Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 144 из 412

– Если я правильно помню историю, – заметил я, наставительно подняв палец, – нынешний повелитель демонов получил трон, совершив переворот и убив своего предшественника. И они оба были из домена Пламени.

В зелёных глазах полыхнул злой огонь, но она удержала себя:

– Убийство ради освобождения и предательство ради врага не одно и то же, лорд Салтон.

– Разница в намерениях и целях, но не в действиях.

Глубокий вдох принцессы вышел достаточно шумным, но судя по дальнейшим интонациям, действенным.

– Думаю, что после таких пыток, – её голос чуть дрогнул, – никто не станет служить своим мучителям. Вы сами видели его шрамы.

– Иногда достаточно предложить избавление от боли, чтобы сломать волю. Даже сильный уступает, когда страх повторения становится сильнее страха предательства, леди Ш’эрен.

– Только не у огненных, – настаивала Астарта. – Мы умрём, но не предадим.

Я невольно усмехнулся.

– Вы говорите «мы», словно были там вместе с ним. Но несколько лет, если не ошибаюсь, вы понятия не имели, где он и что с ним делают. Уверены, у него была возможность умереть? Возможно, выбирать пришлось между вечными мучениями и…

– Нет! – оборвала она.

Пламя свечи едва не потухло от её голоса. Астарта подошла к столу вплотную, уперев руки о поверхность.

– Вы не видели тех, кого они ломали. А я видела. В Осфэре. В их глазах была пустота. У Кайрита её нет. Ни капли. В нём много злости, боли, но не пустоты.

– Леди Ш’эрен, я видел, как люди убивают во имя лжи и как лгут во имя правды, в которую они верят. Внешние признаки могут быть обманчивы. И стоит вспомнить, – продолжил я уже мягче, – что даже союзники не говорят всей правды.

– Скажите лучше прямо, – устало бросила она. – Вы мне не верите?

– Верю, – ответил я. – Но проверять всё равно буду.

Она отвернулась, чтобы скрыть раздражение. Свет от свечи лёг на прядь её волос, загоревшуюся всеми оттенками пламени.

Забавно, как часто пламя сопровождает тех, кто боится сгореть.

– Проверяйте, – согласилась Астарта. – Только учтите: когда выяснится, что вы ошиблись, он этого не простит.

– Ошибки помогают быстрее добраться до правды. А простят нас за них или нет – уже вопрос второстепенный.

Открыв ящик стола, я достал из него папку с донесениями.

– Проверим все три версии. Вы дадите мне имя того, кто сообщил о связи Эдны с братством, а я проверю архив. Если вы правы, мы получим ответ. Если ошиблись – избавим себя от ложной версии.

Астарта недоверчиво посмотрела на меня, словно у меня помутнение рассудка.

– Имя вы и так знаете.

– Разумеется, – улыбнулся я. – Просто хотел услышать, как вы его произнесёте.

Её взгляд мгновенно стал колючим. И я в который раз поймал себя на мысли, что спор с этой демоницей не выматывает силы, а оттачивает навыки, как хорошая дуэль: сразу видны собственные слабые места.

– Надеюсь, вы найдёте в своих архивах ответы, лорд Салтон. Хотя, признаться, веры в чужие поиски у меня всё меньше.

Она развернулась и направилась к двери. Не столько слова, сколько манера их произнесения заставили меня улыбнуться, но вслух я произнёс абсолютно серьёзно:

– Проверка займёт несколько часов, но обязанности магистра тоже необходимо выполнить. Поэтому жду вас здесь вечером.

– До этого времени займусь другими вопросами, – отозвалась Астарта, идя к выходу.

– Надеюсь, вы не забыли о нашей договорённости, леди Ш’эрен.

Взявшись за ручку двери, она задержалась на секунду, оглянулась.

– Именно этим я и собираюсь заняться.

В открывшемся проёме появился мрачный. Астарта договорила:

– До вечера, лорд Салтон.

Дверь за леди Ш’эрен мягко закрылась, оставив в воздухе легкий аромат акации. Я снял с шеи цепочку с камнем связи, из ящика стола вытащил чистый лист, на котором написал:

«Прислать всю информацию по Эдне Тавьер: контакты, передвижение, окружение».

Уже собирался активировать камень, но ещё раз взглянул на собственный почерк. Подумал и дописал:

«Собрать все возможные сведения об огненном демоне по имени Кайрит. Имя рода пока неизвестно».

Сжал камень в руке, активируя вызов. Буквы на листе постепенно исчезали, пока не осталось абсолютно чистой желтоватой поверхности.

Сегодня будет долгий день.