Осколки

— Я догадывалась, что у него что-то не так, — сказала она. — Он в последнее время стал замкнутым. Будем рады, если у него все наладится.

Наташа вышла из школы, чувствуя, как с плеч сваливается камень.

Она поехала к адвокату.

Игорь Викторович оказался высоким, седым мужчиной с пронзительным взглядом. Он просмотрел документы, посмотрел видео и кивнул.

— У нас хорошее дело, — сказал он. — Я подготовлю иск. Завтра мы подадим его в суд. Предварительное заседание обычно назначают через месяц.

— Месяц? — переспросила Наташа.

— Это быстро, — улыбнулся адвокат. — Обычно ждут дольше.

Он посмотрел на нее внимательно.

— Вы должны быть готовы к тому, что ваш муж будет давить. Он будет звонить, угрожать, пытаться манипулировать. Не ведитесь. Все, что он скажет — записывайте. Это тоже доказательства.

Наташа кивнула.

— Я поняла.

Вернувшись домой, она увидела на телефоне несколько пропущенных от неизвестного номера. Она не стала перезванивать. Но через час в дверь позвонили.

На пороге стоял Андрей.

Он был небрит, под глазами залегли тени, а взгляд был бешеный.

— Где Паша? — спросил он, проходя в квартиру без приглашения.

— Он в школе, — сказала Наташа. — Ты не имеешь права врываться в мою квартиру.

— Это ты не имеешь права забирать моего сына! — заорал он. — Я подам на тебя в суд! Отсужу у тебя все!

— Уже подал? — спросила Наташа спокойно. — Я тоже. Суд назначен через месяц. Там и поговорим.

Андрей побледнел.

— Ты что, серьезно?

— Абсолютно, — сказала Наташа. — Ты угрожал мне, выгнал из дома, лишил работы, заблокировал карты. А теперь хочешь отнять сына. У тебя ничего не выйдет.

Она смотрела ему в глаза, и в ее взгляде было столько силы, что Андрей отшатнулся.

— Ты… ты не знаешь, с кем связываешься, — процедил он.

— Я знаю, — ответила Наташа. — Я связываюсь с трусом, который боится ответственности. Уходи, Андрей. И не приходи больше.

Он замахнулся и со всей дури ударил в стену рядом с ее головой. А потом развернулся и ушел, хлопнув дверью. Наташа стояла посреди коридора, чувствуя, как дрожат руки. Но внутри была уверенность. Она сделала все правильно.

Через два дня Наташе позвонила Света. В голосе ее не было привычной наглости. Она была растерянна.

— Наталья Владимировна, — сказала она, — звонили из трудовой инспекции. Они пришли с проверкой. И… они нашли нарушения. Много нарушений.

Наташа молчала. Она ждала этого звонка.

— Я не знаю, что делать, — продолжала Света. — Нам грозит штраф. А вас… вас могут восстановить на работе.

— Мне не нужна эта работа, — сказала Наташа. — Но я хочу, чтобы вы ответили за все.

— Наталья Владимировна, прошу вас…

— Не надо, — перебила Наташа. — Вы сами выбрали свою сторону, Светлана. Теперь живите с этим…

На следующий день Дмитрий пригласил Наташу на обед. Просто в кафе рядом с офисом.

Она на удивление быстро нашла общий язык со своим новым начальником. С одной стороны, он казался ей удивительно порядочным и приятным человеком. С другой, например, вечно забывал, куда положил нужные документы. Но Наташу этот маленький недостаток почему-то не раздражал, а трогал до глубины души…

Они сидели за столиком, пили кофе, и Дмитрий спросил:

— Как дела с сыном?

— Хорошо, — сказала Наташа. — Он привыкает. Нам предстоят долгие судебные тяжбы…

Дмитрий кивнул.

— Тяжело, наверное.

— Тяжело, — призналась Наташа. — Но я справлюсь.

Дмитрий посмотрел на нее с теплом.

— Знаете, вы — удивительная женщина. Я редко встречаю таких сильных людей.

Наташа улыбнулась.

— Спасибо, Дмитрий.

Вечером Паша сидел за столом и делал уроки. Наташа отмывала фарфоровые чашки, которые нашла в старом серванте предыдущей хозяйки, и с улыбкой смотрела на него.

Она взяла телефон и написала Ирине: «Суд через месяц. Адвокат просто огонь».

Ирина ответила через минуту: «Удачи, Наташенька. Держу за тебя кулачки».

Наташа улыбнулась, глубоко вздохнула и посмотрела в окно. За окном наступала весна.

Конечно, впереди ещё были суды, разговоры с учителями, бессонные ночи, когда Паша просыпался от кошмаров. Но сегодня, в этот вечер, они были вместе. А значит, всё остальное они переживут.