Предложение

Матерь божья. Он-то думал, что ему нравится целоваться с ней на переднем сиденье машины, но это явно была лишь закуска. Там Ник казалась воодушевленной, но до конца не уверенной. Теперь она сделалась одновременно страстной и напористой, давая понять, что полностью готова. Ее руки скользнули под его футболку, водили вверх и вниз по спине, сильнее прижимая к себе. Он переключил внимание на ее шею, целуя гладкую смуглую кожу.

– А это тоже у тебя на уме? – спросил он.

– Боже мой, да.

Карлос нежно подул на ее кожу и поцеловал прохладное местечко. Проделал это снова ниже, а потом еще ниже. Ему нравилось, как ее пальцы напряглись на его спине. Он поднял руку и пощипал ее сосок. Ник выгнула спину и застонала. Он продолжал целовать ее шею и играть с сосками, пока ему не показалось, что они оба вот-вот взорвутся.

– На нас слишком много одежды. – Он стянул с нее майку, обнажив черный кружевной бюстгальтер. – М-м-м-м, какой красивый лифчик. Но прямо сейчас он мне мешает. – Он протянул руку, расстегнул упомянутый предмет одежды и бросил на диван. Потом откинулся назад, чтобы полюбоваться ею. – Так-то лучше.

Ник покачала головой.

– Ты сказал, что на нас слишком много одежды, но я не заметила, чтобы ты снимал свою.

Эта женщина определенно права.

Карлос встал, стянул штаны, снял майку через голову и остался в одних трусах.

–

Так

лучше?

Она улыбнулась и кивнула, ее взгляд обежал его тело и снова остановился где-то на уровне пояса:

– Намного лучше.

Она не потрудилась встать, а стянула джинсы и бросила их на пол рядом с его одеждой. Карлос долгим взглядом окинул соблазнительное тело. Черт возьми. Он снова забрался к ней.

* * *

О, слава Афине, Афродите и всем остальным богам за те сегодняшние кризисы, которые привели Карлоса в ее кровать. Ладно, на диван, но сейчас не время для технических деталей. Как же хорошо, что можно оставить в прошлом все свои странные и глупые, как оказалось теперь, когда он рядом с ней и без одежды, сомнения относительно этого парня. То, как он смотрит на ее тело… Его взгляд был именно тем, в чем она нуждалась последние полторы недели. Он смотрел так, как будто созерцать ее фигуру было невероятным удовольствием, как будто ему не терпелось прикоснуться к ней, поцеловать ее, как будто ему повезло быть здесь, с ней, обнаженным. Именно так.

Николь почувствовала себя чертовски счастливой. Этот мужчина определенно знает, как прикасаться к женщине, – это уж точно.

– Нам нужно снять это с тебя, – сказал он, поглаживая ее практичные черные хлопчатобумажные трусики. Выходя утром из дома, она же и понятия не имела, что будет сегодня заниматься сексом, ясно? По крайней мере, на ней не бабушкины труселя. Она приподняла бедра, чтобы ему было удобнее.

Карлос покачал головой.

– Нет, не так. – Он встал с дивана, отодвинул кофейный столик и развернул ее так, чтобы она села на краешек. – Хорошо, сейчас. – Зацепив пальцами ее трусики, Карлос стянул их на пол. Затем раздвинул ее ноги и опустился на колени.

– М-м-м-м. – Он смотрел прямо перед собой с голодным выражением на лице. – Прекрасно. – Наклонившись, он притянул ее к себе. Ну, собирался притянуть, наверное, но она так жаждала того, что должно было произойти, что буквально бросилась на него.

Боже

милостивый

. Ник откинулась на подушки дивана, хватая ртом воздух. Она-то думала, что ей нравится, когда он целует ее в губы, но это было ничто по сравнению с тем, что эти губы и этот язык – всемогущий Господь, ох уж этот язык! – могли сделать с другими частями ее тела. Было так хорошо, что ей хотелось, чтобы это продолжалось вечно. Казалось, что лучше уже быть не может. А потом к губам и языку присоединились его пальцы, и Ник кончила так интенсивно, что перед глазами у нее поплыли черные точки.

– Черт подери, – произнесла она, как только к ней вернулся дар речи.

А потом сделала то, чего никогда раньше не делала после оргазма: начала неудержимо хихикать.

– Что смешного? – Карлос вернулся на диван, и она прижалась к изгибу его руки, когда они снова легли рядом.

– Ничего, – еле выдавила она. – Просто я и предположить не могла, что мой день закончится вот так. Я даже не… – Она попыталась отдышаться. – Красивое нижнее белье не надела.

Он взглянул на одежду, разбросанную по полу, затем снова на нее.

– Кого волнует, какое на тебе нижнее белье, когда под ним у тебя такое тело? – Карлос провел рукой по ее торсу, по боковой стороне бедра, по самому бедру.

Что-то внутри нее растаяло.

– Ну ты и засранец.

– Что? – Он опешил. – Что я такого сказал?

Николь покачала головой:

– Как ты можешь заявлять мне такое, когда презервативы лежат так далеко в спальне? Потому что теперь я хочу, чтобы ты трахнул меня сию секунду.

Карлос вскочил и занял спринтерскую стойку:

– Где они? Я умею очень быстро бегать. Особенно если меня правильно мотивировать.

– Верхний ящик прикроватной тумбочки. Марш.

Николь растянулась на диване и засмеялась, когда он помчался в ее спальню. На ее лице появилась жадная ухмылка. А-а-а-а-ах-х, его задница в движении выглядела потрясающе.

Карлос вернулся менее чем через тридцать секунд – насчет спринтерских способностей он не соврал. Он сбросил свои боксеры на пол и разорвал упаковку презерватива. Слава богу, в ее гостиной было достаточно светло, чтобы дать Ник возможность разглядеть: он именно такой большой, как ей и показалось. На ощупь не всегда бывает понятно, особенно учитывая несколько слоев одежды, но это, к счастью, был не тот случай.

Карлос вернулся на диван и оказался на ней сверху, как только надел презерватив. Ник обхватила его одной ногой, чтобы прижать поплотнее, и он застонал ей на ухо и начал двигаться быстрей. Она обхватила его другой ногой, и он укусил ее за плечо.

Потом взял ее за руки и переместил их на подлокотник дивана позади нее.

– Держись.

Она сделала, как он сказал, и была рада, что подчинилась. Держась изо всех сил, она встречала его, толчок за толчком, а он входил в нее все быстрее и быстрее, пока наконец не взревел и не обмяк поверх нее.

Немного погодя Карлос приподнялся и поцеловал ее в щеку.

– Я никогда больше не буду высмеивать розовое вино, если оно приводит к таким последствиям. – Он встал и пошел на кухню, чтобы выбросить презерватив. – Розовое вино, блин. Кто бы мог подумать?

Ник засмеялась и свернулась калачиком в углу дивана.