Предложение

Глава двадцать третья

Карлос не думал, что ему когда-нибудь удастся заставить Анджелу уйти от Джесси. Они провели у счастливых родителей последние четыре часа, и по тому, как Энджи смотрела на Еву, казалось, что они пробудут там еще как минимум столько же. Первоначальный план состоял в том, чтобы Энджи поехала одна, а он съездил завтра, но сестра позвонила ему утром и сказала, что Джесси хочет видеть их обоих сегодня, так как завтра приедет ее мама. Он не совсем понял эту логику, но списал все на гормоны и согласился.

К тому же ничего лучше у него запланировано не было.

– Дружище, – сказал он Джону, пока Джесси и Энджи хихикали о чем-то в углу, а Ева крепко спала на груди отца. – Извини, что мы так застряли у вас. Уверен, вы хотели бы больше времени проводить наедине со своей малышкой.

Джон рассмеялся.

– Спасибо, но я знаю семью моей жены достаточно долго, чтобы понимать, что как минимум в следующем месяце не будет и дня, когда мы останемся наедине. И знаешь, меня это вполне устраивает. Последние несколько месяцев были такими напряженными, а теперь у нас на руках эта крошка, за которую мы несем ответственность, и я благодарен за любую помощь от всех членов вашей семьи, поскольку понятия не имею, что с ней делать. – Он посмотрел вниз на свою дочь, лежащую у него на груди, а затем снова на Карлоса. – Я рад, что у нее есть вы, ребята. Приходите в любое время.

Карлос похлопал его по плечу, вовремя сообразив, что нужно сделать это достаточно тихо, чтобы не разбудить ребенка.

– Мы будем навещать вас так часто, что ты от нас устанешь. Я уже обожаю свою новую маленькую кузину.

Джон погладил темные волосики Евы.

– В любое время, когда захочешь прийти развлечь ее поздно ночью, чтобы мы могли поспать, просто дай знать.

Анджела встала и прервала их смех:

– Эй, Карлос, ты готов идти? Наверное, нам следует дать Джесси и Джону побыть немного наедине с их девочкой.

Он тоже встал:

– Я только что сказал Джону то же самое.

Карлос погладил маленькую головку Евы на прощание и обнял Джесси.

– Мне показалось, ты в итоге заставишь нас переехать к ним, – сказал он Энджи, как только они сели в машину.

– О. – Она выглянула в окно. – Я просто подумала, что Джесси нужна компания, вот и все. – Она повернулась и посмотрела на него. – Все в порядке? У тебя не было планов на вечер, не так ли?

На субботний вечер? Конечно, у него не было никаких планов. Человек, с которым у него были планы на большую часть субботних вечеров этим летом, больше не желал его видеть. Она даже не ответила на его имейл.

Конечно, он сам написал, что она не обязана это делать, но все равно очень хотел, чтобы она ответила.

– Нет, – просто ответил Карлос, вовсе не желая, чтобы это прозвучало так горько. – Мне приятно оставаться там до тех пор, пока они нуждаются в нас.

Энджи облегченно вздохнула:

– О, хорошо, тогда все в порядке.

Он высадил ее у дома, а затем проехал небольшое расстояние до своего. Его единственным планом на вечер этой субботы было посмотреть игру «Доджерс» на диване. Подойдет любая закуска, главное, чтобы с низким содержанием холестерина, – учитывая то, что врач сказал ему в пятницу. Но это не проблема.

Карлос отпер входную дверь и вошел в дом.

Какого черта?

Повсюду были сине-белые ленты, вымпелы «Доджерс» и коробки с «Крекер Джек». А прямо напротив него, одетая в бело-голубую бейсбольную футболку и джинсы, стояла Ник.

– Привет, – сказала она.

– Ник.

Боже мой, как же приятно было ее видеть. Ему хотелось одним прыжком пересечь комнату и обнять ее. Он хотел сказать, как сильно скучал по ней. Как сильно любит ее.

Стоп-стоп, нет, именно с этого и начались все проблемы. Он бросил ключи на столик у двери и не двинулся с места.

– Привет.

– Привет, – повторила она и улыбнулась. – Я, эм… Я получила твое электронное письмо. Знаю, ты сказал, что отвечать необязательно, но мне нужно кое-что… Я хочу… – Она покачала головой. – Подожди.

Она откинула синее полотнище, которым был накрыт его телевизор, и он посмотрел на ярко освещенный экран.

КАРЛОС

Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ

НИК

– Я хотела использовать настоящий экран со стадиона, – объяснила она, – но его было бы проблематично затащить к тебе домой, поэтому пришлось довольствоваться тем, что есть: ноутбук, подключенный к телевизору, и весьма посредственные навыки графического дизайна.

Карлос сделал шаг к ней, переводя взгляд с нее на экран и обратно.

– Это правда? – спросил он.

Она закатила глаза.

– Да брось, ты слишком хорошо меня знаешь, чтобы спрашивать об этом. Стала бы я, Николь Патерсон, делать нечто подобное в шутку?

Он покачал головой и сделал еще один шаг к ней.

– Нет, не стала бы, но я должен убедиться. И хотел бы, чтобы ты сказала это вслух.

Ник посмотрела ему прямо в глаза:

– Карлос. Я люблю тебя. Я тебя полюбила. Я поняла это вчера вечером в молочном отделе супермаркета. Пожалуй, более нелепое место для подобного открытия придумать сложно. Ну вот, там это со мной и случилось. Я увидела сметану и засмеялась, вспомнила о тебе и подумала о том, как ты делаешь меня счастливой, как сильно я скучаю, а потом поняла, что означают все эти чувства, и поняла, какая я дура, что позволила тебе уйти. – К этому моменту по ее лицу уже текли слезы. Он вытер их большим пальцем. – Поэтому я решила, что должна признаться тебе, и мне жаль – мне так жаль! – что я не поняла этого раньше и так испугалась, когда ты сказал о своих чувствах.

Карлос притянул ее в свои объятия. Он не мог вспомнить, когда в последний раз был так счастлив.

– О, Ник.

Она отстранилась:

– Подожди, подожди, дай мне закончить. Я так долго боялась серьезных отношений, поскольку в последний раз, когда была влюблена, мужчина принимал только часть меня, а не всю, и мне казалось, что любовь – это необходимость пожертвовать куском себя. А потом я встретила тебя, и ты любил каждую частичку меня – даже те, которые мне не нравятся. И это напугало меня еще больше, потому что здесь должен был таиться какой-то подвох и я не могла позволить себе поверить тебе, иначе попала бы в ловушку. Но в конце концов я поняла, что никакой ловушки нет.

Он взял ее лицо в руки и поцеловал.

Она ответила на поцелуй с такой радостью, искренностью и любовью, что он чуть не заплакал. Он притянул ее к себе на диван, продолжая обнимать.