Предложение

– У меня никогда не кончается бензин! Не могу поверить, что допустил такое. Я всегда слежу, чтобы в баке оставалась хотя бы четверть, но эта неделя была такой напряженной, что я замотался.

Ник прищурилась, глядя на руль:

– Разве ты не заметил, что у тебя лампочка загорелась?

Он избегал смотреть ей в глаза.

– Дело в том… поскольку в баке всегда есть по крайней мере четверть бензина, лампочка никогда раньше не загоралась. Так что… да, она зажглась, но я был занят, и я никогда не обращал на нее внимания раньше, поэтому я не… – Ник изо всех сил сдерживала смех, даже когда он наконец повернулся, чтобы посмотреть на нее, но что-то в глазах, должно быть, выдало ее. Он нахмурился. – Эта лампочка находится в очень странном месте, ясно? Ты что, смеешься надо мной?

Она покачала головой и провела ладонью вверх и вниз по его руке:

– Нет, я не смеюсь над тобой. Отчаянно пытаюсь сдержаться.

Ник знала, как чувствительны мужчины по отношению к своим машинам. Он, вероятно, разозлится на нее за это, но не угорать над ним было выше ее сил.

Но Карлос только улыбнулся ей в ответ.

– Хорошо, хорошо, признаю, это немного забавно. – Он обнял ее за плечи и понизил голос. – Но ты должна пообещать, что никогда никому об этом не расскажешь. Мне нужно поддерживать репутацию.

Она кивнула и повернулась так, что ее губы почти касались его уха.

– Клянусь всем святым, это будет наш секрет. Только один вопрос: не позвонить ли уже в ААА, чтобы они вытащили нас отсюда?

Карлос достал из кармана бумажник и телефон:

– Да, конечно.

Он скорчил ей рожу, когда положил трубку:

– Они уже в пути, но это займет некоторое время. Очевидно, «кончился бензин в безопасном месте на холмах» имеет низкий приоритет в их классификации неотложных случаев.

Ник отстегнула ремень безопасности и наклонилась к нему.

– Мы могли бы устроиться поудобнее, пока ждем их. – Она огляделась. – Кстати, как давно у тебя эта машина?

Карлос на мгновение задумался, прежде чем ответить.

– Почти пять лет.

Машина приводила Ник в замешательство с тех самых пор, как она немного узнала Карлоса. Он не походил на парня, одержимого ярко-красными спортивными тачками, но, судя по его реакции, когда в ней кончился бензин, дела обстояли именно так. Конечно, людям в Лос-Анджелесе, как правило, куда больше дела до своих машин, чем жителям других мест, так что, возможно, дело было как раз в этом.

– Почему ты купил именно такую? – поинтересовалась Ник. – Отметить новое место работы или что-то в этом роде?

Карлос покачал головой, но ничего не сказал. Он провел пальцами по рулю. Молчание длилось так долго, что ей показалось – он вообще не собирается ей отвечать. Она открыла рот, чтобы спросить еще что-нибудь, и тут он наконец заговорил:

– Мой отец умер. Почти пять лет назад умер мой отец.

О боже. Она в своем репертуаре – задала максимально неуместный вопрос.

– О, Карлос, мне так жаль. Тебе не обязательно…

Он покачал головой и продолжил:

– У моих родителей было немного денег – они всегда умудрялись обеспечивать нас самым необходимым, но оба проработали школьными учителями тридцать лет и никогда не были богаты. Но оказалось, что он застраховал свою жизнь в разных компаниях на огромную сумму. В основном на имя мамы, конечно. Однако какие-то выплаты были оформлены на меня, какие-то – на сестру. После того как он умер и я получил этот огромный – по крайней мере, для меня – чек… – Карлос сделал паузу, прежде чем продолжить: – Ну, я не знал, что с ним делать. Положил деньги на свой сберегательный счет и просто оставил там на некоторое время. Я собирался использовать их, чтобы погасить некоторые из моих кредитов в медицинском колледже. Наверное, так и следовало сделать. Но однажды я пошел домой с работы другой дорогой. И увидел, как ярко-красный спортивный автомобиль с большим ценником на лобовом стекле сияет на солнце. Я свернул прямо на стоянку и купил эту машину час спустя. Моему отцу всегда нравились броские вещи. Иногда мне кажется, что это глупый способ потратить его наследство, но… я думаю, ему эта машина понравилась бы.

Ник обняла его. Его голова опустилась ей на плечо, и они несколько минут сидели обнявшись, дыша в унисон.

– Спасибо, что рассказал.

– Спасибо, что выслушала.

Его руки погладили ее спину, а затем нежно пробежались по волосам.

Она повернула голову и поцеловала его в подбородок. В щеку.

Карлос отстранился, чтобы посмотреть на нее. Она тоже взглянула на него: большие добрые темно-карие глаза; густые почти черные волосы, к которым она чертовски хотела прикоснуться; теплая кожа с уже заметной щетиной вдоль линии подбородка; намек на ямочку на щеке; губы, темно-розовые, еще не улыбающиеся, но словно готовые к улыбке в любую минуту.

Он снял руку с ее плеча и погладил по щеке, и она улыбнулась.

Карлос обхватил ее шею сзади и притянул к себе. И наконец,

наконец

, поцеловал ее. Сначала мягко. Не робко, но медленно. Нежно. Ласково. До этого момента она не осознавала, как сильно хотела, чтобы он ее поцеловал. Она ответила на его поцелуй, радуясь, что инициативу проявил он.

Ее руки потянулись к его волосам, тем самым, которых она так долго хотела коснуться, и она вздохнула со смесью облегчения и вожделения.

Этот вздох как будто сообщил ему о чем-то. Он крепче прижал ее к себе, и его рука пробежала вниз по ее телу. Его губы, его язык стали настойчивее, и она ответила ему тем же. Он отстранился, и она чуть не застонала от разочарования, но затем он провел губами по ее шее, целуя, кусая и снова целуя, пока ее руки не вцепились в его волосы, и она ахнула.

Он поднял голову.

– Тебе понравилось? – спросил он, уткнувшись носом в ее ухо.

– Боже, да.

– На это я и рассчитывал. – Она повернула голову и снова поцеловала его.

– Я мечтал об этом с тех пор, как встретил тебя, – признался Карлос.

– О господи, я тоже. – Она не осознавала, насколько это было правдой, пока не произнесла это вслух.

Они посмотрели друг на друга и рассмеялись. Он откинул волосы с ее лица и улыбнулся ей. Той самой улыбкой, которая заставила ее довериться ему на стадионе «Доджер». Она притянула его лицо к своему и целовала его снова и снова.