Страница 13 из 43
Константин не вмешивался. Он сидел рядом с сыном, но не поддерживал его реплики жестами и не смотрел на Виктора с вызовом. Давал Илье говорить от собственного имени.
— Я не хочу быть посредником, — сказала Алиса. — Не передавайте через меня документы, сообщения и претензии. Не спрашивайте, где другой и с кем. Если поссорились, звоните друг другу.
— Я согласна, — ответила я.
Виктор кивнул.
— И еще, мам. Я знаю про договор с отелем. Я не прошу отказываться. Но можно без... без лишнего?
— Что ты называешь лишним?
Она посмотрела на Константина, потом снова на меня.
— Чтобы люди не думали, что ты специально сближаешься с семьей Ильи назло папе.
Виктор тихо выдохнул, будто дочь наконец произнесла разумную мысль.
— Я подписала коммерческий договор, подготовленный до свадьбы, — сказала я. — Работу буду выполнять на тех же условиях, что и любой подрядчик. Личную жизнь здесь обсуждать не с чем.
— Пока, — вставил Виктор.
Константин повернулся к нему.
— Что именно вы хотите сказать?
— Вы взрослый мужчина. Не притворяйтесь, что не видите ситуацию. Моя жена уязвлена, вы оказались рядом и предложили ей работу.
— Вашей жене предложили работу после оценки портфолио. Ситуацию создали вы. Я отвечаю только за свои решения.
— Вот и не вмешивайтесь в чужой брак.
— Папа, хватит, — сказала Алиса.
— Я защищаю вашу семью.
— Нет, — ответил Илья. — Ты защищаешь право говорить что угодно и называть это заботой.
Виктор поднялся.
— Я не обязан сидеть и слушать оскорбления от мальчишки.
Илья тоже встал, но Константин положил ладонь на стол.
— Сядь, — сказал он сыну.
Тот посмотрел на отца, потом выполнил просьбу.
— Виктор, вы пришли по приглашению дочери, — продолжил Константин. — Она попросила не превращать ее брак в поле вашего конфликта. Если вы уходите, попрощайтесь с ней, а не с нами.
Виктор перевел взгляд на Алису. Она сидела неподвижно.
— Ты позволишь им так со мной разговаривать?
— Я просила тебя не нападать на маму и Константина Сергеевича. Ты не услышал.
— Значит, вы уже все решили.
— Нет. Я только решила, что не побегу за тобой.
Он взял пиджак со спинки кресла.
— Позвони, когда захочешь поговорить без зрителей.
— Позвоню, когда ты захочешь услышать ответ.
Дверь закрылась. Несколько секунд никто не двигался.
— Простите, — сказала Алиса Константину.
— Вам не за что извиняться.
— Это должно было быть нормально.
— Нормальный разговор не всегда тихий, — ответил он. — Важно, кто после него продолжает отвечать за свои слова.
Я посмотрела на дочь.
— Ты не обязана собирать нас за одним столом. Можно встречаться отдельно.
— Тогда получится, что у меня две половины семьи.
— У тебя давно больше двух отношений: с отцом, со мной, с Ильей, с Константином Сергеевичем. Они не обязаны существовать только общим набором.
— А праздники?
— Будем договариваться. Иногда ошибаться. Но ты не должна платить своим спокойствием за картинку, где все сидят рядом.
Алиса посмотрела на пустое место отца.
— Ты вчера заплатила своим.
— На несколько часов. Это был мой выбор. Повторять его всю жизнь я не собираюсь.
После ужина Илья увел Алису пройтись по саду. Я помогла собрать тарелки, хотя Константин сказал, что придет официант.
— Вы не обязаны работать после семейного разговора, — заметил он.
— Я переношу чашки на поднос.
— Вы делаете это каждый раз, когда не хотите стоять без дела.
— А вы каждый раз замечаете?
— Работа такая.
Мы одновременно взялись за графин. Я отпустила первой.
— Спасибо, что остановили Илью, — сказала я.
— Он защищал жену, но еще шаг — и защищать пришлось бы уже его правоту. Алисе это не помогло бы.
— Виктор считает, вы вмешиваетесь.
— А вы?
— Считала бы, если бы вы решали за меня или говорили с ним от моего имени.
— Тогда сообщите, если перейду границу.
— Сообщу.
Он не обещал держаться подальше. Я не просила.
На парковке пришло сообщение от Оксаны. Производитель металлических рам просил подтвердить размеры конструкций. В приложенной схеме ширина была на тридцать сантиметров больше согласованной.
Я позвонила сразу.
— Они уже начали сварку, — сказала Оксана. — Утверждают, что получили старый файл.
— Останови производство. Я еду в студию.
До мероприятия оставалось двенадцать дней. Ошибка могла съесть весь запас бюджета и времени.
Семейный ужин закончился, но спокойного вечера у меня все равно не было. На этот раз причина принадлежала работе, а значит, решать ее должна была я.