Страница 51 из 201
. Такое разделение является несколько странным и не стыкуется ни с реальностью, ни с мифологией, зато служит идеализации отца и обесцениванию матери. Подталкивание вперед может исходить и от матери, и от отца. Если же подталкивание делегируется матерью отцу, потому что «так должно быть», то отцы должны будут подталкивать. Естественно ожидать, что отцовское подталкивание отличается от материнского. Функция отца создавать ребенку условия для открытия мира происходит на основе теории симбиоза, который должен быть «открыт», или, например, в глубинной психологии говорят, что должно произойти «вторжение отцовского архетипа»
100
, которое дает ребенку возможность отойти от материнского мира и обратиться к большей реальности.
Современные исследования на основе наблюдений за младенцами не подтверждают существование симбиотической фазы, по крайней мере, в начале жизни. Отец присутствует в отношениях с ребенком с самого рождения. Тем не менее даже без этого теоретического конструкта можно представить себе, что второй, сущностно значимый, человек может влиять на младенца, по крайней мере, привнося другие оттенки отношений, по сравнению с матерью. Ребенок может выстраивать различные схемы отношений и ожидания от них. С точки зрения теории комплексов это означает, что ни один из комплексов не возьмет верх, не будет доминировать в ходе психических процессов. Тогда ребенку становится легче справляться с новыми ситуациями, он будет более гибким и найдет больше вариантов своих реакций. Он не будет полиостью подчинен констелляции какого-то одного комплекса, и тогда соответствующее возрасту отделение от материнского комплекса будет протекать легче. При этом отец не обязан олицетворять собой коллективные нормы, авторитет и т.д.
101
, достаточно того, что он просто находится в «других» отношениях, по сравнению с матерью. В более старшем возрасте ребенка отец должен предоставить другую модель для ориентации в мире, в дополнение к материнской модели.
Очаровательные незнакомцы
Развитие анимуса
Я уже говорила, что в ходе обычного возрастного развития от материнского комплекса должен отделиться не только Эго-комплекс, но и анима. Аниму понимают как нечто завораживающее и образ таинственной фемининности в психике людей, который поначалу сплавлен с материнским комплексом и явно находится под его влиянием. Однако в нем имеется нечто таинственное, указывающее, если ему следовать, на выход из захваченности комплексом, и затем он возникает в новых образах, которые гораздо меньше подвержены влиянию исходных разновидностей комплексов
102
. Мы можем понимать аниму как аспект развития в пределах материнского комплекса, в фантазиях о котором «мать» изживается. Теперь мы можем распространить то же самое и на анимуса. Анимус понимают как образ маскулинности в нашей психике, являющийся таинственным и завораживающим. Тем самым анимус стимулирует воображение и приводит нас в движение. Кроме того, поначалу анимус связан с отцовским комплексом и из-за этого явно приобретает особый оттенок. Добавлю, что если удается переживать те части личности, которые не относятся к отцовскому комплексу и которые олицетворяет собой завораживающий незнакомец, и впустить в сознание связанные с ними фантазии, то эти образы или появляются в сновидениях и фантазиях, или проецируются на реальных людей, которые помогают освободиться от отцовского комплекса. Тогда образы анимуса больше не являются изначально отцовскими, но становятся братскими с помощью образов мальчиков, мудрого старца или даже образов таинственных и завораживающих незнакомцев как таковых
103
. Экзистенциальное переживание анимуса теперь будет описано примерно в тех же категориях, как ранее я описывала архетипическое отцовское. И нам, возможно, придется иметь дело с тем, что анимус неизбежно воспринимается нами через призму наших патриархальных привычек, особенно в тех аспектах, в которых он еще близок к отцовскому комплексу. И только анимус в виде таинственного и завораживающего незнакомца дает известную возможность выйти за пределы патриархальности, трансцендировать ее. Образ анимуса приносит с собой любовное или идейное очарование; с ним связаны идеи одухотворения жизни или даже «высекания огня из камня», погружения в большую эротическую или духовную страсть. Интеллектуальная вдохновленность и высокий полет очень сильно ассоциируются с анимусом. Эти качества помогают сконцентрироваться и агрессивно «наброситься» на что-то. Отцовский комплекс и анимус дифференцируются, и чем меньше конфигурации анимуса находятся под влиянием отцовского комплекса — личного и коллективного, тем более творческими становятся люди. Однако, если анимус констеллировался, и у нас появились «крутые идеи», мы также рискуем слишком сильно абстрагироваться, пережить энергетический срыв и слишком много идеализировать, более повиноваться закону, чем чувствам. Добровольное исполнение законов, переходы все к новым порядкам могут быть пережиты, если анима развита тоже. Нам будет не хватать горизонтального измерения жизни и полноты ума без анимы — без чувственного замедления, без фундаментального чувства сопричастности и взаимосвязанности всего со всем.