Страница 58 из 151
Я выдохнула, заставила голос успокоиться и села обратно.
— Из безвыходной ситуации я постаралась взять максимум, найди выгоду, — произнесла я тише.
— И в чём же выгода? — спросил он через время, и в голосе слышался скепсис.
Я подняла руку, показала пальцы.
— Первое: у тебя появился шанс. Настоящий. Помощь от Короля. Да, это не тот король, который нам нужен, но его магия сильна, и он может знать то, чего не знаешь ты, или увидеть то, что ты упустил. Не важно, главное один из сильнейших фейри подгорья тебе поможет.
Пауза, ещё палец.
— Второе: я, возможно, найду путь к своей магии. Дориан сказал — эликсир работает. Пробуждает силу. Может, через испытания она проснётся. Некромантия О'Киф. И я наконец стану сильной и смогу себя защитить. А также это ещё один шанс на то, чтобы снять с тебя проклятие, мёртвые знают такие секреты, которые нам и не ведомы, поэтому я готова за это побороться.
Морикай смотрел на меня долго, и на лице читался терпение.
— Это глупость, — выдохнул он наконец. — Надежда на то, чего может не быть. Ты рискуешь жизнью ради призрачного шанса...
— Глупость, — оборвала я, и голос взорвался, зазвенел по комнате, — была не сказать мне, что тебя проклял собственный отец!
Он замер, и лицо потемнело, брови сошлись на переносице, и между ними пролегла глубокая складка. Живое крыло дёрнулось, слегка раскрылось, причинив боль, и тут же аккуратно сложилось.
— Почему ты скрыл, что ты сын Короля Тьмы! Принц! Наследник трона! — Голос стал тише. — Всё это время ты молчал, не говорил. Я думала... я не знала...
Слова застряли в горле, и я отвернулась, не в силах смотреть на него.
— И что бы это поменяло? — спросил он тихо, устало. — Если бы я сказал? Что бы изменилось, Верена?
Я резко обернулась.
— Может, и поменяло бы! — выплюнула я. — Может, я бы поняла, почему ты так отчаянно ищешь лекарство! Почему прячешься в соборе сотни лет! Почему... — Голос сорвался. — Почему ты так одинок.
Тишина упала тяжёлая, и он смотрел на меня, не отрываясь, и в глазах плескалось что-то, чего я не могла прочесть. Наконец Морикай тяжело выдохнул, опустил взгляд на свои руки, лежавшие на коленях, окровавленные, забинтованные.
— Я не сказал, — произнёс он тихо, и голос был полон тьмы, — потому что это не имело значения. Для тебя. Для того, кем я стал.
Пауза, пальцы сжались в кулаки.
— Я больше не принц. Это осталось в прошлом. Вместе с троном, с отцом, с тем, кем я был когда-то. — Он поднял взгляд, встретился с моим. — Я изгнанник, предатель, проклятый фейри, прячущийся в руинах и умирающий по кусочкам. Вот кто я сейчас.
Я отчаянно опустилась перед ним на корточки, и руки легли на его колени.
— Не смей обесценивать себя. Ты тот, кто вырвал меня с костра, — прошептала я. — Кто укрыл в соборе. Кто дрался за меня. Кто пришёл, когда никто другой не пришёл бы.
Его глаза закрылись, и вырвалось рваное дыхание.
— Я чуть не опоздал, — выдохнул он, и голос надломился. — Очнулся на той поляне, весь в крови, один среди мёртвых. Думал... думал, что ты мертва. Что он забрал тебя и...
Он замолчал, сжал челюсти.
Я сжала его колени сильнее.
— Как ты нашёл меня? — спросила я тихо. — Как попал сюда? Весенний Двор за границами. Охраняется магией.
Морикай усмехнулся — горько, без радости.
— Я фейри старшей крови, Верена, — произнёс он. — Думаешь, я не знаю дороги в свой мир? В любой Двор?
Он сунул руку за пояс, показал мне что-то на ладони — маленький камушек, чёрный, с серебристыми прожилками.
— Камень создаёт порталы. Не важно, какой Двор. Я просто... пришёл.
Рука сжалась в кулак.
— Но когда я увидел его. Над тобой. Его руки на тебе. Как ты кричишь... — Голос сорвался, кулак сжался так сильно, что осколки камня впились в ладонь, кровь потекла между пальцев. — Я хотел убить его. Разорвать. Стереть с лица земли. Плевать на последствия. Плевать на войну.
Я дотянулась, и осторожно разжала его пальцы.
— Ты пришёл, — прошептала я, и слёзы всё-таки пролились, покатились по щекам. — Умирающий, без сил, но пришёл. Ради меня.
Его рука поднялась, коснулась моей щеки, смахнула слезу.
— Всегда приду, — прошептал он. — Что бы ни было. Где бы ты ни была. Я найду тебя.
Что-то в груди разорвалось, заболело, и я не удержалась, наклонилась, обняла его — осторожно, боясь задеть раны, но крепко, прижалась лбом к его плечу, и он крепко обнял в ответ.
— Зачем на самом деле ты добавила условие про меня? — прошептал он в мои волосы. — Про исцеление. Тебе нужна была только твоя свобода и твоя спящая магия. Могла торговаться только за себя.
Я подняла голову, посмотрела ему в глаза.
— Потому что ты важен, — выдохнула я. — Потому что я не хочу, чтобы ты умер. Потому что, если есть хотя бы крошечный шанс спасти тебя... я возьму его.
Его дыхание сбилось, и что-то в лице дрогнуло, сломалось.
— Ты едва знаешь меня, — прошептал он. — Несколько дней. Почему...
— Не знаю, — призналась я честно. — Не знаю почему. Просто... не могу оставить тебя. Не хочу.
Тишина, и его рука поднялась, легла на мою щеку, провела большим пальцем по скуле, и прикосновение было таким нежным, таким осторожным, будто я была драгоценной и хрупкой.
— Это глупость, Верена, — прошептал он, но в голосе не было злости, только что-то тёплое, болезненное. — Ты рискуешь собой ради меня. Ради сломанного фейри, умирающего. Это...
— Мой выбор, — оборвала я. — И я его сделала. Смирись.
Его губы дрогнули, почти улыбнулись, и он притянул меня ближе, прижался лбом к моему, закрыл глаза, и мы сидели так, дыша в унисон, пока за окном солнце чуть сдвинулось, окрашивая небо в алые и фиолетовые полосы.
— Я боюсь, — признался он вдруг, и слова вышли надломленными. — Смотреть, как ты страдаешь в его испытаниях. Это...
— Я тоже боюсь, — прошептала я. — Но мы справимся. Вместе. Ты же сам сказал — команда.
Он открыл глаза, посмотрел на меня так близко, что я видела каждую искорку серебра, и кивнул — медленно, тяжело.
— Вместе, — повторил он.
***
Стук в дверь разорвал момент. Размеренный, три удара, чёткие, требовательные.
Мы оба замерли.
Морикай поднялся резко, рука метнулась к мечу на столе, но дверь уже распахнулась, и на пороге стоял фейри.