Страница 173 из 412
– Но это невозможно, его обыскивали! Все вещи изъяли! Никто бы не пропустил…
Рианс остановил его восклицания прямым вопросом:
– Гирвальд, вы знали, что демон умрёт?
Гирвальд отпрянул, будто от пощёчины:
– Конечно же, нет! Как вы можете?
Ложь.
После моего знака Рианс будто застыл на месте, не сводя глаз с советника. Тот что-то говорил про слабости в охране, о которой он не раз упоминал, о сожалении, что они теперь не смогут проверить мою гипотезу, о возмущении вопросами Рианса.
Гирвальд явно видел, что Рианс его не слышит, но, возможно, непрекращающимися репликами он помогал себе держаться. Это продолжалось до тех пор, пока Рианс не сделал шаг в сторону, увеличивая пространство между ними.
– Скажите, лорд Сольберг, – неожиданно мягко заговорил Рианс, – вы состоите в братстве безликих?
Этого вопроса не ожидал даже я.
Гирвальд внезапно побледнел, но тут же спрятался за возмущением – резким, обиженным, чуждым тому невозмутимому главе, которого все привыкли видеть.
– Что за абсурд?! Ардаэн, как ты мог допустить подобную мысль обо мне? Я всю жизнь служу вашему роду! Конечно же, нет! Я никогда…
Он говорил ещё, но главное уже было сказано.
Ложь.
Когда звучит правда, в ней есть мощная опора, в которую ложится чувство, как вода в русло. Здесь же каждое слово резало, как нож по камню. Ложь отзывалась в ушах болезненной какофонией.
Два удара по панели.
Внутри Рианса что-то изменилось, стирая последнюю тень сомнения во взгляде.
– Благодарю за честность, лорд Гирвальд.
В интонации наследника было что угодно, кроме благодарности.
Он поднял руку: короткий импульс магии прошёл по воздуху, вплёлся в охранные плетения стен и исчез. Ответ не заставил себя ждать. Через несколько ударов сердца дверь распахнулась. В кабинет сдержанно и уверенно, как и подобает тем, кто приходит по приказу наследника, вошла стража в полном вооружении.
– Что это значит?! – Гирвальд сурово смотрел то на стражу, то на Рианса. – Ардаэн, я требую объяснений!
– Объяснения будут в другом месте, – холодно отозвался Рианс. – В комнате допросов.
В этот момент перед нами стоял не тот юноша, которого я помнил на грани зрелости, а будущий правитель, к которому рано или поздно перейдёт Небесный Град.
– По моему приказу лорд Гирвальд Сольберг, глава дома Знаний, отстраняется от обязанностей и передаётся в руки стражи до выяснения обстоятельств его связи с братством безликих и участия в покушении на жизнь владыки.
– Я не… что вы делаете! – Гирвальд попытался вырваться, но драконы уже сомкнули на его предплечьях кандалы из силентиума. – Ардаэн! Ты совершаешь ошибку! Я служу…
– Служишь, – перебил Рианс. – Но не нам.
Когда уже бывшего главу дома выводили, он всё ещё взывал к памяти, к прошлым заслугам, к дружбе с Таргадаэном. Как ни странно, в его словах об искреннем отношении к Риансу и Таргадаэну не было ни капли лжи.
Дверь закрылась.
Рианс какое-то время стоял, глядя на пустое кресло, у которого ещё минуту назад стоял дракон, что читал ему первые хроники древних войн. Я почти видел, как внутри него сходятся в одну линию сразу несколько потерь: друга семьи, советника, веры в ближний круг.
– Молния их разрази! – гневно выдохнул он. – Братство в Совете, прямо у нас под носом.
Я не стал говорить, что это был выбор Гирвальда. И за этот выбор ему теперь предстояло отвечать.
Вместо этого я сказал то, что должен был сказать друг:
– Теперь у тебя есть направление, где искать. Время ещё не ушло, Рианс. До рассвета ты можешь получить ответы на свои вопросы.
Он медленно повернулся, заставляя себя вернуть плечам прежнюю прямоту.
– Значит, работаем.
Мы оба вышли в коридор, оставив за спиной комнату, где был развязан первый узел лжи в сердце Небесного Града.
***
– Отвечай! – повелительный тон Рианса эхом разнёсся по помещению.
Из-за множества светящихся кристаллов тень стоящего наследника дробилась по полу, растекаясь длинными полосами. Гирвальд сидел на металлическом стуле, закреплённом на полу. Запястья сжаты обручами силентиума, плечи опущены. Свет делал каждый порез на лице дракона резче: рассечённая губа, распухший скуловой шов, кровоподтёки под глазом. Дышал рвано, каждое движение приносило боль.
От бывшего уверенного в себе властного советника-дракона остался лишь усталый, изломанный мужчина, запутавшийся в сети собственной лжи.
– Кто ещё из драконов в братстве? – повторил Рианс, медленно обходя стул сбоку.
Гирвальд с усилием поднял взгляд на Рианса. В нём читалось отчаянное желание найти в наследнике того, кого он знал раньше. Но прежний Ардаэн для него закончился в тот миг, когда раскрылось предательство.
Поняв это, он сглотнул и выдавил:
– Я не знаю, Ардаэн.
Рианс чуть наклонился к нему, нажав на болевую точку под рёбрами Гирвальда, бьющую по дыханию, как молотком. Дракон рванулся, но оковы удержали. Рианс не усиливал нажим, но дал понять, что может это сделать.
Гирвальд заторопился говорить.
– Мы не раскрывались друг другу. Были письма, только письма…
Правда.
Рианс остановился позади него. Плечи прямые, руки расслаблены, но я видел, что сдерживать себя ему стоило немалых усилий.
– Тогда другой вопрос, – сказал он. – Как давно ты служишь этим тварям?
Дыхание Гирвальда дало сбой, глаза заметались по сторонам. Не дождавшись ответа, Рианс ударил, напомнив, что наследник драконов вырос не на церемониях, а на тренировках, где учили выбивать правду силой, если мирное слово не действует. Бывший советник сдавленно охнул и обмяк.
– Как давно? – сквозь зубы процедил друг, с ненавистью глядя на Гирвальда.
– Д… двадцать один год… Вы должны понять – всё, что происходит с нами, это происки богов! Мы живём под игом тех, кто играет нашими жизнями. Они забрали мою жену, мою дочь и Макгерта…
В допросной заметно похолодало – это магия Рианса реагировала на состояние хозяина. Судя по глазам друга, в этот момент он быстро соотносил события. И понимал, что двадцать один год – это не временная слабохарактерность, а сознательный выбор.
– Значит, всё это время ты сидел в Совете, – медленно заговорил Рианс, будто каждое слово давалось с трудом. – Двадцать лет, Гирвальд, ты входил в этот дворец, сидел рядом с моим отцом… и передавал сведения братству?! – Рианс осёкся и тут же задал новый вопрос:
– Ты участвовал в похищении Ареса?