Страница 38 из 43
Глава 27. Двойное спасение
Нисар проснулась от тишины.
Не от той тяжёлой, давящей тишины, которая бывает перед боем. От спокойной, утренней, когда
мир за окном замер в ожидании солнца.
Она открыла глаза. Рядом спал Аслан — его рука обнимала её и детей, которые лежали между
ними. Мальчик и девочка. Радомир и Лада.
Она смотрела на них и не верила.
— Ты не спишь? — прошептал Аслан.
— Сплю, — ответила она. — Но с открытыми глазами.
— Ты украла мою фразу.
— Ты украл моё сердце.
Он усмехнулся, открыл глаза. Жёлтые, уставшие, но счастливые.
— Как ты? — спросил он.
— Жива, — ответила она. — Дети живы. Цитадель цела. Что ещё нужно?
— Мир, — он поцеловал её в лоб. — Но это позже.
---
Дети проснулись почти одновременно.
Сначала закричал Радомир — громко, требовательно, как настоящий лев. Лада за ним — тоньше,
но не менее настойчиво.
— Они голодны, — сказала Нисар.
— Я принесу еду.
— Не надо, — она взяла сына на руки, приложила к груди. — Я попробую сама.
Молоко пришло не сразу. Радомир сосал жадно, но не мог захватить сосок. Нисар заплакала от
бессилия.
— Не получается, — прошептала она.
— Тише, — Аслан взял дочь, прижал к себе. — У тебя есть время. Грета говорила, молоко может
прийти через день.
— А если не придёт?
— Тогда будем кормить козьим молоком. Как в старину.
— Ты не боишься?
— Я боюсь только одного, — он посмотрел на неё. — Потерять тебя. Остальное — решаемо.
---
Грета пришла через час.
Она принесла тёплое козье молоко в рожке и мягкие пелёнки. Посмотрела на Нисар, на детей,
на Аслана — и улыбнулась.
— Вы справились, — сказала она. — Все четверо.
— Не все, — ответил Аслан. — Отец ранен.
— Он жив, — Грета погладила его по плечу. — Радомир лечит его. Будет хромать, но выживет.
Аслан выдохнул.
— Спасибо.
— Не благодари, — Грета взяла Ладу на руки. — Идите к нему. Я присмотрю за малышами.
---
Старый вожак лежал в своей спальне.
Голова была перевязана, лицо бледное, но глаза — живые.
— Сын, — сказал он, когда Аслан вошёл.
— Отец, — Аслан сел рядом.
— Внуки?
— Здоровы. Мальчик и девочка.
— Двойня, — старый вожак усмехнулся. — Ты всегда делал всё с размахом.
— Это Нисар постаралась, — Аслан улыбнулся. — Я только помогал.
— Вижу, — старый вожак посмотрел на Нисар, стоявшую у двери. — Ты спасла цитадель. Твоя
магия… и твои дети.
— Дети ещё маленькие, — сказала Нисар. — Они не могли спасти.
— Могли, — Радомир вошёл в комнату. — Их крик. Когда они родились, я почувствовал всплеск
магии. Древней. Сильной. Он ударил по врагам, как волна. Волки побежали не только от твоих
молний. Их испугали дети.
Нисар замерла.
— Что?
— У твоих детей общая магия, — сказал Радомир. — Мальчик — оборотень, девочка — ведьма. Но
вместе они создают поле страха. Враги не выдержали.
— Они новорождённые, — Аслан покачал головой. — Как они могли…
— Они — ваши дети, — Радомир посмотрел на него. — Сын вожака львов и дочери главы ведьм. В
них течёт сила двух кланов. Такое случается раз в столетие.
Нисар подошла к кровати старого вожака, взяла его за руку.
— Ты будешь жить, — сказала она. — Я не позволю тебе умереть.
— Ты уже спасла меня однажды, — он сжал её пальцы. — Второй раз — подарок.
— Не подарок, — она покачала головой. — Долг. Ты — семья.
Старый вожак закрыл глаза.
— Иди к детям, — сказал он. — Они нуждаются в тебе больше, чем я.
---
Нисар вернулась в спальню.
Грета кормила Ладу из рожка, Радомир лежал рядом и сопел.
— Они прекрасны, — сказала Нисар, беря сына на руки.
— Как их мать, — ответила Грета.
— Как их отец, — поправила Нисар.
— Как вы оба, — Грета улыбнулась.
Аслан вошёл, взял дочь, прижал к груди.
— Ты знаешь, что они напугали волков? — спросил он.
— Радомир сказал, — кивнула Нисар. — Я не верю.
— Я тоже не верил, — он посмотрел на Ладу. — Но воины говорят: когда они закричали, враги
побежали. Не от молний. От крика.
— Дети — магия, — Нисар покачала головой. — Кто бы мог подумать.
— Ты, — он поцеловал её. — Ты всегда знала.
Она улыбнулась.
---
Через три дня цитадель пришла в себя.
Раненых вылечили, стены укрепили, ворота починили. Волки и наёмники отступили далеко на юг
— их разгром был полным.
Нисар ходила по двору с детьми — Радомир спал в слинге, Лада — на руках у Аслана.
— Смотрите, — сказал Верн, проходя мимо. — Вожак с детьми. Мир не видел такого.
— Завидуешь? — спросил Аслан.
— Нет, — усмехнулся Верн. — Радуюсь.
Воины кланялись, женщины улыбались. Даже Бьёрн подошёл, посмотрел на детей.
— Они сильные, — сказал он. — Я чувствую.
— Они наши, — ответила Нисар.
— Ваши, — кивнул Бьёрн. — И клана.
Он отошёл. Нисар посмотрела на Аслана.
— Он изменился, — сказала она.
— Война меняет всех, — ответил он. — Даже старых волков.
---
Вечером, когда дети уснули, Аслан и Нисар сидели на крыше цитадели.
— Ты помнишь тот день, когда я похитил тебя? — спросил он.
— Помню, — она усмехнулась. — Ты был идиотом.
— Я был влюблён, — поправил он. — С первого взгляда.
— Ты не верил в любовь с первого взгляда.
— Поверил, — он взял её за руку. — Когда ты плюнула мне в лицо.
Она рассмеялась.
— Это была любовь?
— Это было начало, — он поцеловал её. — А любовь пришла позже.
— Когда?
— Когда ты спасла моего отца. Когда ты не сбежала, хотя могла. Когда ты сказала «не
сейчас», а не «никогда».
— Ты запомнил.
— Я запоминаю всё, что касается тебя.
Она прижалась к нему.
— Аслан, — сказала она.
— Да.
— Я люблю тебя.
— Я знаю, — он обнял её. — Я тоже тебя люблю.
Они смотрели на звёзды, и мир казался спокойным.
Но они знали — впереди ещё много боёв. Много слёз. Много радости.
Но они справятся. Вместе.
---
Внизу заплакал Радомир. За ним — Лада.
— Идём, — сказал Аслан, вставая. — Наши дети зовут.
— Наши дети, — повторила Нисар. — Как странно звучит.
— Привыкнешь, — он подал ей руку. — У нас вся жизнь.
Она взяла его за руку.
— Вся жизнь, — согласилась она. — И это только начало.