Страница 25 из 43
Глава 18. Кровь и пепел
Волки пришли на рассвете.
Нисар стояла на стене рядом с Асланом и смотрела, как чёрная лавина движется к цитадели.
Сотни. Может, триста. В центре — Вита в чёрном плаще, окружённая клубами тёмной магии.
— Их слишком много, — сказал Аслан. — Даже с твоей магией.
— Дядя должен был получить моё письмо, — ответила Нисар. — Если он придёт, то только
сейчас.
— А если нет?
— Тогда мы умрём, — она взяла его за руку. — Но вместе.
Аслан сжал её пальцы.
— Я люблю тебя.
— Я знаю.
Первый удар пришёлся на ворота.
Волки таранили их бревном. Люди стреляли со стен, но арбалеты врага косили защитников
одного за другим. Вита подняла руки, и тьма накрыла цитадель — защитные руны на стенах
погасли.
— Она сломала нашу магию! — крикнул старый вожак.
Нисар выпустила молнию — яркую, ослепительную. Она ударила в строй волков, разметав десяток
тел. Но на их место приходили новые.
— Нас зальют кровью, — прошептала Грета, стоявшая у лазарета.
— Нет, — сказала Нисар. — Держись.
И тогда вдали, за спинами волков, раздался рёв рогов.
Нисар подняла голову. На холме появились всадники. Чёрные плащи, серебряные руны, посохи,
светящиеся магией. Ведьмы. Во главе — Радомир.
— Дядя, — выдохнула Нисар.
— Он пришёл, — Аслан усмехнулся. — Вовремя.
---
Ведьмы ударили с тыла.
Радомир вёл их лично — старый, седой, но страшный в своей ярости. Молнии, огненные шары,
земля, разверзающаяся под ногами врагов. Волки запаниковали, бросились в стороны, но львы
ударили из ворот.
Нисар спрыгнула со стены, побежала вперёд. Её магия рвала врагов на куски. Она не помнила,
сколько убила — десять, двадцать, тридцать. Кровь заливала глаза, но она вытирала её и шла
дальше.
Аслан рядом рвал волков когтями, рычал, кусался. Его лицо было залито чужой кровью.
— Нисар, влево! — крикнул он.
Она повернулась. Волк прыгнул на неё — она выпустила молнию в упор, и он упал замертво в
двух шагах.
— Сзади!
Аслан обернулся — трое волков. Он принял их на себя, убил двоих, третьего добила Нисар.
Бойня длилась несколько часов.
К концу поле было усеяно телами. Волки бежали — остатки их войска растворились в лесу. Вита
лежала на земле, обессиленная, с чёрными венами на лице. Её тёмная магия сожрала её изнутри.
Нисар стояла посреди поля, тяжело дыша. Её руки дрожали. Платье пропиталось кровью — чужой
и своей.
— Нисар, — Аслан подошёл к ней, взял за плечи. — Ты ранена?
— Царапины, — ответила она. — А ты?
— Жив.
— Это главное.
Она посмотрела на дядю. Радомир спрыгнул с лошади и шёл к ней. Старый, уставший, но живой.
— Нисар, — сказал он. — Я получил твоё письмо.
— Ты пришёл, — она не знала, что ещё сказать.
— Я всегда должен был прийти, — он опустил голову. — Прости меня.
Нисар молчала. Слишком много крови, слишком много боли.
— Не сейчас, дядя, — сказала она. — Сейчас — похороним мёртвых. Потом поговорим.
Радомир кивнул.