Страница 21 из 27
Автобус медленно вырулил на трассу, ведущую к старому мосту. Солнце стояло высоко, заливая дорогу ослепительным светом, который делал красный цвет кузова почти кричащим на фоне изумрудной зелени леса. Антон вел машину плавно, периодически поглядывая в зеркало заднего вида, чтобы убедиться, что дети сохраняют свои «ангельские» лица.
— Вот он, — негромко произнес Антон, притормаживая у самого изгиба дороги.
Автобус замер под сенью раскидистой ольхи, которая частично скрывала машину от проезжающих в противоположную сторону. Андрей быстро выскочил из салона и, согласно плану, выставил на обочину старый, заляпанный маслом канистровый огнетушитель и разложил несколько обрывков синтетической ткани, имитируя разлив жидкости под капотом. Это была идеальная декорация: вид «сломавшейся» машины, в которой сидят дети, вызывал у любого водителя инстинктивное желание остановиться и предложить помощь.
— Максим, твой выход, — скомандовала Светлана Сергеевна, ее голос звучал мягко, почти ласково.
Десятилетний Максим, поправив кепку, выпрыгнул из автобуса и выбежал на край асфальта. Он в одно мгновение преобразился: плечи ссутухлись, лицо приняло выражение глубокой растерянности, а в глазах заблестели настоящие, выпестованные годами практики слезы. Он встал в позу маленького, брошенного в беде ребенка, вцепившись в край старого рюкзака. Остальные дети замерли внутри салона, превратившись в невидимых хищников, наблюдающих из засады.
Через десять минут послышался приглушенный рокот мощного двигателя. Из-за поворота показался массивный черный внедорожник, который, едва заметно притормозив, остановился в нескольких метрах от Максима. Стекло приоткрылось, и наружу высунулось лицо мужчины лет сорока пяти — ухоженного, с аккуратной стрижкой и в очках в дорогой оправе. Он выглядел именно так, как мечтал Максим: уверенно, состоятельно и абсолютно наивно.
— Малыш, ты что здесь делаешь? Где твои родители? — голос мужчины был глубоким и обволакивающим, пропитанным тем самым сочувствием, которое Светлана Сергеевна называла «входным билетом».
Максим шмыгнул носом, глядя на мужчину снизу вверх. Его губа задрожала, а голос стал тонким и ломким.
— Мы... мы едем на экскурсию с водителем, но у нас что-то сломалось, а дядя Антон не выходит из кабины, он очень расстроен... — Максим всхлипнул, прижимаясь к рюкзаку, в котором вместо учебников покоился тяжелый мясницкий тесак.
Мужчина вздохнул, в его глазах мелькнула смесь раздражения на «безалаберного водителя» и искреннего желания помочь. Он вышел из машины, и дорогой парфюм с нотками сандала и кожи на мгновение перебил запах разогретого асфальта. Он подошел к мальчику, положив руку ему на плечо.
— Не переживай, чемпион, сейчас всё решим, — мягко сказал мужчина, его голос был полон той самой снисходительной уверенности, которая заставила Максима едва заметно оскалиться. — Меня зовут Игорь. Я в машинах разбираюсь. Позови своего водителя, пусть выйдет, посмотрим, что там с мотором.
Максим обернулся к автобусу и, стараясь, чтобы голос звучал максимально жалобно, крикнул:
— Дядя Антон! Тут добрый дядя приехал, он говорит, что поможет!
Двери автобуса с шипением раскрылись. Из салона медленно вышли дети — двенадцать маленьких теней с застывшими улыбками. Они обступили Игоря полукольцом, создавая иллюзию детского любопытства, но на самом деле они просто перекрывали ему путь к внедорожнику. Игорь, не заметив этого, добродушно усмехнулся. Он видел перед собой только стайку испуганных городских детей и старый, потрепанный автобус.
— Ну что, ребята, а водитель ваш действительно так расстроен? — спросил он, делая шаг к открытой двери, чтобы заглянуть внутрь.
— Он в кабине, дядя Игорь! — весело крикнул Коля, внезапно оказавшись прямо за спиной мужчины.
Голос мальчика прозвучал слишком резко, почти хищно, но Игорь лишь рассмеялся, не чувствуя, как кольцо вокруг него затягивается. Он сделал еще один шаг к дверям автобуса, и в этот момент Максим, всё еще изображавший всхлипы, резко вцепился в его штанину, с силой дернув вниз. Это было секундное замешательство, но его хватило, чтобы Андрей, выскочивший из-за водительского сиденья, с силой ударил мужчину в область печени тяжелым разводным ключом.
Игорь охнул, его лицо мгновенно побледнело, а из легких вырвался хриплый, свистящий звук. Он попытался развернуться, чтобы схватить нападавшего, но наткнулся на стену из маленьких, крепких тел. Дети, которые еще мгновение назад выглядели как невинные школьники, теперь действовали с пугающей слаженностью. Паша, самый младший, с неожиданной жестокостью вцепился зубами в лодыжку мужчины, заставляя того вскрикнуть от неожиданности и боли.
— Ой, дядя Игорь, вы так смешно кричите! — пропищал Максим, и его лицо теперь сияло искренним, почти ангельским восторгом. Он медленно открыл свой рюкзак и извлек оттуда тесак, лезвие которого зловеще блеснуло в лучах полуденного солнца.
Игорь попытался оттолкнуть Максима, но его тело всё ещё содрогалось от удара в печень, а дыхание превратилось в рваный, свистящий хрип. Он не успел осознать, что произошло, как почувствовал, как десять маленьких, цепких рук вцепились в его дорогую одежду, притягивая его к открытым дверям автобуса. Это не было похоже на нападение людей — скорее на наброс стаи голодных псов, где каждый знал свою роль.
— В салоне, пожалуйста! — весело пропела Светлана Сергеевна, появляясь в дверном проеме. Она выглядела как идеальный педагог: выглаженная блузка, мягкий взгляд и легкая улыбка. — Не заставляйте гостя ждать в пыли, дети. Затащите его к нам, чтобы он мог полноценно ознакомиться с нашей программой.
С диким, торжествующим воплем дети рванули мужчину внутрь. Его массивный внедорожник остался стоять на обочине — символ статуса, который теперь не стоил и цента. Игорь отчаянно пытался ухватиться за край дверного проема, но Коля, с лицом абсолютно спокойным и сосредоточенным, с размаху ударил его по затылку тяжелым металлическим фонарем. Вспышка боли, темнота, и мужчина с глухим стуком повалился на резиновый пол автобуса.
Двери с шипением захлопнулись, отрезая его от мира живых.
— Так, рассаживаемся! — скомандовала Светлана Сергеевна, и дети, едва не сбивая друг друга с ног, запрыгнули на свои места, с жадностью наблюдая за тем, как Андрей и Антон, схватив Игоря за ноги, волокут его в центр салона.