Предложение

– Тебе не нужно ждать, ты тоже можешь идти.

Ник ответила ей таким же взглядом:

– У тебя нет машины, помнишь? Я должна отвезти тебя домой.

Кортни указала на Карлоса.

– Вы можете поехать вместе, а я верну тебе машину завтра. Если ты будешь ждать меня здесь, то станешь путаться под ногами и бесить меня.

Ник посмотрела на Кортни. И заметила блеск в глазах подруги. О-о-о. Кортни пытается сводничать. Ник отвела взгляд.

– Я могу отвезти тебя домой, без проблем, – вступил в беседу Карлос.

Лицо Кортни сияло торжеством. Искусной притворщицей ее не назвал бы никто.

– Уверен? Это ведь тебе не по дороге?

Просто садись в чертову спортивную машину с горячим парнем, Николь.

Карлос пожал плечами:

– Не так уж и сильно.

Кортни подмигнула ей и повернулась, чтобы открыть коробки с выпечкой:

– Спасибо за помощь, Карлос. Следующая дюжина кексов за мой счет.

– Нам точно не нужно было остаться и помочь ей? – спросил Карлос, когда Ник снова села на пассажирское сиденье его машины.

Ник покачала головой и пристегнула ремень безопасности. Ладно, пора начинать, верно? Проблема в том, что она успела забыть, как это делается. Последние несколько парней, с которыми она встречалась, мало интересовали ее до тех пор, пока не пригласили на свидание… А может быть, и после этого. Стоит ли еще раз предложить угостить его выпивкой? Или просто пригласить его к себе домой, когда они доедут, и наброситься на него? Или ей нужно просто ждать, сделает ли он свой ход?

– О, мы ей определенно не нужны. Кортни – непревзойденный менеджер во всем, что касается кексов. Она позволила нам отнести коробки только в силу крайней необходимости.

Карлос кивнул и завел машину.

– Что ж, до сих пор она отлично справлялась сама, – сказал он, – насколько я могу судить.

Положить руку ему на бедро или что-то в этом роде? Почему это так сложно? Обычно у нее

отлично

получалось флиртовать с мужчинами. Неужели она утратила уверенность в себе?

– Мне тоже так кажется, но хотелось бы, чтобы у нее были более надежные сотрудники. Слава богу, я живу неподалеку и смогла примчаться к ней в магазин.

Карлос коснулся ее руки:

– Ты хорошая подруга. Ей повезло, что у нее есть ты.

Ник почувствовала, как ее щеки запылали:

– Что ж, как…

Его телефон зазвонил, и он вытащил его из кармана.

– О черт. Придется ответить. Прости. – Он притормозил возле деревьев и заглушил мотор.

– Привет, – сказал он в трубку. – Что-то не так? Какое у тебя давление?

Серьезно? Его двоюродная сестра, именно сейчас? Ник постаралась сдержать стон разочарования. Она была почти уверена, что это знак – Вселенная была против всей этой идеи «реабилитации» после расставания.

Она сидела молча, стараясь не вслушиваться в их беседу. Что было затруднительно, ведь он находился в двух футах от нее. Ник достала свой телефон – хотела написать Дане, чтобы не подслушивать слишком явно.

Сижу рядом с Карлосом, забыла, как вести себя с мужчинами, все, о чем могу говорить, – кексы. Слишком громко смеюсь почти без остановки, помоги!

Нет, стереть, стереть, стереть, стереть. То, что он смотрит в окно, не означает, что он не может обернуться в любой момент и увидеть все, что она печатает.

– Перестань пичкать меня этой чушью из серии «просто хотела поболтать со своим двоюродным братом» – ты же знаешь, что я теперь буду все время волноваться за тебя! Я уже говорил тебе, что на вечеринке по случаю помолвки было весело, и мне кажется, что двое друзей Алексы тайно влюблены друг в друга. Ты забыла тот телефонный разговор? О! Я понимаю! Тебе смертельно скучно. Ты привыкла весь день общаться с людьми на работе, а теперь застряла дома. Мне постельный режим тоже наскучил бы до чертиков. Надо придумать, чем еще можно тебя развлечь. А как насчет тех книг, которые я тебе купил?

Карлос повернулся к Ник и улыбнулся, и она улыбнулась в ответ. Он протянул руку и заправил за ухо непокорную прядь, которая продолжала выбиваться из ее конского хвоста. Боже, ей нравилось, когда он вот так прикасался к ней.

Карлос опустил руку ей на плечо. Его пальцы нежно погладили обнаженную кожу. Она вздохнула.

Внезапно он разразился смехом. Ей очень захотелось разделить его веселье:

– Сколько-сколько ты прочитала? – Он посмотрел на Ник сверху вниз с широкой улыбкой на лице. – Какая понравилась больше всего?

О, хорошо, теперь можно перестать притворяться, что она не слушает.

– Все понравились? – Он встретился взглядом с Ник, и его улыбка стала еще шире. Она почувствовала, как такая же улыбка расплылась по ее лицу. – Я обязательно расскажу другу, который рекомендовал их, какого ты о них мнения.

– Наверное, придется купить тебе еще. Но вообще-то я слышал, что есть такая штука, которая называется Netflix, тебе стоило бы к ней присмотреться.

Он продолжал улыбаться Ник. Ей потребовалась вся внутренняя стойкость, чтобы не прильнуть к нему. В уголках глаз у него появились морщинки от смеха, который он, это было видно, сдерживал.

– Вообще-то, люди

действительно

говорят мне, что я забавный. Принесу еще книг в субботу, хорошо?

Он положил трубку и сунул телефон обратно в карман. Провел рукой по волосам и улыбнулся ей.

– Как ты могла слышать, книги Джесси понравились.

Она прикусила нижнюю губу. Боже правый, этот мужчина с каждой секундой становился все привлекательнее.

– Я рада. – Она подалась к нему, мечтая, чтобы он снова начал играть с ее волосами.

Машина пронеслась мимо них, поднимаясь на холм, и они отодвинулись друг от друга.

– Надо отвезти тебя домой.

Он повернул ключ и завел мотор, чтобы вернуться на проезжую часть. Двигатель побурчал и замолк.

– О-о. – Карлос снова повернул ключ, и ничего не произошло. – Черт.

– У тебя кончился бензин? – спросила Ник.

– Что? Нет, это невозможно. У меня никогда не кончается бензин. Я заехал на заправку сегодня вечером, сразу после того, как зашел в продуктовый… – Он замолчал, затем в ужасе посмотрел на нее. – Я так и не зашел в продуктовый. И на заправку! Я направлялся туда, когда получил твое сообщение. Дерьмо. У меня действительно кончился бензин.

Она похлопала его по плечу.

– Все в порядке, ничего страшного. Мы можем позвонить в ААА, верно? У тебя ведь есть их карточка?

Карлос кивнул, но не сделал ни малейшего движения к телефону или бумажнику.