Второй Шанс

– Сначала я просто решил наблюдать. По сравнению с оперой и вашими извращенными чаепитиями, это оказалось таким увлекательным мероприятием.

– Издеваешься, да? – фыркнула Миранда.

– Что ты, сейчас я абсолютно искренен. Видеть, как ты пытаешься обмануть судьбу ради человека, которому нужен лишь артефакт из твоей сокровищницы, в самом деле оказалось занимательно. Но я видел и то, как ты теряешь себя, пытаясь стать «удобной» для него. Ты так отчаянно старалась соответствовать его идеалу, Миранда, что чуть не потеряла себя... Но ты выбрала не его и не меня. Ты выбрала себя.

– Хороший выбор… Вспомнить бы, что он означал… – Миранда отвела взгляд, чувствуя странную тяжесть в груди. Она словно слушала историю о ком-то другом. – Ладно, но я вижу мага воды, который не может справиться с простым заклинанием, – Миранда указала на его руки.

– А это, – Бедфорд подбросил в руке водяной шарик и развеял его в пыль. – Наследство от папочки и подарок от моей жены. После нашей поспешной свадьбы во мне проснулась магия отцовского рода, – уже более серьезно объяснил он. – Разбираться, как ей управлять, пока не было времени.

– Ясно… Значит, ты мой телохранитель.

– Можно и так сказать. Но не совсем.

– Что это значит?

– Я предложил. Ты отказалась.

– Но почему?

Ведь дракон – это не только ценный мех, то есть чешуя, когти и усы, но и само по себе интересное создание.

– Тогда вернись в 19 век, – отмахнулась от мысли, как выдрать из его хвоста пару чешуек, некромантка. – Приведи кого-то … из Ковена. Ну или моих опекунов. И вытащите меня. Уж пару дней я еще продержусь. Обещаю и носа с корабля не показывать.

– Это так не работает, жемчужинка, – беловолосый маг покачал головой и уставился перед собой. – Ты должна сама вспомнить слова, которые активируют переход во времени. А я… свою фразу я помню. Но я пришел за тобой и без тебя не вернусь.

– Н-да… Повезло твоей жене с тобой, – проворчала девушка недовольно. – С такой работой она тебя днями видеть не будет!

– Возможно. Но мы с ней, если ты забыла, в ссоре.

– Помиритесь. Вы маги, куда ж вы денетесь.

– Ты так веришь в нерушимость магических браков?

– Все может быть. Тут уж от вас зависит… То, что магия у тебя проявилась – хороший знак. Я такое читала. В древних трактатах говорилась, что так бывает, если пара идеально подходит…Вы взрослые, разберетесь, – Миранда тоже уставилась на огонек, который плясал в воздухе, как неизвестный науке цветок. – Слушай, а она... красивая? Твоя жена?

Бедфорд оторвал взгляд от магического светлячка:

– Она настоящая. Сильная, но ей нужна поддержка. Живая. Она может в разгар званого ужина стащить туфли под столом, потому что они жмут. Она может злиться так, что воздух искрит. И она умеет держать лицо. Гордая. Больше всего на свете она боится, что её будут любить за «полезность», за её дар. Любит узнавать новое, экспериментировать. Ослепительна в своем упрямстве. И ей нужна защита... прежде всего, от нее самой.

– Странная женщина, – хмыкнула Миранда. – Где ж ты такую нашел...

– На краю мира, – он отвел взгляд, чтобы тоска в глазах была не так заметна.

И замолчал. В каюте опять были слышны лишь звуки волн, на грани восприятия призрак-рулевой напевал матросскую песенку. Чтобы разорвать эту тягучее молчание, Миранда воскликнула:

– А ведь я должна ее знать! Если ты такой крутой шпион-диверсант, то рядовую фигуру устранять ты не будешь… А почти всех влиятельных леди я знаю. Так… – она почесала нос в задумчивости. – Эта помолвлена. Эта уже и в положении… К этой меня на свадьбу пригласили… Только если Ее Величество! Что?! Неужели Виктория?

Дракон снова рассмеялся. Даже немного весело.

– Нет, точно тебе могу сказать, не она!

– Уф, как гора с плеч свалилась! Я как-то видела ее в видении с каким-то иностранцем, который пытался ей что-то внушить. Но это точно был не ты! Так что произошло-то у вас?

– Я увидел ее настоящую. А она… Она решила, что я ей врал!

– А ты ей врал?

Бедфорд опять замолчал. И молчал так долго, что Миранда уже решила, что он решил не отвечать.

– Я не мог сказать ей самого главного. Того, что казалось моей миссии и причины жизни в стране, которую я привык ненавидеть. Но я был искренен насколько это возможно. И с ней я перестал чувствовать себя чужим. Я шпион, жемчужинка, я привык всё просчитывать, – Он на мгновение сжал пальцы так сильно, что костяшки побелели. – Но её я просчитать не смог.

– Поговорите там… Ты надежный, – Миранда зевнула, прикрыв ладошкой рот, свернулась калачиком прямо на полу, укрываясь своим тонким плащом как одеялом. – Так что не волнуйся. Думаю, со своей женой ты сможешь договориться. Ну или я помогу. Я же все-таки сивилла, – пробормотала девушка, уже засыпая.

И вдруг в ее полусонном сознании все недомолвки обрели смысл и сложились в одну пугающую картину. Миранда подорвалась на месте, сонливость слетела напрочь.

Она резко оттолкнула Бедфорда, который в этот момент потянулся к ней, чтобы укрыть своим водяным плащом. От магической ткани исходило тепло летнего полдня и запах приближающейся грозы:

– Я – твоя жена, что ли?

Бедфорд замер. Его лицо в фиолетовом свете казалось маской из белого камня, а взгляд стал совершенно непроницаемым.

– Нет.

***

Магия имеет цвет.

Магия имеет законы. А человек не будет человеком, если не попробует законы нарушить.

Нельзя ходить по воде. Так построим корабли, которые уйдут за горизонт. Нельзя летать, но можно создать себе искусственные крылья. Нельзя быть бессмертным? Что ж, сивилла, которая опутала своими сетями весь Люнденвик и всю Англию, была с этим решительно не согласна. Она манипулировала великой Елизаветой и задурила голову не самому умному Якову, выторговывая у судьбы год за годом, десятилетие за десятилетием.

Как же ее зовут? Она же представилась, когда заключали договор. Вот имя первого своего «хозяина» ведьма помнила, а эта… пятая, что ли? Готланд устало потерла переносицу. Небеса Пресветлые – если ведьма может к ним взывать – как же давно это было! Она мысленно дернула свой поисковик. Тот молчал, словно что-то скрывало ее непослушную ученицу.

«Дрянная девчонка, – подумала она без злобы, скорее с досадой. – Столько ценной силы пропадает впустую. Искать ее, как иголку в стоге сена!».

Женщина быстро заплела наполовину седые волосы в косу и подошла к окну. Она не видела ни звездного неба, ни темных деревьев, ни соседних домов. Только свое отражение.