Страница 38 из 43
Глава 19. Две семьи
Открытие зимнего павильона назначили на первое декабря. За неделю до события прогноз обещал мокрый снег и сильный ветер. Заказчик хотел встречать гостей в саду, под аркой из хвойных ветвей, а потом проводить по освещенной дорожке к стеклянному павильону.
— Арка выдержит, — сказал технический директор на общей встрече. — Но людям будет неудобно.
— Переносим приветственную зону внутрь, — решила представитель заказчика Дарья. — На улице оставим только свет.
Я открыла резервную схему. Мы подготовили ее еще при утверждении проекта: две композиции у входа разбирались на части и переносились в вестибюль, фотозона поворачивалась к стеклянной стене, гардероб получал дополнительную стойку.
— На перестройку нужно сорок минут и четыре человека, — сказала я. — Если решение принимаем сейчас, дополнительных расходов не будет. В день события понадобится отдельная смена.
— Принимаем сейчас, — ответила Дарья.
Константин сидел на другом конце стола. Он не вмешивался в обсуждение моей сметы и только после решения поручил технической службе проверить противоскользящие покрытия. Наши правила работали не только в спокойные дни.
После встречи он догнал меня в коридоре.
— Ужин сегодня остается? — спросил он.
— Если менеджер пришлет план вовремя.
— Это шантаж владельца через сотрудника.
— Это уважение к женщине, которая не будет читать технический лист ночью.
— Тогда лично прослежу, чтобы файл ушел до шести.
Мы улыбнулись друг другу. Мимо прошли два администратора. Я не отступила, Константин не спрятал улыбку. Через день кто-нибудь обязательно заметил бы, но впервые это не казалось угрозой.
Алиса знала об открытии: студия оформляла пространство, Илья отвечал за работу площадки. Я пригласила ее как гостя, предупредив, что у нас с Константином не будет семейного объявления.
— Я приду, — сказала она. — И постараюсь не смотреть на вас каждую минуту.
— Можешь смотреть. Только не составляй отчет.
— Поздно. Я дочь двух людей, которые все превращают в документы.
Она рассмеялась. Наши разговоры снова стали легкими не потому, что тема исчезла, а потому, что перестала быть запрещенной.
Виктор позвонил ей накануне. Об этом Алиса рассказала сама.
— Он увидел объявление об открытии на странице отеля, — сказала она. — Спросил, могу ли взять его с собой.
— Что ты ответила?
— Что приглашения именные и я не буду просить для него место.
— Спасибо, но ты могла направить его ко мне.
— Чтобы он снова заставил тебя отказывать? Нет. Он обратился ко мне, я ответила.
— Он разозлился?
— Сказал, что я исключаю его из семьи ради Рудневых.
— И?
— Я сказала, что он мой отец, а не обязательный гость на работе мамы. Потом закончила разговор.
В ее голосе слышалась боль. Граница не делала отказ легким.
— Если хочешь увидеться с ним отдельно, это нормально, — сказала я.
— В воскресенье пообедаем. Но не здесь.
Утром в день открытия мокрый снег лег на дорожки тяжелой кашей. Техническая служба расчищала вход, мы с Оксаной собирали композиции в павильоне. Темная хвоя, белые цветы, прозрачные шары и тонкие нити света отражались в стекле. В центре стояла фотозона с металлическими чашами — теми же, которые спасли презентацию посуды. Теперь они были предусмотрены проектом с самого начала.
— Второй ритм, — напомнила Оксана.
— Не романтизируй старую ошибку.
— Я называю это переработкой опыта.
К полудню прибыли подрядчики по свету. Один блок питания не проходил проверку, и технический директор потребовал заменить его, хотя лампы горели. Монтажник спорил, что показатели в пределах нормы. Константин подошел, выслушал обе стороны и поддержал директора.
— Непроверенный блок снимаем, — сказал он. — Резерв есть в ведомости.
Никто не ждал пожара ради красивой сцены. Неисправность убрали до того, как она стала событием.
За два часа до гостей Дарья приняла оформление. Подписала акт, сфотографировала композиции и попросила добавить название нашей студии в список партнеров на экране.
— Раньше там стоял только отель, — заметила я.
— Это совместный проект. Почему мы должны прятать подрядчика?
— Не должны.
На экране появилась строка: «Флористическое оформление — студия „Май“». Ни мое семейное положение, ни история свадьбы, ни имя Константина. Работа наконец говорила сама за себя.
Алиса приехала вместе с Ильей. На ней было зеленое платье и серьги, которые я подарила на двадцатилетие. Она обняла меня, потом поздоровалась с Константином. Он не пытался обнять ее в ответ и не называл дочерью.
— Рад вас видеть, Алиса, — сказал он.
— Я тоже. Павильон красивый.
— Это заслуга вашей мамы и всей команды.
Илья закатил глаза.
— Вы оба сейчас будете доказывать, кто меньше влиял?
Напряжение лопнуло. Алиса улыбнулась.
— Хорошо. Поздравляю всех.
Первые гости вошли в семь. Я оставалась возле вестибюля, проверяла состояние цветов и отвечала на вопросы организаторов. Константин встречал партнеров отеля. Мы находились в одном пространстве, но не изображали пару перед публикой.
Около восьми ко мне подошел начальник охраны.
— Марина Сергеевна, у входа Виктор Лавров. Его нет в списке. Говорит, что он отец Алисы и приглашен семьей.
Я почувствовала, как знакомое напряжение сжало плечи.
— Алиса его не приглашала. Я тоже.
— Отказать?
— Да. Вежливо. Не обсуждайте причины.
Алиса стояла неподалеку и услышала последние слова.
— Он все-таки приехал?
— Да. Охрана не пропустит.
— Я выйду.
— Не обязана.
— Знаю. Но если просто уйдет, завтра скажет, что Руднев приказал его выставить.
— Я пойду с тобой.
— Мам, можно я сама?
Это был ее разговор, и я должна была уважать не только желание не участвовать, но и желание сказать самой.
— Можно. Я буду в вестибюле.
Она накинула пальто и вышла. Через стекло я видела Виктора под навесом. Он держал букет красных роз, слишком торжественный для случайного визита. Охранник отошел на несколько шагов.
Я не слышала слов. Виктор протянул цветы, Алиса не взяла. Он говорил долго, показывал на павильон. Дочь ответила, потом покачала головой. Виктор попытался обойти ее к двери. Она встала на пути.
Константин подошел ко мне.
— Что происходит?
— Виктор приехал без приглашения. Алиса разговаривает с ним.
— Мне выйти?