Страница 54 из 76
Семен спросил, не полагается ли отдельная выплата за двое суток на Уссури. Все-таки ночная служба, китайские солдаты, пушки на том берегу.
— К нашей особой службе это не относится, — объяснил Аркадий Игнатьевич. — Вы действовали по распоряжению местного и окружного начальства. От нашего ведомства задания не получали, так что и отдельной выплаты не будет. А решит Эпов представить вас к награде, это уже его дело.
— Я только спросил, — пожал плечами Сема.
Дядька убрал ведомость и достал другую папку.
— С деньгами закончили. Теперь разберемся, ради чего я приехал.
На стол легли свежее пьо, его русская копия, долговая расписка, три квитанции за принятую пушнину и бумага о передаче права пользоваться промысловой речкой.
По первой записи гольдская семья получила у китайского торговца серебро, муку, железо и порох. Через месяц отдала партию соболя, потом еще две. Все три квитанции были перед нами, только в последней долговой бумаге стоимость меха не вычиталась. Долг вырос, а в счет окончательного расчета кредитор получил право пользоваться речкой пять лет.
— Меха тут будто и не было, — сказал Илька, еще раз просмотрев квитанции. — Купец каждую шкурку считает. Цену занизит, лишнее припишет, к качеству придерется. А без счета мех не примет. Иначе весной сам не разберется, кто сколько должен.
Я перебрал бумаги. Расчета и правда среди них не было. Побратим постучал пальцем по квитанциям: выходит, купец вел его отдельно, для себя.
Семен тем временем взялся за русскую копию. Китайский торговец уступил долг одному человеку, тот передал право другому. После нескольких сделок промысловая речка оказалась в расчетах торгового товарищества. Во второй пачке менялись семья, кредитор и первые русские фамилии, а порядок оставался прежним.
Дядька добавил еще несколько выписок. Мы разложили их рядом. Разные цепочки сделок сходились к одному человеку.
— Афанасий Гаврилович Молчанов, — прочитал я. — До сих пор его имени в бумагах не было.
— В первых документах и не должно быть, — ответил дядька. — Купец первой гильдии, золотопромышленник. Несколько приисков, паровая лесопилка, склады у реки и большие обозы водит. По казенным книгам исправный плательщик. Человек по здешним меркам весьма состоятельный.
Семен положил рядом две последние выписки.
— Он все подряд скупал или места возле будущей дороги выбирал? Ежели хватал, что продают, то одно дело. А если только там, где чугунка пройти может, это уже неспроста.
Дядька вместо ответа развернул карту. Там выделены реки, дороги, перевалы, зимники, удобные выходы к воде и возможные направления будущих изысканий. Другим карандашом были отмечены участки, права на которые передавали по долговым распискам.
Я придвинул карту ближе. Утром мы с земельщиками разбирали такие же места, только по отдельности. Здесь один участок лежал у удобной пристани, второй закрывал проход между сопками, третий примыкал к старому зимнику. Четвертый занимал лес возле короткого обхода.
Сплошной полосы не получалось. Зато стоило отвести дорогу от одного участка, как упирались в следующий. Обойдешь оба, а вода, лес и место под склад все равно понадобятся.
— Сашин выселок тоже может оказаться на пути, — сказал я. — Но там одно хозяйство: выкупят или обойдут. А здесь несколько разных мест заранее собрали. И каждое может понадобиться.
Аркадий Игнатьевич кивнул. Казна могла отчуждать землю, но сперва предстояли оценка, осмотры, жалобы и возня с поверенными. Где-то дорогу отведут, где-то начнут спорить с хозяином. Время уйдет в любом случае. А Молчанову еще и лес продавать можно, склады содержать, обозы на постой пускать. Строителям все потребуется, а их будет немало.
Семен еще раз просмотрел выписки.
— Так вызовите Молчанова да спросите, откуда у него те участки. Все сделки к нему сходятся. Начнет юлить, значит, есть что скрывать.
Аркадий Игнатьевич поднял расписку.
— А он не станет юлить. Пришлет поверенного с такими вот бумагами. Покажи, за что по ним я могу взять его под следствие. Китаец дал товар в долг. Русский выкупил обязательство. Следующий владелец заплатил пошлину. Где тут сказано, что Афанасий Гаврилович велел раздувать долг и гольдов в кабалу загонять?
Дядька положил лист обратно.
— У него сотни людей работают, не считая сезонных артелей и подрядчиков. Своя охрана на приисках и складах, вооруженные сопровождающие при обозах. С наскока не возьмешь. Шум поднимем, а он за это время все подчистит.
На его предприятиях уже дважды проводили проверки. К приезду проверяющих бумаги лежали в образцовом порядке, а спорные документы куда-то девались. То ли у Молчанова имелся покровитель наверху, то ли приказчики узнавали о проверке от кого-нибудь помельче. Дядька этого пока не выяснил.
— Нужны их собственные расчеты, — продолжил он. — Сколько дали гольдам товара и денег, сколько приняли меха, как передали угодья за долги. И какую долю получил каждый посредник. Не могут они все это в голове держать.
Он указал на даты в бумагах по одной сделке. Нас интересовало, когда Молчанов приобрел долг и когда за него расплатился. Если даты не сойдутся, появится зацепка. Но поздняя выплата сама по себе еще не доказывала, что договор составлен задним числом: могли условиться рассчитаться после. Нужны были записи, расходившиеся с условиями самой сделки. Тогда можно попробовать добиться обыска и потребовать остальные книги. Самого Молчанова на одной нестыковке все равно не возьмешь.
Семен подался к столу.
— К конторе нас просто так не пустят. Можно с охраной договориться. Добром, за деньги либо по-другому. Только сперва надо знать, где нужные бумаги лежат. А можно и самому в охрану наняться. Будет время приглядеться.
Аркадий Игнатьевич подтянул карту ближе.
— Можно. Но мы пока не знаем, где у него эти бумаги: в главной конторе или у приказчика на каком-нибудь прииске. Даже кто охрану набирает и как проверяют новых людей, еще не выяснили.
Разговор все больше сводился к тому, чтобы завести к Молчанову своего человека. Из нашей тройки лучше всего подходил Рыжий. Не Семен Бирюков из Лончаково, а Трофим Степанович Бирюк, кубанский охотник и проводник. Бумаги у него уже имелись. Такого могли взять к обозу, а там, глядишь, и к охране конторы или складов приставить.