Страница 21 из 47
Клара отшатнулась, будто её ударили, и, не сказав больше ни слова, выбежала из комнаты.
Элис подошла к Анне и осторожно взяла её за руку:— Ты молодец. Очень сильная.
Анна слабо улыбнулась:— Спасибо, что помогла мне это сказать.
Генри подошёл и опустился на колени рядом с креслом сестры, взял её ладонь и прижал к своему лбу:— Прости меня. Я должен был раньше увидеть, что происходит.
— Ты не виноват, — тихо ответила Анна. — Ты просто любил меня. А это иногда мешает замечать зло рядом.
Позже, когда Анну уложили отдыхать, а дом погрузился в вечернюю тишину, Элис вышла в сад. Она шла по дорожке, не глядя под ноги, и чувствовала, как тяжесть, висевшая на ней все эти дни, понемногу уходит.
За ней тихо последовал Генри. Он не спешил, не пытался догнать, просто шёл рядом, пока они не остановились у пруда, где вода отражала последние лучи заката.
— Вы знали, что делаете, — сказал он тихо. — Вы знали, как ей помочь.
— Я просто слушала её боль. А потом нашла слова, которые могли её освободить.
Он посмотрел на неё так, будто видел впервые: не как ведьму, не как спасительницу, а как человека.— Вы удивительная. И… я боюсь, что когда всё это закончится, вы уйдёте.
Элис опустила взгляд, чувствуя, как сердце забилось быстрее.— Мой день рождения скоро. И тогда… я смогу выбирать. Но сейчас я здесь. И я хочу быть здесь, пока нужна.
Генри не стал ничего обещать. Он просто кивнул и протянул ей руку:— Пойдёмте. Сегодня Анна спала спокойно. И, думаю, нам всем стоит немного отдохнуть.
Они шли по коридору, и между ними не было неловкости, только тихое понимание. А где-то в окне мелькнула тень Василия — он сидел на подоконнике, поправлял шляпку и, казалось, был доволен.