Страница 56 из 79
— Ник!!! ПАУК! Паук! — верещала я в ответ и прыгала на месте, пытаясь избавиться от насекомого, совершенно забыв о том, что полы в бабулином доме были из досок, а те, в свою очередь, тоже пострадали от сырости и в некоторых местах прогнили. И учитывая мою удачливость, я как раз попала на то место, где поверхность оказалась настолько трухлявой, что, естественно, меня выдержать не осилила. — А-а-ай!!! — с оглушительным визгом и под деревянный треск я в мгновение ока провалилась в подпол и смачно приземлилась пятой точкой на твердую каменистую поверхность.
— Юла, что происходит? Ответь, иначе я с ума сойду! — голос парня был взволнованным. Понятное дело, ведь Маэстро явно терзался тем, что не может войти и посмотреть на меня — никчемное существо, что ревёт белугой, потирая свой ушибленный зад.
— Ник, я провалилась в подпол! — всхлипнула я. — Но… со мной всё в порядке, не волнуйся! — я успокоила парня и смахнула слезы рукавом толстовки.
— Интересно, как мне не переживать, когда ты на пустом месте умудряешься влипать в неприятности?
— Привыкай. Или же задумайся, нужна ли тебе такая неудачница, как я.
— Много болтаешь, Недоразумение. Вспомни лучше, зачем мы здесь.
— Забыть бы! — проскрипела я, как несмазанная телега, и с трудом выпрямилась.
Огляделась — темно. Нащупала фонарик и посветила им вокруг себя. Странно, тут я никогда раньше не бывала, хотя знала дом как свои пять пальцев. Комнатка оказалась три на три, с низким потолком, но, учитывая то, что бабуля была невысокого роста, находиться здесь ей никаких неудобств не составляло. Однако я явно была выше покойного предка, поэтому пришлось согнуться, чтобы головой не собрать всю оставшуюся паутину, висящую надо мной, и не нацепить на волосы ещё парочку отвратительных насекомых.
— Что там у тебя? — внезапный голос Маэстро заставил меня подскочить на месте от мимолетного испуга и тем самым снова почувствовать на себе всю неприятную липкость паучьего «трикотажа».
— Фу! — скривилась я, а потом ответила: — Я в комнате, в которой ещё ни разу не была.
— Что видишь вокруг себя? — не унимался парень.
— Какой-то шкаф и стол. На столе лежит лупа, — начала я свой доклад Маэстро, вертя в пальцах стеклянный диск в металлическом ободке. — На полках стоят колбы, точь-в-точь как те, что я видела в лавке.
— Неудивительно, — отозвался парень, — ведь твоя бабушка была парфюмером. Что ещё заметила?
— Вижу пучки засохших полевых трав и цветов. Они висят, словно банные веники. И тумба, а на ней — замок.
— Открой её! — приказал Маэстро.
— Да она же заперта! — раздраженно парировала я.
— Если заперта, возможно, там хранится нечто важное.
— Слишком банально, Ник! Да и замок тут слабенький…
— Стукни по нему, Юла! Мы не можем упускать даже мелочи.
— Как скажешь, босс! — съязвила я и со всего размаху ударила по замку ногой, потому как больше нечем было. Тумба не выдержала и тут же с грохотом сложилась, будто карточный домик, а вот сам замок так и остался висеть на узкой дверце.
— Что за чёрт, Юла? — обеспокоенно прокричал Маэстро. По его голосу стало понятно, что парень теряет последние капли терпения, которое умудрялся сохранять, будучи в полном неведении происходящего вокруг меня.
— Да так… тумба сломалась, — прокричала я в ответ и принялась разгребать завал из деревянных стенок. Однако кроме старого альбома с фотографиями тут ничего не было, впрочем, как я и предполагала. — Ник, тут нет ничего, что могло бы хоть немного походить на рукописи.
— Ищи лучше, Недоразумение! Потайные комнаты и строились для того, чтобы скрывать важное.
— Я тут старый фотоальбом нашла.
— Посмотри страницы, возможно, в нём есть подсказки.
— Ага, ладно! — отрапортовала я и принялась изучать чёрно-белые фотокарточки, в которых узнавала молодую бабушку, маленькую мамулю, даже себя нашла, находящуюся ещё в пелёнках. А на одном из снимков увидела Аллу, ту самую, что переложила на меня проклятие парфюмера. С ней были её муж и ещё один мужчина — нет, не мой дед. Похоже, что Ника…
Значит, они все друг с другом были знакомы. Интересно! А когда очередь дошла до последней страницы, она показалась мне толще остальных. Я незамедлительно поддела ногтем краешек листа и раздвоила плотную бумагу, а там… Там то, что мы так долго искали: РУКОПИСИ!
— Ник!!! Я нашла их! Нашла! — Тем не менее радостных возгласов от Маэстро не последовало. Ночной проповедник подозрительно молчал. Стояла гробовая тишина, и эта тишина угнетала, тревожила и одновременно пугала, но, собравшись с мыслями, я подумала: «Возможно, Нику просто приспичило по нужде!»
— Эй, Ник, ты меня слышишь? Маэстро, чёрт тебя побери! — после некоторого ожидания снова прокричала я. Но на мой голос откликалось лишь эхо.
Прочный на вид табурет стал моей единственной надеждой выбраться из подпола. Но под моим весом он заскрипел и затрещал так, что казалось, вот-вот развалится. Впрочем, мне уже было всё равно — лишь бы увидеть Маэстро живым и невредимым.
Едва я выбралась из тайной комнаты и добралась до входной двери, как вдруг яркая вспышка ослепила меня. Крепкие руки схватили за запястья и с нечеловеческой силой выдернули меня из дверного проёма, за который я отчаянно цеплялась. А затем последовал сильный удар по голове — и я мгновенно потеряла сознание, провалившись в забытье.
***
Рукописи!.. Рукописи!.. Маэстро!
— Алла?!
— Давно не виделись, правда? — Закинув ногу на ногу, бывшая хозяйка парфюмерной лавки язвительно ухмылялась, сидя напротив меня на диване, который стоял у каменной стены в совершенно незнакомой мне комнате.
Я с опаской оглядела мрачное помещение с одной-единственной дверью и без окон, а затем перевела взгляд на старую знакомую.
— Прости, не успела соскучиться, — буркнула я в ответ и с трудом поднялась с холодного пола, на котором, видимо, долго пролежала. — Где Ночной проповедник?
— А где рукописи? — Она задала встречный вопрос, который заставил меня насторожиться.
— Разве они не у тебя? — с удивлением произнесла я, всплеснув руками.
— Представь себе, нет! Видимо, твой дружок снова предал тебя, Юленька, а я ведь предупреждала, что не стоит доверять Ночным проповедникам! — ёрничала Алла.
— Это неправда! Ты врунья, самая настоящая обманщица! — Я постепенно переходила на крик, не веря ни единому слову старой знакомой. — Ник не мог так поступить со мной!