и сердце мгновенно пропустило удар.

На противоположном конце зала, у дверей, стоял Лео. В капитанском доспехе, с чёрным плащом, заколотым на плече массивной брошью Союза, он выглядел невероятно статно. Его намертво зажала компания Каина. Сам Архижнец, выглядевший в полувоенном кафтане как варварский король, вальяжно покачивал бокалом с вином и что-то громко доказывал двум седовласым генералам регулярной армии. Остальные Жнецы, стоявшие рядом, угрюмо поддакивали, время от времени хлопая парня по наплечникам.

Лео вежливо кивал, но его взгляд лихорадочно сканировал зал. И когда наши глаза наконец встретились сквозь толпу гостей, на его губах промелькнула едва заметная, облегчённая улыбка. Я увидела, как он что-то коротко сказал наставнику. Тот удивлённо поднял бровь, зыркнул в нашу сторону, а затем хищно, понимающе ухмыльнулся и пренебрежительно махнул рукой, отпуская воспитанника. Лео развернулся и решительным шагом направился прямо к нашему «тихому углу», буквально разрезая толпу разодетых аристократов своей мощной, уверенной аурой.

— Капитан на горизонте, — шутливо отрапортовал Марк, поспешно пряча отвёртку в карман брюк. — Равняйсь, смирно, а то сейчас нас всех отправят на гауптвахту за порчу дворцового имущества.

— Приветствую, — Лео подошёл к нашему столу, и я физически ощутила, как вокруг повеяло его привычным, прохладным покоем. Никакого следа от той жуткой раны, которую я лечила неделю назад, не осталось. Он выглядел абсолютно здоровым и... очень красивым.

— Ну и как там, на передовой высшей дипломатии? — съязвила Валерия, протягивая ему бокал с вином. — Каин уже предложил тебе выпить крови Одержимого за здоровье Совета?

— Хуже, — Лео со вздохом облегчения принял бокал и сделал большой глоток. — Он два часа заставлял меня слушать стратегический план обороны восточных перевалов на случай, если лорды Кайрэна решат нас предать. Генералы записывали каждое слово, будто это священное писание. Рад, что вырвался.

— Мы как раз обсуждали, что ты у нас большая шишка, — ухмыльнулся Юлиан, дружески хлопая его по плечу. — Скоро ещё и пакт с Асадалем. Может, подкинешь моим парням пару патрулей потише?

— Только если ты сам пойдёшь в первой шеренге, в лучшем камзоле, — парировал Лео, и вся наша компания дружно расхохоталась.

Оркестр на галерее внезапно смолк, а затем скрипки заиграли новую, более медленную и плавную мелодию — традиционный вальс Союза, который мама привезла из приморских республик. Делегаты и их дамы начали парами выходить в центр зала.

Лео повернулся ко мне. Его взгляд был полон такой мягкой, затаённой нежности, что у меня перехватило дыхание.

— Даниэлла, — он слегка наклонил голову, изящно, по-военному протягивая ладонь. — Позволишь?

От этой показной манерности я не сдержала смешка.

— С удовольствием, — улыбнулась я, вкладывая пальцы в его широкую, горячую ладонь.

Валерия сзади восторженно пискнула, а Марк понимающе хмыкнул, возвращаясь к подсвечнику.

Мы вышли на середину зала. Лео уверенно положил руку мне на талию, и мы закружились в ритме музыки. Он двигался на удивление легко для человека, закованного в броню — его боевая подготовка делала каждое движение плавным и выверенным.

— Как твой бок? — тихо спросила я, заглядывая ему в глаза, когда мы пролетали мимо очередной сияющей люстры.

— Твоя магия сотворила чудо, — шёпотом ответил он, и его рука сжала мою талию чуть крепче, притягивая ближе, чем требовали правила приличия.