Каникулы археологов

Глава 31

Валера познакомился с Анзором ещё в тот день, когда водил своего товарища по салонам красоты и парикмахерским. Оставив Дениску на попечение бдительного Капитона в очередной цирюльне, он неспешно прогуливался по одной из центральных улиц Садовска, изучал местность, заглядывал в магазинные витрины и так, пока незаметно для себя не дошёл до набережной. Очень уж ему хотелось посмотреть на море. Столько дней пил… Вернее, отдыхал, а на море так ни разу и не собрался. А там девушки загорают, а среди этих девушек, наверняка, имеются симпатичные, с бритыми ногами и в откровенных купальниках. Чисто из эстетического интереса. Ничего такого. Просто дошёл до набережной, отделанной белым камнем, и прогуливался вдоль перил, облизываясь на приезжих красоток. Правда, было ещё утро, многие из отдыхающих ещё спали, поэтому ничего особенного он на пляже не обнаружил. Посмотрел на зонты от солнца, на пустые лежаки. Увидел парочку пьяниц, отдыхавших, судя по всему, ещё с вечера, и, заметив уборщиков с мешками мусора, понял, что пришёл слишком рано. Нет, если вернуться на ту улицу, с которой он пришёл, то там было на что посмотреть. Почти вся улица в ресторанах и закусочных, а между ними прогуливались краснокожие барышни в купальниках и в каких-то новомодных юбках, которые он определил как занавески. Вроде бы и юбка, а случись чего — раздевать не надо. Надо будет обязательно спросить, как они называются, для самообразования. А ещё лучше — пощупать. Тут он замечтался и не заметил, как наткнулся на лоток с варёной кукурузой.

Почёсывая коленку и поминая вслух какую-то мать, Валера с недоумением посмотрел на препятствие, вставшее у него на пути, перевёл взгляд на складной деревянный прилавок и только потом обратил внимание на вывеску:

Горячая кукуруза

Продавец, молодой парнишка, сидел прямо перед прилавком и с независимым видом читал какую-то книгу. Он даже не повернулся, хотя археолог сразу понял: продавец его видит и слышит. Просто ему это неинтересно. Расслабленные они все тут. Одно слово — курорт.

— Почём початок? — не забывая чесать коленку, поинтересовался Валерий Васильевич.

— Десять рублей, — не отрываясь от книги, отозвался продавец.

Валера окинул критическим взором прилавок. Кукуруза лежала прямо на столе, сложенная пирамидой. В некоторые была воткнута деревянная палочка, а с правой стороны располагалась пачка бумажных пакетиков. Кукуруза была, конечно, варёной, но ни разу не горячей. Расторговались тут, пройти негде.

Археологу было немножко больно и странно, что на него не обращают внимания, и потому он решил высказать свою претензию. Начал издалека.

— Вчерашнюю вижу, а где горячая? У тебя на вывеске что написано?

— Двадцать рублей, — по-прежнему глядя в книгу, отвечал продавец.

— А это на прилавке тогда что? — возмутился Валера, тыча на пирамиду пальцем.

— Тридцать рублей, — невозмутимо отвечал мальчик.

— А по десять тогда какая? — грозным голосом спросил археолог. Он уже собирался мысленно проклясть весь этот уличный фаст-фуд взрывным поносом, но тут мальчик ответил.

— Дядя, разуй глаза, там ценник. Что там написано?

Валера послушно разул глаза и обнаружил возле кукурузы табличку, сделанную из картонки. На ней жирным чёрным маркером было написано:

Один початок — 10 рублей (любой). Горячей нет — сегодня и так жарко.

Хм. Спорить сразу расхотелось. Действительно, день был жаркий, солнечный, а по прогнозам вообще обещали +37. И это только в тени. Тут не до горячего.

— Я её сам написал, — сообщил зачем-то парнишка. — Дедушка обычно горячей торгует, но отдыхающим всегда без разницы. Раз у моря, значит вкусно.

— А ты, значит, сегодня вместо дедушки?

— У меня каникулы. Дедушка хочет, чтобы я был как он: торговал. А я выучусь на химика и поеду жить в Англию, — простодушно рассказал продавец.

— Ну, с таким-то потенциалом, конечно. Так ты эту кукурузу никогда не продашь. Клиента заманивать надо, — посочувствовал ему археолог.

— Продам, — возразил парнишка. — Рядом лестница. Все приезжие идут на пляж по лестнице, а не в обход, значит идут мимо таких, как я. Тут самое козырное место. Кукуруза, сахарная вата, мороженое, чурчхела, лимонад. Лучше бы на центральной площади стоять, там, где мэрия, но и тут тоже неплохо. Поблизости живут монахи, они тоже любят кукурузу. Торгую часов до трёх, а потом свободен. Каждый день так.

— Какие монахи? — насторожился Валера. — Много?

— Много. Вернись с набережной на проспект, а там за угол и на параллельную улицу. Там церковь, кладбище старое и какая-то их школа, я никогда не интересовался, но к вечеру, когда будет прохладней, они сюда приходят толпами, все в чёрном или переодеваются в обычную одежду. Думают, я их не узнаю. Приходят, потому что тут всяких приезжих баб много. Мне всегда казалось, что монахам гулять нельзя, а они, оказывается, не только молятся, — рассказал продавец.

И точно. Не успел он это договорить, как на набережной появилась парочка монахов. Они были далеко, но, судя по направлению, двигались в сторону ларька. Валера свирепо потянул носом воздух. Боевые церковники. Рясофоры. Слабенькие, но исполнительные. И если их тут много… Лучше всего было бы сейчас уйти.

Он кинул на прилавок тысячную купюру.

— Мальчик, продай мне три кукурузины.

— Ты сам мальчик. А я Анзор! — обиделся продавец.

— Хорошо. Продай мне три початка, Анзор-не-мальчик.

Парень покосился на деньги и отрицательно покачал головой.

— Мелочи разве нет? Я не сдам.

— Ну, сдачу себе оставишь, — предложил Валера.

— Так бери, — разрешил Анзор. — Выбирай три, какие понравились, и бери. Бесплатно.

— Чё? — не поверил своим ушам археолог. — Гордость не позволяет, да? А как же дедушка?

— Не гордость, а честность. Потом занесёшь. Будем считать, что ты мне должен тридцать рублей. А тысячу забери, — ответил Анзор и снова уткнулся в книгу.

У Валеры после этих слов так перекосило хлебало, что он тут же решил на ком-нибудь сорвать злость. Монахи действительно собирались прикупить кукурузы, но когда они подошли к лотку, где торговал Анзор, археолога уже не было, а на них неожиданно напал острый приступ икоты.