Страница 12 из 26
Глава 11. Кофе навынос и подозрения в придачу
— Вы моя спасительница! — прижимаю телефон ухом к плечу. Крепче сжимаю в руках полный пакет с продуктами и толкаю дверь кофейни.
Кофе здесь очень дорогой, но я планирую отпраздновать свой успех. Несмотря на то что после работы перегружена покупками для дома, а впереди ещё готовка ужина.
Заслуживаю я или нет капучинку с карамелькой?
— Ладно тебе, Леночка, — смеётся в трубку Ирина Сергеевна, наш главных бухгалтер и, по совместительству, моя фея — крестная. — Ерунда какая. Сочтёмся.
Как ещё назвать человека, согласившегося за два дня сваять с нуля, произведение искусства на мою фиктивную свадьбу?
За чисто символическую плату!
Теперь я надеюсь, что не подставлю Витю и у него есть приличный костюм.
— Заходи, как договаривались, на примерку.
— Даже не знаю, как вас благодарить, — вздыхаю, зависнув возле витрины с выпечкой.
— Мне только в радость.
Надеюсь.
Ещё рассчитываю влезть-таки в снятые с меня сегодня мерки. Поэтому торжественно клянусь, что кусочек Праги сегодня станет единственным разрешённым сладким до свадьбы.
Да.
Стаканчик кофе и кусочек торта для того, чтобы отметить моральную победу над Светкой.
Бариста с улыбкой молодого Ален Делона приступает к перемалыванию зёрен, и без того наполненное аппетитными ароматами выпечки и кофе помещение расцветает новыми красками.
Я лениво блуждаю взором по лицам редких посетителей. А затем замираю, не веря своим глазам.
Это что ещё за номер?
Моргаю, протираю уставшие глаза кулаками. Не день, а сплошное недоразумение! Мало ли что померещатся.
Но, нет.
Не мерещится.
В уютном уголке, прямо под раскидистым фикусом, за круглым столиком притаился Витя. Нацепив лучшую из улыбок, что-то тщательно втирает поплывшей от его взглядов блондинке.
Боже, даже типаж одинаковый!
Я не слышу их разговора, но от их близости подташнивает. Гадать не надо: блондинка уже мысленно участвует в родео.
Если не участвовала в нём раньше.
Зуб не попадает на зуб.
Я понимаю, что Витя ничего мне не должен, наш брак фиктивный. Но сейчас я считаю себя в полном праве придушить и его, и эту мымру!
Потому что... А вдруг нас из-за его похождений раскроют? И что мы тогда будем делать Всё зря, получается!
Я уже и финансово вкладываюсь, ничего? Платье там заказываю, пока кто-то явно соблазняет облачённую в голубой брючный костюм ледис.
— Ваш кофе и десерт.
— Отлично, — шиплю змеёй и быстрее расплачиваюсь. — Повторите кофе.
Мальчик-бариста недоумённо хлопает ресницами, но принимает заказ. А я наспех поправляю одежду и причёску, глядя на своё отражение в витрине. Так себе, конечно. Какой может быть лук после смены?
Но я была бы не я.
Что я, не знаю, что там Вите больше всего нравится и отчего девки исходят на зависть?
Расстёгиваю несколько пуговиц на рубашке, взбиваю руками волосы. И, вооружившись кофе и тортом, с пакетом наперевес, вальяжно цокая в сторону столика.
— ...пастельные тона, более мягкие, — доносятся до меня обрывки слов разукрашенной фифы.
— Милый! — выкрикиваю я. — Как неожиданно. Познакомишь?
Любовники замолкают и быстро оборачиваются ко мне. Взгляд Вити бегает, а девушка застывает с открытым ртом растерявшись.
Всё в недоумении, кроме меня. Я ускоряюсь и останавливаюсь почти впритык к девушке. Небольшой крен в сторону пакета, и вот пальцы непроизвольно разжимаются, а стаканчик с кофе летит на пол, обдавая одежду фифы горячим напитком.
Она с визгом подскакивает.
— Ой, как неловко! — роняю пакеты и хватаю салфетки.
— Ты больная?! — верещит, таращась на меня, курица.
Она прыгает вокруг своей оси, обмахивается руками, пока Витя, закрыв лицо ладонями... Ржёт!
Нет, с ним можно вообще как-то жить?
— Я же не специально, вы что?! Скорее, скорее нужен лёд! Холодная вода!
— Да пошли вы оба! — выкрикивает ополоумевшая, а затем обращается персонально к Виктору, тыча в него пальцем. — Не звони мне Жаров, понятно?! Сам разбирайся со своей ебанько!
— Сама ты ебанько! — буркаю ей вслед, а сама плюхаюсь на её место. — Давай-давай, перебирай своими куриными лапками.
Мы обмениваемся бескультурными жестами вплоть, пока мымра не исчезает в дверях кофейни.
И мой праведный гнев находит другую цель.
— Ничего не хочешь мне объяснить? — рыкаю на давящегося смехом Витю. — Жаров, а ты не думал, что конспирация вся пойдёт в жопу от бедра, если ты продолжишь таскаться с бабами.
— Это не баба, Елёк.
Закатив глаза, поправляю пакет рядом со столиком.
— Конечно. А сиськи у неё — это исключительно элемент декора.
— С учётом того, что там силикон, можно и так сказать.
Ах он...
— Какая прелесть, — скриплю сквозь зубы. — Где ещё какие конструкции у этой «не бабы»?
— Елёк.
Новая попытка меня затормозить стрелой проносится мимо моего уха. Гнев, накопленный за день, взрывной волной разносится по помещению.
— Ты охренел, Жаров? — поднимаюсь, оперевшись кулаками на стол. Нависаю над Жаровым угрожающей горой, а он, по-моему, ещё сильнее веселиться.
Чем окончательно выбешивает!
— Тебе зачем помощь моя нужна? Чтобы потом весь город и деревня обсасывали, как мой муж с какой-то овцой силиконовой по кофейням рассаживает?
Зацепила. Вижу, как на его лице залегает тень.
— Я не подумал про это.
— Да что ты? — таращу глаза, широко распахнув рот. — Решил, что бабу добрые люди и не заметят?
— Елёк, честно, ты больше внимания привлекаешь.
— Ах, это ещё и я...
Теряю равновесие. Потому что Витя перехватывает меня за руку и тянет на себя. Едва не падаю на стол, но оказываюсь бережно подстрахована мощным захватом Жарова.
Его глаза близко.
Экстремально.
И в них внезапно так много всего, что я задыхаюсь от нахлынувших на меня чувств. Как по команде, мы синхронно смотрим на губы друг друга.
И мир сносит с орбиты.