Страница 69 из 81
— Янкаускас? Это тот диверсант, группу которого вы преследовали? — уточнил Недвигин.
— Тот самый, товарищ генерал. Когда мы их догнали и прижали, он единственный сумел сбежать, — вздохнул сержант. — И, похоже, вышел из своего логова к немцам. По–прежнему щеголяет в форме НКВД.
— Этот гад показал немцам место поворота с просёлка к хутору, — добавил я. — Солдаты вышли и начали искать следы колес.
— Похоже, что не нашли, — тихо обронил Смирнов.
— Наши ребята хорошо постарались, тщательно всё замели. Да и искали немцы небрежно, — сказал я. — Ходили по дороге, заглядывали в кусты, но глубоко в лес не заходили.
— Но сам поворот обнаружили? — спросил Смирнов.
— Так ведь Янкаускас знал, где он находится, — ответил я. — Однако немцы, не найдя следов, к хутору не поехали. И, вообще, судя по разговору оберфельдфебеля с Янкаускасом, наша колонна считается у них полумифической.
— А это ты как понял? — насторожился Смирнов.
— Немного по–немецки понимаю, в школе ведь учил, — пожал я плечами. — Конечно, не всё разобрал, но суть разговора уловил. Оберфельдфебеля зовут Мейер и он был страшно недоволен, что его послали искать нас. Говорил, что штаб получает противоречивые сведения. В одних донесениях у русских несколько грузовиков, в других значительно больше, где–то упоминаются танки. Направления движения тоже разные. А Янкаускаса прикомандировали к его взводу в качестве проводника. Злились оба, ругались между собой.
— Это нас и спасло, — заметил Зимин. — Если бы Мейер был поусерднее, они бы прошли по дороге к хутору.
Недвигин посмотрел на меня.
— Сошников, а что–нибудь ещё они обсуждали?
— Мейер сказал, что нашли неподалёку расстрелянный «Мерседес» и около двух десятков убитых солдат. Большинство лежало возле машины. В немецком штабе считают, что нападение могли совершить бойцы разыскиваемой колонны. Сам Мейер сомневается. Там обнаружили следы всего двух или трёх человек, уходящие в поле. И гильзы только от немецкого оружия, ни одной советской.
Генерал нахмурился, но не удивился.
— Так ведь у вас было лишь трофейное оружие.
— Именно поэтому Мейер не смог понять, кто атаковал грузовик, — пояснил я. — Он допускает, что это была другая группа красноармейцев.
Недвигин поднялся с ведра и прошёл несколько шагов вдоль плетня. Он двигался медленно, глядя под ноги, словно хотел отыскать решение среди вытоптанной травы.
— После них кто–нибудь появлялся?
— Никого, товарищ генерал. До самой смены дорога оставалась пустой.
Недвигин остановился и посмотрел в сторону леса, где пролегал просёлок.
— Плохо, что Янкаускас знает дорогу к хутору, — проговорил он. — Сегодня он привёл десяток, завтра сюда могут отправить роту. Не будем гадать. Будем исходить из худшего — здесь нас в любой момент могут накрыть. Поэтому нужно поскорее отсюда убираться.
Зимин повернулся к Смирнову.
— Лёш, а что с гатью?
Лейтенант устало провёл ладонью по лицу. На его штанах темнели пятна, на сапогах застыла грязевая корка.
— За день сделали примерно восемьдесят процентов, — сказал Смирнов. — Точнее определить трудно, потому что оставшиеся участки неодинаковые. Основную часть слабых мест укрепили. На одном участке полностью заменили сгнивший настил. На другом положили поверх старых брёвен новый ряд и стянули поперечинами. Осталось два повреждённых места.
— Насколько серьёзных? — уточнил генерал.
— Первое длиннее, но там сохранилось основание. Нужно уложить несколько брёвен и закрепить края. Второе короче, зато под ним жидкая грязь. Старый настил разошёлся, часть стволов ушла в сторону. Мы подтащили материал, но закончить до темноты не успели.
— Сейчас можно провести машины? — спросил Зимин.
— Нет, — твёрдо отозвался лейтенант. — Пеший человек пройдёт. Мотоцикл, возможно, проедет. Грузовик провалится.
— Продолжить работу ночью возможно? — спросил Недвигин.
Смирнов отрицательно покачал головой.
— Без света там ни черта не видно. На последнем участке один водитель едва не сломал ногу, когда настил ушёл под сапогом.
— Зажечь фонари! — предложил Зимин. — У нас же есть пара керосинок!
— Толку не будет, Зима, — мотнул головой лейтенант. — Нужен достаточно яркий свет. Типа прожектора. А он будет заметен издалека.
— Какие будут предложения? — спросил Недвигин.
Первым заговорил Смирнов.
— Надо усилить пост у дороги. Двух человек мало. Они не успеют предупредить хутор, и не смогут остановить немцев.
Недвигин взглянул на лейтенанта.
— Сколько людей хочешь поставить?
— Всех разведчиков, с двумя пулеметами, — решительно произнёс Смирнов.
— А еще было бы неплохо заминировать там всё, — предложил я. — Тротил у нас есть, подрывная машинка тоже. Можно устроить неплохую минную ловушку.
Недвигин задумчиво посмотрел на нас.
— Такая группа у дороги уменьшит число людей на ремонте гати.
— Там осталось немного, товарищ генерал, — ответил Смирнов. — Водители справятся часа за три. Разведчики нужнее на прикрытии.
Недвигин медленно кивнул.
— Вы правы. Сильный заслон нужен. Если немцы все–таки полезут к хутору, то парой автоматов их не остановить.
— Командовать заслоном будешь ты! — Недвигин посмотрел на Зимина. — Смирнов нужен здесь.
— Есть, — кивнул сержант.
— Запомни: первым огонь не открывать! Идущие по просёлку мимо поворота машины пропускаешь. Стреляешь только в случае, если обнаружат вас или начнут двигаться к хутору.
— Понял, товарищ генерал.
— Кого возьмёшь?
Зимин задумался, перебирая тех, кто находился на хуторе.
— Круглов и Седых уже там. Возьму Климчука, Кулешова, Гаврилюка, Сошникова и Панкратова.
Недвигин посмотрел на меня.
— А броневик оставите без экипажа?
— Разве лейтенант Метёлкин не справится? — с иронией спросил я.
— Не ехидничай, Сошников, — остановил меня генерал. — Ваня, конечно, подучил за день матчасть, но до вас ему далеко.
— Товарищ генерал, если мы не остановим немцев у поворота, то и броневик не спасет! — вмешался Зимин.
— Хорошо, уводи всех! — после длинной паузы сказал генерал. — Только перед уходом отгоните броневик с поляны. Спрячьте его так, чтобы немцы, если ворвутся на поляну, не сразу его увидели. А с него должен быть хороший обзор. И широкий сектор стрельбы.
Недвигин снова посмотрел на Смирнова.
— И грузовики уберите. Они стоят слишком тесно.