Страница 37 из 43
Глава 26. Кровь и крик
Нисар проснулась от того, что низ живота скрутило болью.
Не той, привычной, от шевелений детей. Другой — глубокой, волнами, как будто её тело
готовилось разорваться изнутри.
— Аслан, — позвала она.
Он спал рядом — последние дни он почти не отходил от неё. Открыл глаза мгновенно.
— Что?
— Началось, — выдохнула она. — Роды.
Он вскочил, выбежал в коридор, закричал:
— Грета! Радомир! Быстро!
Через минуту комната наполнилась людьми. Грета командовала, Радомир готовил магические
инструменты, служанки таскали воду и чистые тряпки.
Аслан держал Нисар за руку.
— Всё будет хорошо, — сказал он.
— Я знаю, — ответила она, сжимая его пальцы. — Не уходи.
— Никуда не уйду.
---
Схватки шли одна за другой.
Нисар кричала. Она не хотела кричать, но тело не слушалось. Магия бурлила внутри,
пульсировала в такт боли.
— Терпи, — говорила Грета. — Ещё немного.
— Я не могу…
— Можешь. Ты боевая ведьма.
— Дети… они не выходят…
Радомир подошёл, положил руки на её живот.
— Один идёт правильно, второй — поперёк, — сказал он. — Нужно повернуть. Будет больно.
— Делай, — прошептала Нисар.
Он начал магическое вращение. Нисар закричала так, что стены задрожали.
Аслан побелел, но не отпустил её руку.
— Я здесь, — повторял он. — Я здесь.
---
И в этот момент снаружи раздался взрыв.
Стены цитадели содрогнулись. Крик ужаса прокатился по коридорам.
— Враги! — заорал кто-то. — Волки! Наёмники! Они прорвали ворота!
Аслан замер.
— Аслан, — Нисар схватила его за рубашку. — Не смей.
— Я должен…
— Ты должен быть здесь! — она закричала. — Дети твои рождаются! Не оставляй меня!
Он смотрел на неё. На её лицо, искажённое болью. На живот, в котором билась новая жизнь.
Он повернулся к Верну, вбежавшему в комнату:
— Передай отцу: он командует обороной. Я остаюсь.
— Вожак, их много!
— Я сказал! — прорычал Аслан. — Отец справится.
Верн выбежал. Аслан снова взял Нисар за руку.
— Я с тобой, — сказал он. — До конца.
---
Схватки усилились. Грета принимала роды, Радомир помогал магией.
Снаружи слышались крики, лязг оружия, взрывы. Цитадель сражалась.
— Первый идёт! — крикнула Грета. — Тужься!
Нисар тужилась, кричала, плакала. Аслан поддерживал её спину, шептал что-то, чего она не
слышала.
И вдруг — крик. Тонкий, звонкий, первый крик нового человека.
— Мальчик, — Грета подняла ребёнка. — Здоровый.
Радомир перерезал пуповину. Мальчика обмыли, завернули в пелёнку.
— Он похож на тебя, — прошептала Нисар Аслану.
— Он похож на нас, — ответил он.
Но радость была недолгой.
— Второй идёт ногами вперёд! — крикнула Грета. — Нужно вытаскивать, иначе задохнётся.
Нисар почувствовала, как магия внутри неё взорвалась. Она не контролировала себя — свет
вырвался из её рук, окутал живот, развернул ребёнка.
— Что… — Радомир отшатнулся.
— Я сама, — прохрипела Нисар. — Она моя дочь. Я рожу её сама.
Она тужилась снова, и через минуту раздался второй крик — более низкий, требовательный.
— Девочка, — Грета улыбнулась сквозь слёзы. — Красивая.
Нисар упала на подушки, обессиленная. Аслан держал на руках сына, смотрел на дочь, которую
Грета прижимала к груди Нисар.
— Двое, — сказал он. — У нас двое.
— Мы справимся, — прошептала Нисар.
---
В дверь постучали — громко, отчаянно.
— Вожак! — крикнул Верн. — Старый вожак ранен! Волки прорвались во внутренний двор!
Аслан встал.
— Аслан, — Нисар протянула руку.
— Я должен, — он наклонился, поцеловал её. — Я вернусь. Обещаю.
— Не умирай.
— Ни за что.
Он выбежал. Нисар смотрела на детей, на дверь, за которой исчез муж.
— Ты сильная, — сказал Радомир. — Ты выдержишь.
— Я должна, — ответила она. — Ради них.
---
Битва была жестокой.
Аслан ворвался во двор, увидел отца — старый вожак лежал на земле с рассечённой головой,
рядом сражались воины. Волков было много — больше, чем ожидали.
— Держаться! — закричал Аслан, выпуская когти. — За мной!
Он рвал врагов, не чувствуя усталости. Кровь заливала лицо, руки, одежду. Рядом бились
Верн, Бьёрн, другие воины.
— Вожак, их слишком много! — крикнул кто-то.
— Держать строй!
И вдруг — вспышка. Яркая, белая, ослепительная. Молния ударила в гущу волков, разметав их в
стороны.
Аслан обернулся. На стене стояла Нисар.
Бледная, в окровавленной рубашке, с детьми на руках у Греты за спиной. Она подняла руку — и
ещё одна молния ударила.
— Ты не должна быть здесь! — закричал Аслан.
— Я должна защищать свою семью! — крикнула она в ответ.
Её магия била точно, без промаха. Волки побежали. Наёмники бросили оружие.
Битва была выиграна.
---
Нисар сползла по стене, теряя сознание. Аслан взбежал наверх, подхватил её.
— Дура, — прошептал он. — Безумная дура.
— Любящая дура, — ответила она. — Дети целы?
— Целы. Ты их спасла.
— Мы их спасли, — она закрыла глаза. — Теперь можно поспать?
— Можно, — он поцеловал её. — Я понесу тебя.
— А детей?
— Грета принесёт.
Он поднял её на руки — лёгкую, как перо — и понёс в спальню. Дети кричали, Грета
успокаивала их.
Цитадель выстояла.
---
В спальне Аслан уложил Нисар на кровать, укрыл одеялом. Детей положили рядом — мальчика и
девочку, двух маленьких чудес.
— Не передумала на счёт имён? — спросил Аслан.
— Нет. Радомир и Лада, — ответила Нисар. — Как договаривались.
— Я тебя во всём поддержу, — он погладил сына по голове, потом дочь. — Они твои.
— Наши, — поправила она. — Всегда наши.
Он лёг рядом, обнял её и детей.
— Спасибо, что не дала мне уйти, — сказал он.
— Спасибо, что остался, — ответила она.
Они уснули вчетвером, и впервые за долгое время мир за окном был тихим.