Осколки

— Я еще посижу, — сказала она. — Хочу послушать музыку.

— Ты уверена? — Ирина с сомнением посмотрела на нее. — Я могу остаться.

— Нет, — улыбнулась Таша. — Я хочу побыть одна. Просто посидеть, послушать. Я скоро вызову такси и уеду.

— Хорошо, — Ирина обняла ее. — Ты молодец, дорогая. Я горжусь тобой.

Подруга ушла, и Таша осталась одна.

Она неспешно потягивала коктейль. Музыка играла, и она чувствовала, как напряжение, которое она носила в себе последние месяцы, медленно уходит.

Она не заметила, как к ней кто-то подошел.

— Таша? — голос был низким, спокойным, с легкой хрипотцой. — Я не ошибся? Это ты?

Наталья подняла глаза.

— Дмитрий? — она удивилась. — Ты здесь?

— Я часто сюда захожу, — сказал он, кивая на столик в углу, где стоял его бокал. — Люблю джаз. А ты?

— Я тоже, — сказала она. — Вернее, я была здесь с подругой. Но она уже ушла. А я решила еще посидеть.

Он посмотрел на нее внимательно, задержав взгляд на короткой стрижке, на ее платье, на красной помаде.

— Выглядишь потрясающе, — сказал он. — Я не сразу узнал тебя. Что-то изменилось.

— Всего лишь новая стрижка, — улыбнулась она.

— И не только, — сказал он. — Ты выглядишь… Я не знаю, как это объяснить.

Она почувствовала, как от его слов внутри разливается странное тепло. Он видел то, что она чувствовала сама.

— Присоединяйся, — сказала она, кивая на свободное место напротив. — Если хочешь.

— С удовольствием, — сказал он и сел.

Он заказал себе виски и посмотрел на нее с любопытством.

— Я не ожидал встретить тебя здесь, — сказал он. — Но я рад. Честно говоря, я думал о тебе сегодня.

— Обо мне? — удивилась она. — Ты не боишься, что это будет выглядеть не профессионально?

— Боюсь, — признался он. — Но я умею разделять личное и рабочее. Если ты хочешь, чтобы мы оставались только коллегами — я приму это. Но если ты хочешь попробовать узнать друг друга ближе… я был бы рад.

Она молчала. Внутри нее боролись страх и простое, человеческое желание почувствовать себя живой, желанной, нужной.

— Я не готова, — сказала она наконец. — К отношениям. Совсем. У меня еще не закончен развод, и я… я просто не могу.

Он кивнул.

— Я понимаю… И не тороплю тебя… Я не исчезну, если ты скажешь «нет». Мне просто нравится быть рядом с тобой.

Таша почувствовала, как что-то внутри нее оттаивает.

— Спасибо, — сказала она. — За то, что понимаешь.

Пианист заиграл что-то новое — медленное, красивое, и Таша закрыла глаза на мгновение, чувствуя, как музыка проникает в душу…

Они удивительно легко разговорились.

Дмитрий рассказывал о своей дочери, о ее учебе в Англии, о том, как он научился жить один. Она рассказывала о Паше, о том, как он вернулся к ней, о суде, о том, как она нашла в себе силы не сдаваться. Он слушал, задавал вопросы, и в его глазах не было жалости — только уважение и восхищение.

— Ты сильная, — сказал он. — Я знаю, что ты это уже слышала, но я скажу еще раз. Ты — самая сильная женщина, которую я встречал.

Она улыбнулась.

— Спасибо, Дмитрий.

Когда Наталья наконец посмотрела на часы, было уже около полуночи.

— Мне пора, — сказала она.

— Я провожу тебя, — сказал он, поднимаясь. — Если ты не против.

— Только до такси, — улыбнулась она.

Они вышли из бара. Ночной воздух был прохладным и свежим, и Таша вдохнула его полной грудью, чувствуя, как внутри разливается легкость.

— Спасибо за сегодняшний вечер, — сказала она.

— Это тебе спасибо, — ответил он. — Я давно не чувствовал себя так хорошо. И ты… ты удивительная, Таша.

Тана ехала в такси и смотрела в окно на ночной город, на огни, которые мерцали за стеклом. Она чувствовала, что сегодняшняя встреча изменит ее жизнь.

Таша закрыла глаза и улыбнулась.