След девочек

На короткое мгновение он подумал, не позвонить ли Кирстен, не рассказать ли ей о том, что его гложет. Он знал, что мог сделать это в любой час, и, наверное, так бы и поступил, но из-за её хрупкого душевного состояния обременять её этим было никак нельзя.

И всё же — ему нужно было с кем-то поговорить, если он хотел получить хоть малейший шанс выбраться из этой дилеммы.

Он взял телефон, вернулся в гостиную и нажал на номер в адресной книге.

— Можно тебя кое о чём спросить? — проворчал Бёмер, наконец взяв трубку после доброго десятка гудков, когда Макс отозвался извинениями.

— Да, можно. — Макс недолго гадал, о чём пойдёт речь.

— Ты совсем спятил? Начало шестого, то есть четыре часа после того, как я лёг, и два до того, как мне снова вставать. Ты выдернул меня из глубокого сна и тем самым устроил мне сегодня сущий кошмар — к полудню глаза будут слипаться от усталости.

— Прости, но я в полном тупике, и мне совершенно необходимо с кем-нибудь поговорить.

— А я-то уж думал, после твоего ухода из полиции меня впредь минуют твои ночные звонки! Опять началось? Снова одержим жаждой схватить этого типа?

— Сейчас речь не об этом, Хорст, — ровным голосом ответил Макс. — Речь обо мне.

Бёмер ничего не ответил, и Макс начал рассказывать.

Минут через десять, когда Макс наговорился без передышки, Бёмер сказал:

— Дай-ка я со своей колокольни и своими словами подведу итог тому, что ты сейчас изложил. Начнём с того, что речь, конечно, не просто о тебе, а о тебе в этой особой ситуации. Через пару месяцев после травмы, которую ты до сих пор не переварил и из-за которой ушёл из полиции, ты частным порядком берёшься за дело, в котором в общей сложности пропали пять девочек. И тут же, в самом начале, тебя сводят лицом к лицу с телом изувеченного ребёнка, и это бьёт по другому твоему тяжёлому переживанию — с мёртвым ребёнком. Вдобавок тебе приходится работать со следователем, который, наверное, уже целую роту коллег довёл до того, что они либо просились о переводе, либо вообще бросали службу. И на фоне всего этого ты спрашиваешь себя, что с тобой не так и почему ты не работаешь, как прежде.

— Да, — спокойно ответил Макс, — в общем, в точку. Твоими словами.

Бёмер отчётливо засопел.

— Ладно, тогда ответь мне на один вопрос. В прошлом я не раз видел, как ты на удивление успешно влезал в образ мыслей тех мерзавцев, за которыми мы гонялись. Настолько, что понимал, как они устроены, а иногда даже мог предсказать их следующий шаг. Как тебе это удавалось?

— Ты же знаешь, это не так просто, как ты сейчас расписываешь.

— Тогда объясни.

— Хорст, я звонил тебе не для того, чтобы…

— Прошу.

Макс задумался, не закончить ли разговор. Может, всё-таки не стоило вытаскивать бывшего напарника из постели в такой час. С другой стороны, за годы совместной службы Бёмер обычно отмахивался от этой темы, а сейчас впервые спрашивал так прямо.

— Ну хорошо. Главное условие — чтобы я знал как можно больше фактов. Мне нужны объективные данные по делу, сведения о жертве, различимые социальные взаимодействия преступника. По каким критериям он выбирал жертву, время и место? Были ли в деле особые, может, даже из ряда вон выходящие черты…

— Да-да, понял. А когда фактов хватает? Что тогда?

— Тогда мне нужно время, чтобы на их основе сделать выводы о преступнике. Я должен уложить эти детали в психологические структуры…

— Стоп!

Макс растерянно осёкся.

— Как это — стоп? Ты же сам хотел, чтобы я объяснил. Зачем перебиваешь на каждой фразе?

— Затем, что я услышал достаточно. У меня к тебе ещё вопрос, Макс: а что, если бы у тебя была возможность узнать о преступнике всё, что он сам о себе знает? Что бы это для тебя значило?

Макс шумно выдохнул сквозь зубы.

— Что за дурацкий вопрос? Тогда я, разумеется, мог бы…

Он осёкся на полуслове, поняв, к чему ведёт Бёмер.

— Тогда ты, разумеется, мог бы в точности проанализировать, что творится с этим типом? Это ты хотел сказать?

— Ты намекаешь, что я должен применить этот метод к самому себе?

— Да, чёрт возьми. Это же проще простого. О ком ты знаешь больше, чем о себе?

— Это… нет, не выйдет, потому что любой человек склонен в самоанализе приукрашивать неприятные вещи.

— То есть ты боишься, что не будешь честен с самим собой?

— Именно. Я не могу проанализировать сам себя, Хорст.

— Хотя бы попробуй. Что ты теряешь?

Макс задумался. В одном Бёмер был прав: что он терял, кроме пары часов времени? И даже если он не станет копаться напрямую в себе, верно одно — пора наконец снова вспомнить о своей сильной стороне.

— Спасибо тебе, — сказал он, и это была не пустая фраза. — И прости, что разбудил.

Бёмер издал лающий смешок.

— Я заставил Макса Бишоффа задуматься. Дело того стоило. День спасён.

Через несколько минут после разговора Макс сидел за обеденным столом. Перед ним — блокнот, ручка и пачка стикеров.

Он закрыл глаза и какое-то время сосредоточенно дышал.

Потом его разум заработал:

Шесть лет назад я похитил трёх девочек…

Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»