Предложение

Дана прищурила глаза.

– Когда ты говоришь «типа того», что именно ты имеешь в виду? Что конкретно ты ему сказала?

О боже. Теперь Дана, как истинный романтик, расстроится из-за Карлоса.

– Я сказала ему, что он, вероятно, просто разволновался из-за вчерашних событий. Ой! – Она только сейчас поняла, что написала им о ситуации с Джесси, но так и не сообщила последние новости. – Ребенок родился прошлой ночью. С девочкой и мамой все в порядке.

– О, это так здорово! – воскликнула Дана. – Но погоди. Ты сказала ему, что его просто переполняют эмоции из-за произошедшего? Ты не подумала, что это может его обидеть?

Ну да,

теперь

ей тоже так показалось.

– У меня не было возможности обдумать свои слова! Слушай, я была взволнована, когда он обрушил на меня эти свои признания, ясно? Да еще с самого утра – а вам

прекрасно

известно, что я далеко не жаворонок. Плюс я была измотана, потому что провела несколько часов в больнице, а потом мы вернулись к нему домой поздно ночью и…

Кортни перебила ее.

– Подожди секунду. Вы оба были в больнице? Как это произошло? Когда?

Так много всего случилось за последние двадцать четыре часа.

– Это долгая история. Я вам писала, что была у него дома, помогала готовить энчиладас для его двоюродной сестры, и… – Она увидела, как Дана и Кортни переглянулись и остановились. – Что? Что означает этот взгляд?

– Ничего, – ответила Кортни. – Продолжай. Ты помогала ему готовить энчиладас для его беременной кузины, и?..

Ник поняла, что их реакция означает что угодно, только не «ничего», но все равно продолжила:

– И мы только поставили первую партию в духовку, когда кузина позвонила ему из больницы. Поэтому он помчался туда, а я осталась, чтобы закончить их печь.

Почему они заставляют ее снова пережить все вчерашние события? Им это и так известно – она писала им. Важно здесь было только то, что Карлос все испортил.

– Но как ты очутилась в больнице? – спросила Кортни.

– Я написала ему, чтобы узнать, как у них дела, и он ответил, что все очень напряжены и голодны, поэтому я упаковала противень энчиладас и вместе с бумажными тарелками отвезла в больницу. Именно так я оказалась там, когда они узнали, что с Джесси и ребенком все в порядке. Мы все испытали огромное облегчение.

Она была так счастлива прошлой ночью – и почему сегодня утром все это должно было развалиться?

Кортни и Дана снова обменялись тем же самым раздражающим взглядом. Почему они так странно смотрят на нее и друг на друга?

– Ты привезла им еду в больницу. Он просил тебя об этом или… – Дана подняла брови.

Ник покачала головой.

– Нет, и кстати – когда я вошла в приемную, не было похоже, что его обрадовало мое появление. Он едва взглянул на меня, а его сестре пришлось вмешаться, чтобы ответить на вопрос его мамы «Откуда вы знаете друг друга?».

Она думала, что в конце концов он смирился с ее приходом и даже был рад видеть ее там. Вот почему его слова, сказанные этим утром, были словно пощечина.

– Я попыталась уйти, после того как оставила еду, потому что он, кажется, не был в восторге от моего присутствия, но его мама настояла, чтобы я осталась и поела. Очевидно, мне не следовало приезжать – сегодня утром в числе других обвинений он бросил мне: «Не могу поверить, что познакомил тебя с моей семьей!», как будто это автоматически делало нас женатыми или что-то в этом роде. – Она еле сдержала подступившие слезы. – И тогда он сказал, что лучше бы я не приезжала.

– Да и вообще, – заговорила Ник, прежде чем кто-то из подруг смог произнести что-нибудь утешительное, что точно заставило бы ее расплакаться. – Разве это странно, что я привезла им еду в больницу?

Дана положила руку ей на плечо:

– Это просто… это не похоже на тебя – вот и все.

Ник стряхнула руку и откусила огромный кусок кекса. Попыталась успокоить себя жеванием. Не подействовало.

– Не ожидала услышать нечто подобное от одной из своих лучших подруг. Ты считаешь, я не привезла бы еду в больницу, если бы что-то случилось с кем-то из твоих родных?

Дана снова потянулась к ее руке:

– Конечно, я не сомневаюсь в этом. Именно об этом я и пытаюсь тебе сказать. Ты бы сделала это для меня или Кортни и еще, возможно, для горстки других людей – но это и всё. Я люблю тебя всем сердцем, Ник, но ты не напрягаешься ради людей, которые тебе безразличны. Я не могу представить, чтобы ты делала что-то подобное для кого-либо из парней, с которыми встречалась за последние пять лет. Конечно, ты бы скинулась на цветы, еду или что-то еще, если бы это организовал кто-то другой, но посещение больницы? Ну уж нет.

Ник обдумывала ее слова. Ладно, в этом Дана права.

– Даже если это правда, какое это имеет значение? Я не говорю, что он мне безразличен. Более того, я

сказала

ему, что он мне не безразличен! Но он повел себя так, как будто я сравнила его еду с «Тако Белл» или что-то в этом роде. Я предложила ему оставить все, как есть, и притвориться, что он никогда не признавался мне в любви.

– И что он ответил? – поинтересовалась Кортни.

Ник опустила голову на руки:

– Жутко разозлился. Почему люди думают, что «я люблю тебя» – самые важные слова, которые можно сказать человеку? Зачем он вообще это сделал?

– Ник. – Голос Кортни был нежным, а это означало, что она собиралась сказать что-то неприятное. – Почему тебя так пугает, когда кто-то говорит, что любит тебя?

Она покачала головой:

– Это меня не пугает! Просто я знаю по опыту, что именно после этих слов все идет под откос.

Дана вздохнула:

– Джастин действительно хорошо потрудился над тобой, не так ли? То, что он был мудаком, не значит, что они все будут такими.

Ник положила голову Дане на плечо и подумала возразить, что это не имеет никакого отношения к Джастину, но какой смысл? Кортни встала, взяла бутылку бурбона и налила еще во все их чашки. Ник сделала глоток и вздохнула.

– Я теперь почти не думаю о нем. Кроме того случая, когда делала очерк о защитнике его любимой команды для GQ и представила его лицо, когда он увидит мое имя под материалом. Ну, еще когда у меня бывают тяжелые моменты и я слышу его голос в своей голове. Но Джастин, пусть и в самой ужасной манере, оказал мне услугу. Сначала из-за него я поверила, что с моим творчеством что-то не так. Потом начала стыдиться того, что люблю свою работу и хочу профессионально развиваться. А в итоге благодаря ему я поняла, что больше никому не позволю заставить меня так отвратительно себя чувствовать.