Страница 36 из 77
Матвей Савельевич выбрал стол почти посередине зала. Отсюда были видны дверь и окна. Мы сняли полушубки, оставив награды на виду, заказали борщ и чай.
Есть хотелось по-настоящему, поэтому первые минуты просто работали ложками.
За окном несколько раз мелькнул рыжий башлык. Через некоторое время вошел Монах. Стряхнул снег с сапог, снял папаху и, проходя к стойке, будто невзначай провел ладонью по левому плечу.
Условный знак.
Наблюдение теперь вели со стороны.
Матвей Савельевич спокойно допил чай.
— Я выхожу первым. Вы доедайте и потом через кухню. Справу и покупки оставите в кладовой, наши люди заберут.
Он расплатился и вышел через парадную дверь.
Мы доели, выпили чай и подождали, пока Рогов на санях уедет. Потом Семен подозвал полового, а я пошел на кухню.
Повариха ткнула ложкой на маленькую кладовую. Внутри лежали два свертка с одеждой.
Я снял папаху, полушубок, чекмень и шаровары. Взамен натянул темные штаны, суконную куртку, старый полушубок и потрепанную меховую шапку. Сапоги оставил свои. Револьвер и бебут тоже при мне.
Справу свернул и оставил вместе с купленными патронами и кольцами. Потом все это заберет человек Матвея Савельевича.
Через минуту появился Семен.
— В таких штанах я и за мастерового сойду, — возмутился он.
— На то и расчет, Рыжий.
Мы вышли через кухню в хозяйственный двор и ушли проходами между сараями.
Дворами и боковыми улицами добрались до небольшой мастерской на краю Миллионки. Здесь нам велели ждать, пока Сыч с Бурым разберутся, кто за нами следил.
Прошло несколько часов. Только под вечер появился Матвей Савельевич.
— Вся цепочка, похоже, ушла сюда, — сказал он. — Самого Руднева пока не видели. Но странность имеется. Последний человек уже знает, что его ведут.
— Бурого засек? — спросил Семен.
— Похоже на то. Дважды мог оторваться наверняка и не стал. Как только наши отставали, сам замедлялся.
Я задумался.
— Тогда за ним больше идти нельзя.
Матвей Савельевич посмотрел на меня.
— Почему?
— Потому что он не уходит. Он ведет нас туда, куда ему нужно.
— И вот так отпустить? — спросил Семен.
— Пусть Сыч с Бурым исчезнут. Если есть другие люди, передадут его им.
Матвей усмехнулся краем рта.
— Как с языка снял, Абиссинец. Сыч почти то же самое уже и сделал. Теперь его ведут люди Шлыкова.
Через некоторое время в дверь постучали. Мальчишка-посыльный передал Матвею записку и тут же исчез.
— Сработало, кажись, — улыбнулся Матвей, пробежав по ней глазами.
Мы вышли из мастерской и двинулись по заснеженным дворам и темным проходам Миллионки. Матвей вел нас к одной из запасных точек наружного кольца.
Остановились под навесом закрытого торгового двора.
Из темноты появился Сыч.
— Связной вошел в складской двор. У задних ворот стоят сани.
— Руднев? — спросил Семен.
— Только что видел его в окне, — кивнул Сыч.
— Выходит, разыскали все-таки! — сказал я, расстегивая полушубок, чтобы достать револьвер.