Страница 364 из 412
Хитин на руках пошёл тонкими трещинами, из которых вытекала густая чернота. Пальцы теряли форму, превращаясь в клубящиеся сгустки. Крылья расплывались, становясь частью мрака.
Я пошёл к «фиолетовому». Заметив меня, он бросил очередное заклинание. Я почувствовал его лишь как попытку прорваться внутрь. Тьма, которой я уже не управлял, а которой становился, справилась сама. Магия безликого вошла в неё и исчезла. Ещё один удар. И ещё. Ни один из них не достиг плоти. Потому что её практически не было.
Моих рук уже не существовало в привычном смысле. От плеч вниз тянулись клубы тьмы, плотные, живые, пульсирующие. Ноги растворялись в той же массе, оставляя на камне только тени.
Но я шёл всё быстрее.
Безликий замер, холодное превосходство сменилось растерянностью, вслед за которой вспыхнул страх. «Фиолетовый» резко вскинул руку, поднимая между нами заслон, и одновременно попытался дёрнуть Ареса к переходу.
Я прошёл сквозь заслон, как сквозь дым, рассыпав его в клочья. Направив часть своего мрака, я загнал безликого в ловушку, не давая ему уйти, и посмотрел на Ареса, которого больше не держала магия.
Он поднял голову. Наши взгляды встретились. В его глазах я увидел и понимание того, что я собираюсь сделать, и того, что он не сможет меня остановить.
Арес медленно встал, подошёл ко мне. Он смотрел на меня не как на воина и телохранителя. Он смотрел на друга, с которым прожита целая жизнь.
Его пальцы сжались в кулаки до побелевших костяшек. В глазах застыли запрет, мольба, отчаяние.
Я медленно качнул головой
—
он понял. Плечи друга опустились, будто в этот миг на них легла вся тяжесть мира. Но Арес не отвёл взгляда. И я тоже.
Мы попрощались молча, потому что никаких слов не будет достаточно.
Из-за заслона донёсся срывающийся крик Астарты. Так кричат, когда понимают, что теряют навсегда. Она уже видела, во что я превращаюсь.
Я обернулся к ней. Слёзы стекали по её лицу вместе с дождём. Она тянулась ко мне, не принимая того, что нет пути назад.
Взмахнув крыльями, она взлетела и рванулась вперёд, врезаясь в завесу всем телом. Огонь сорвался с неё неконтролируемой волной, бил в заслон, обжигал, раскалывал, оставлял по мутной поверхности сетку алых трещин, которые тут же затягивались. Кайрит перехватил её, вжимая в себя, не позволяя биться о преграду. Он держал изо всех сил, понимая так же ясно, как и она, что ничего изменить нельзя.
Астарта прокричала моё имя, так, будто звук мог дотянуться до меня и вернуть то, чего уже не существовало.
Тьма, к которой я обратился, была мной.
Я окутал безликого, ощущая мрак как собственные пальцы. Чувствовал, как тьма стирает форму, разрушает плоть, размывает структуру. «Фиолетовый» кричал, но его голос тонул внутри меня.
Не удержавшись, в последний раз взглянул на Астру. Преграда растаяла, и теперь её сдерживал только Кайрит, не давая подойти ближе.
В заплаканных, близких до боли зелёных глазах горело понимание, что меня нельзя удержать, но всё равно она не готова отпустить.
Я улыбнулся.
– Не плачь, всё правильно, – сказал я одними губами.
Моего тела больше не было. Я не чувствовал границ, не чувствовал веса, не чувствовал времени. Оставался только мрак, в котором исчез безликий.
Пока сознание ещё жило внутри, я тьмой пролетел по полю и домену, окутывая как можно больше монстров, что ещё были живы.
А потом не осталось ничего. Даже памяти о собственном имени. Только тьма.
И облегчённое:
Я успел.
Арес Ш’эрен
Гром перекатывался над доменом Талассар, но поле боя больше не отвечало ему. То, что ещё недавно было сплошным гулом, стало оглушающей тишиной. В ней отчётливо различались лишь удары капель дождя о камень да редкий шум обломков, срывающихся с потрескавшихся плит…
Монстров больше не было. Тьма, которой стал Андрас, ушла за границы домена, забрав с собой всех. Осталась искорёженная земля, разбитые плиты, обгоревшие фрагменты тел и запах дождя.
Понимание происходящего подступало медленно, преодолевая яростный протест внутри. Магия безликого въелась мерзким ощущением, будто по сознанию прошлись чем-то липким. Мысли всё ещё были обрывочными, отяжелевшие руки с трудом подчинялись, а в груди тянуло так, словно туда попал холодный осколок стекла.
Но эта боль меркла рядом с другой.
Андраса больше нет…
Он присутствовал в моей жизни всегда: на балах, в залах советов, на тренировочных площадках, в длинных дворцовых коридорах. Он был тенью за плечом. Он первым становился между мной и опасностью. Его присутствие стало неотделимым от меня самого.
А теперь за спиной было пусто и холодно…
Астарта вернула человеческий облик. Её заметно шатало. Она пыталась удержаться на ногах, но тело не слушалось. Кайрит, стоя за её спиной, удерживал Астру в кольце рук, чтобы она не свалилась на землю.
Я подошёл ближе: огненный разжал руки и отступил на шаг. Отчаянно плача, Астарта вцепилась пальцами в броню на плечах, будто боялась, что я исчезну следом. Она дрожала всем телом, вжималась в меня, по-детски пытаясь спрятаться от того, что произошло. Я стал гладить её по волосам и шептать успокаивающие слова. Медленно, но её дыхание стало выравниваться.
Судорожно вздохнув, сестрёнка подняла ко мне залитое слезами и дождём лицо.
– Арес, – всхлипнула она. – Андрас, он…
Я прижал её к себе, уткнулся носом в её макушку.
– Он спас меня, – прошептал я.
В горле встал ком, в глазах неприятно защипало. Пришлось на мгновение перевести взгляд в сторону, чтобы не потерять остатки контроля.
Астарта, прижимаясь к моей груди, продолжала плакать, но уже не дрожала.
Пламя, до этого тлевшее под кожей, свернулось внутрь, крылья и хвост растворились, когти втянулись, скрывая истинную ипостась.
К нам подлетали другие демоны, среди которых был мрачный. Он приземлился чуть в стороне, не нарушая нашего с сестрой пространства. Они уже знали. Все демоны домена Умбракс почувствовали уход Андраса. Значит, и отец уже извещён.
– Прорыв на северной границе полностью ликвидирован, ваше высочество, – бесцветно доложил он. – Здесь тоже. Дозорные прочёсывают территорию, вылавливая уцелевших одиночных тварей. Повелитель приказал вам, принцессе и герцогу Шаорнэлу немедленно вернуться в Лаэрис. Безликие могут попытаться повторить атаку.