Измена. Отец жениха выбрал меня

Мы переехали за один день. В спальне стояла моя кровать, в гостиной — рабочий стол и кресло. Бабушкину вазу я поставила на кухонный подоконник. Пластиковый домик-брелок повесила на отдельный крючок возле двери.

Алиса заметила его.

— Ты забрала?

— Он был на моей связке.

— Я сделала его на уроке труда. Папин был с синей крышей.

— Значит, этот точно мой.

Она провела пальцем по неровному окну домика.

— Здесь хорошо, мам.

— Мне тоже нравится.

— Не одиноко?

Я посмотрела на Константина, который стоял на стремянке и спорил с Ильей о креплении карниза.

— Нет. Но даже когда я здесь одна, это не одиночество. Это мой дом.

Первый общий ужин мы устроили тридцатого декабря. Алиса настояла на нейтральной территории, но после переезда сама предложила мою квартиру.

— Она новая для всех, — объяснила дочь. — Никто здесь не хозяин больше остальных. Кроме тебя.

Константин принес пирог из ресторана отеля, но предупредил, что оплатил его сам. Илья принес вино. Алиса приготовила салат. Я поставила на стол четыре тарелки.

Первые десять минут все говорили слишком осторожно. Илья называл отца Константином, хотя никогда так не делал. Алиса спрашивала меня о студии, не глядя в его сторону. Я поняла, что попытка облегчить встречу только подчеркивает напряжение.

— Давайте установим правило, — сказала я. — Никто не обязан изображать, что ситуация обычная. Но и экзамен нам устраивать не нужно.

— Я согласен, — сказал Константин. — Илья может снова называть меня папой. Это не нарушит нейтральность.

— Спасибо, папа, — ответил Илья. — Я уже думал, придется весь вечер избегать обращений.

Алиса рассмеялась. Потом спросила Константина, правда ли он сам выбрал пирог или поручил менеджеру.

— Сам. Потратил пятнадцать минут и опросил трех поваров.

— Значит, управленческие навыки пригодились.

Разговор постепенно стал живым. Мы обсуждали поездку Алисы и Ильи, новую квартиру, планы отеля. Константин не касался меня постоянно, но под столом его колено иногда задевало мое. Я не отодвигалась.

После десерта Алиса вышла на кухню помочь с чашками.

— Он хороший, — сказала она тихо.

— Да.

— Мне все еще странно.

— Одно другому не мешает.

— Илья говорит то же самое.

— Умный муж.

— Я сама выбрала.

В этих словах была наша общая тема, и мы обе это поняли.

На следующий день Алиса обедала с Виктором. Она предупредила меня не для отчета, а чтобы я не удивилась, если он позвонит. Он не позвонил.

— Папа спросил, где ты встретишь Новый год, — рассказала она вечером. — Я сказала, что это не моя информация. Потом мы говорили о моей работе. Нормально.

— Я рада.

— Я тоже. Наверное, когда-нибудь мы сможем быть семьей по-другому.

— Уже можем. Просто не одной компанией за каждым столом.

Новогоднюю ночь мы с Константином решили провести вдвоем в моей квартире. Без гостей, ресторана и публичного праздника. Он приехал в девять с корзиной продуктов и маленьким горшком розмарина.

— Это не букет, — предупредил он. — Имеет корни и право пережить январь.

— Если погибнет, виноват владелец или подрядчик?

— Совместная ответственность.

Мы готовили ужин на моей кухне. Константин резал овощи слишком крупно, я нарезала их мельче и получила обвинение в микроменеджменте. В половине двенадцатого выключили музыку и открыли окно. С улицы доносились голоса, в соседних домах загорались гирлянды.

На круглом столе стояли две тарелки. Место рядом со мной больше не определялось семейной привычкой, штампом или тем, кто раньше занял стул.

— Я хочу сказать вам одну вещь до полуночи, — произнесла я.

Константин отложил нож.

— Звучит серьезно.

— Я не ответила в тот вечер, потому что хотела быть уверена: это не благодарность и не обещание за ваше ожидание.

Он смотрел на меня молча.

— Я люблю вас, Константин.

В его лице появилась такая открытая радость, что у меня защипало глаза.

— Можно я сейчас не буду соблюдать выдержку? — спросил он.

— Можно.

Он обнял меня, поднял со стула и поцеловал. Я смеялась ему в губы, держась за плечи.

— Я тоже вас люблю, — сказал он. — Все еще без дополнительных прав.

— Одно право получите.

— Какое?

Я взяла его за руку и вернулась к столу.

— Сидеть рядом, пока мы оба этого хотим.

За окном начали считать последние секунды года. Мы не загадывали свадьбу, общий дом или жизнь без ошибок. У нас были два адреса, взрослые дети, работа, прошлое и правила, которые однажды придется пересматривать.

Но будущее больше не выглядело пустой комнатой после ухода гостей.

В нем было место рядом. И я сама выбрала, кому его предложить.