Каникулы археологов

— Ага. По твоей, между прочим, просьбе… Ваше сиятельство! А их главаря, Мишу Геморройного, мы благословили, врать не буду, в подводную экспедицию. Тогда как раз Жак Ив Кусто в моде был, — хмыкнул ведьмак.

— Мой грех, — признался архиепископ. — Но вынужден сказать в свою защиту, что этот Миша однозначно попутал берега и вздумал поставить на счётчик саму Православную церковь, что есть христопродавство и служение сатане. Я его даже отпевать не стал, по этому поводу, хотя меня об этом очень просили и предлагали большие деньги.

— Положим, он не всю церковь поставил, а только тебя. А ты подписал меня на мокруху, но дело старое, а кто старое помянет… — улыбнулся Урфин.

— Ко взаимной выгоде! — поднимая вверх указательный палец, подтвердил Тихон.

Разговаривая и вспоминая былые деньки, они дошли до ведьмаков, замерших у тела безрукого Геши.

— Ну-ка, посветите на вторую дверь! — приказал Урфин.

Ведьмаки повернулись, и старшак охнул, увидев, что вскрыта не только дверь, но и решётка.

— Снежок! — хриплым голосом позвал ведьмак. — Снежок, ко мне!

Но ему никто не ответил. И тогда Урфин первым побежал вперёд.

— У него там собака? — удивился архиепископ, но ведьмаки только отводили глаза.

— Снежо-о-о-ок!!!

Рёв старшака был страшен. Архиепископ вздрогнул от эмоциональной волны, окутавшей недра подвала, и увидел, как у ведьмаков, стоявших поблизости, буквально заискрили головы. Урфин был в ярости, это очевидно, и когда его подчинённые рухнули рядом с Гешей, Тихон понял, что успокаивать психопата ему придётся своими руками. Он сжал покрепче трость и забормотал молитву.

Урфин вылетел из-за двери, словно пробка. Волосы дыбом, глаза сверкают, а уж когти… Но архиепископ не дрогнул и смело перекрестил нечистую силу, заставив старшака прыгнуть в сторону.

— Прекращай! Ваше сиятельство! — орал, катаясь по полу, Урфин. — Я тебе харю набью, а трость в жопу вставлю! Ты на моей территории!

— Не перестану! Не перестану, пока не уберёшь когти! Ибо: помяни Господи Давида и всю кротость его… — отвечал Тихон.

— Ай! Жгётся!

— Убирай когти!

— Они Снежка замочили! А его ещё мой дедушка воспитывал! Ай! Всё! Харэ!

Урфин, надо отдать ему должное, быстро пришёл в себя и немедленно попросил прощения, а Тихон с удовольствием и не без злорадства согласился это прощение принять. Ну, ещё бы: не каждый год удаётся почесать бока злому чудищу. Нужно будет обязательно прочитать вечером молитву от греха, иначе взыграет гордыня, а это похлеще высокого сахара.

Старшак поискал, на что бы присесть, и в результате присел на своего подчинённого. Ну а чего теперь стесняться-то, если горе? А тот всё равно без сознания. Архиепископ тут же с готовностью сел на соседнего.

Урфин протянул ему сигареты, и они закурили.

— Нету золота, — сделав несколько затяжек, признался ведьмак. — Интересно: кто бы это мог сделать? Мы же всех тут, в округе, знаем.

— Как это — исчезло? — не поверил своим ушам Тихон. — У тебя же Гоголь-Моголь! Так, погоди… А кто хвастался, что его вскрыть нельзя?

— Видимо, перехвастался, — подытожил Урфин. Он выкинул окурок и достал новую сигарету.

Архиепископ тут же испросил разрешения убедиться лично. Урфин равнодушно кивнул. Он сидел неподвижно, уставившись в одну точку, и перебирал варианты. Тихон осторожно вошёл в хранилище, полюбовался на обгоревшего вурдалака и заглянул в помещение, где стоял сейф. Любопытно. И кто же это интересно смог вскрыть ведьмачий сейф? Очевидно, другой ведьмак, ну или… Или — что это?

Он поднял пустую бутылку и понюхал. Ого, да из неё пил брат во Христе… Так-с, а кто же это, и почему он обронил стимулятор? А ещё окурки.

Архиепископ выкинул пустую бутылку подальше, а стимулятор убрал в карман. Ещё не хватало, чтобы его здесь подозревали, в этой обители греха и смрада. Но Урфин, какой бы ни был скотиной, но он свой, а посторонний, укравший золото, по сути украл и у церкви. Ведь это золото должно было достаться ему. А значит, следует помочь в поисках и наказании. Ну, с последним…

Архиепископ вернулся и показал старшаку окурки.

— Прекращай уже скрипеть мозгами, — сказал он и посоветовал. — Поезжай сразу к сёстрам. Этого им будет достаточно, чтобы разыскать вора.

Урфин понюхал окурки и согласно кивнул. Впрочем, стимулятор в кармане архиепископа он тоже учуял, но решил до поры до времени не спешить с выводами.