Страница 51 из 62
Манекен, статуя – вот кто был теперь перед замершим от ужаса Денисом. Алиса была похожа на заколдованную злой ведьмой прекрасную принцессу, и у Дениса мелькнула абсурдная мысль, что можно разбудить ее поцелуем.
Только они не в сказке, а он не принц на белом коне.
Денис сел возле Алисы, обнял ее. Она была каменно-неподвижна. Жизнь ушла из нее, и он не в силах был это исправить. Теперь ему хотелось заплакать, смыть с сердца острую, давящую боль, но слезы не шли. Денис чувствовал себя выгоревшим изнутри, пересохшим, как речка в Южном секторе, мертвым и мумифицированным.
– Прости меня, – шептал он в пустоту, зная, что Алиса не слышит. Тот, кто когда-то дал ей жизнь, теперь отнял ее.
Денис не знал, долго ли сидел так, обнимая Алису, не надеясь вернуть ее, прощаясь с нею навеки. Наверное, остальные смотрели сейчас на них, перешептывались, не понимая, как можно убиваться из-за ВО. Это ведь все равно, что оплакивать персонажа книги или героиню фильма. Но для Дениса Алиса всегда была реальна, ему было плевать, что о нем думают другие.
А потом царившую на площади тишину расколол на куски вопль Нины. Денис не мог понять слов, а может, их и не было. Крик вырвал его из оцепенения, и Денис увидел, что Тата с Олегом, Карп и все прочие спешат к Нине, которая стоит возле скамьи, где недавно лежал Денис. Сейчас там сидел Максим, а Нина смотрела (кажется, на него), прижав ладони к лицу, и заходилась криком.
Денис осторожно отстранился от Алисы, посмотрел на нее, желая извиниться за то, что должен уйти, и тяжело поднялся на ноги.
– Что такое? В чем дело? – спрашивали все друг у друга.
Денис подошел к Нине, которая больше не кричала, только дрожала всем телом, как попавший в силки кролик. Он посмотрел на Максима, который встал со скамьи, и подумал, что никогда прежде не видел своего всегда собранного, серьёзного друга таким растерянным.
«Что произошло?» – собрался спросить Денис, но осознал, что это неправильный вопрос. Правильный звучал бы так: «Где Саня? Куда он подевался?»
Нина вытирала слезы, переводя взгляд с Максима на Дениса.
– Ты же видел? Ты тоже видел? Как так вышло? Саня… Он…
– Это безумие, – еле выговорил Максим. – Мы сидели, говорили о том, что происходит с… – Максим поглядел на Дениса и осекся. – Нина отошла от Таты с Олегом и направилась к нам.
– Да, – подтвердила Тата, схватив мужа за руку.
– Саня улыбнулся и помахал Нине рукой, подзывая ее. Он сказал… Я не помню, что он…
– Это неважно! – истерически крикнула Нина. – Я смотрела на Саню, а он исчез прямо у меня на глазах! Был – и пропал! Растаял в воздухе! Как такое может быть? Куда он делся?
– Тут еще и не такое бывает, – философски заметил Семен.
– Если он тут пропал, может, появится где-нибудь? – пробормотала Тата.
– Я про такое слыхал, – вдруг сказал Карп, почесывая подбородок. – Колян… Помните его? Говорил, что с ними вместе был еще мужик один. Имени не помню. Так вот они ехали в машине, мужик тот сидел рядом с водителем. Сидел-сидел – и исчез. Как по щелчку пальцев. Такой вот фокус.
– И потом? Он нашелся? Появился где-то? – с надеждой спросила Нина.
Карп глянул на нее и дернул углом рта.
– Это сто лет назад было. Больше Колян того типа не видел. И я тоже. И никто. – Карп зачем-то посмотрел на небо. – Нету его, Сани вашего. Ничего тут не попишешь, так тому и быть. А нам идти надо.
– Ты просто чудовище бесчувственное! – с отвращением выговорила Нина и отвернулась от Карпа.
Тот фыркнул и сунул руки в карманы.
Воцарилось молчание. А потом Максим сказал:
– Вообще-то Карп прав.
– Что? – вскинулась Нина.
– Нам нужно идти, если мы хотим выжить.
– Стихия приближается, – сказал Олег, прижимая к себе жену. – Вы видите?
С этим невозможно было спорить. Жара, холод, дождь и туман пожирали площадь с четырех сторон. На небе то вспыхивали молнии, то проносились с противоестественной скоростью черные, набрякшие снегом или дождем тучи. Солнце, словно неисправная лампочка, вспыхивало и гасло; становилось то тепло, то холодно.
Всего этого Денис, занятый своими переживаниями, не замечал, а теперь вот понял, что островок нормальности, если можно так выразиться, становится все меньше.
– Нина, мы не можем позволить своему страху, своему горю и страданиям сделать нас слабее. Мы станем оплакивать дорогих нам людей после, но сейчас… – Голос его задрожал, но Денис сумел справиться с собой и договорил уже твердо: – Сейчас мы должны пойти к Цитадели и попасть внутрь. Это наш последний шанс.
Она подняла на него блестящие от слез глаза.
– Алиса? – Нина посмотрела Денису за спину, натолкнулась взглядом на неподвижный силуэт. – Что с ней?
Денис сжал челюсти.
– Алиса не пойдет с нами. – Он не смог заставить себя произнести: «Умерла». – Ее путь окончен. Но мы отправимся дальше, хорошо?
Нина смахнула с глаз вновь выступившие слезы и прикусила губу.
– Хорошо, Денис. Я готова.