Страница 17 из 43
Глава 13. Утро после
Нисар проснулась оттого, что её тело помнило всё.
Каждое прикосновение. Каждый поцелуй. Каждое слово, которое Аслан шептал ей в темноте. Она
лежала с закрытыми глазами и боялась открыть их — потому что не знала, что увидит. Нежность?
Равнодушие? Сожаление?
— Я знаю, что ты не спишь, — сказал он хрипло.
— Откуда?
— Ты улыбаешься во сне. А сейчас — нет.
Она открыла глаза. Аслан лежал на боку, подперев голову рукой, и смотрел на неё. В его
жёлтых глазах не было насмешки. Только тепло. Глубокое, бездонное тепло.
— Ты смотрел на меня всё это время? — спросила она.
— Всё.
— Это ненормально.
— Я и не нормальный, — он провёл пальцем по её щеке. — Я любящий. Это хуже.
Нисар почувствовала, как краснеет.
— Прекрати.
— Не могу.
Он наклонился и поцеловал её — мягко, утренне, без спешки. Нисар ответила, чувствуя, как
внутри снова разгорается огонь.
— Аслан, — прошептала она.
— Да.
— Мне нужно встать.
— Не нужно.
— Нужно. Твой отец…
— Мой отец жив, здоров и спит, — он поцеловал её в шею. — А я хочу быть с тобой.
Она слабо сопротивлялась, но через минуту сдалась. Потому что сама хотела этого. Потому что
впервые в жизни ей не нужно было ничего доказывать.
---
Они вышли из комнаты только к обеду.
В коридоре их встретил Верн. Молодой оборотень посмотрел на Нисар, потом на Аслана, потом
снова на Нисар — и широко улыбнулся.
— Вожак, — сказал он. — Вы наконец-то…
— Заткнись, Верн, — сказал Аслан, но без злости.
— Я ничего не сказал!
— Ты подумал. Этого достаточно.
Верн засмеялся и убежал. Нисар смотрела ему вслед и чувствовала, как её щёки горят.
— Все будут знать, — сказала она.
— Пусть, — ответил Аслан. — Я не собираюсь это скрывать.
— Ты не боишься, что твои воины потеряют к тебе уважение?
— Если воин теряет уважение к вожаку из-за того, что у вожака есть женщина — такой воин не
нужен.
Он взял её за руку и повёл в столовую.
---
За обедом на них смотрели.
Не косо — с любопытством. Женщины улыбались, мужчины кивали. Нисар чувствовала себя
диковинкой, но уже не страшной.
— Ты спасла старого вожака, — сказала одна из женщин, та, что подавала еду. — Теперь ты не
враг.
— Я и не была врагом, — ответила Нисар. — Просто меня никто не спрашивал.
Женщина усмехнулась и поставила перед ней добавочную порцию каши.
— Ешь, худая. Скоро ты понадобишься клану.
— Зачем? — удивилась Нисар.
— Аслан — единственный наследник. Ему нужны дети. А тебе — силы.
Нисар покраснела так, что даже уши загорелись. Аслан рядом усмехнулся.
— Она права, — сказал он.
— Заткнись, — прошептала Нисар.
— Не могу. Это правда.
Она ударила его локтем в бок. Он не пострадал.
---
После обеда Аслана позвали на совет. Нисар осталась одна.
Она вышла во внутренний двор, к старому дубу. Положила ладонь на кору и закрыла глаза.
— Ты счастлива? — раздался голос сзади.
Нисар обернулась. Грета сидела на скамье с вязанием.
— Не знаю, — ответила Нисар. — Наверное.
— Наверное? — Грета усмехнулась. — Девочка, у тебя такие глаза, что я в твоём возрасте о
таком только мечтала. Ты влюблена.
— Это так заметно?
— Как пожар в ночи, — Грета положила вязание. — Я рада за вас. Аслан заслужил счастье. И
ты.
— А если у нас ничего не получится?
— Получится, — Грета встала, подошла к ней. — Я старая, но не слепая. Он готов горы
свернуть ради тебя. А ты — ради него. Остальное — мелочи.
— Война между кланами — не мелочь.
— Война кончится, — Грета погладила её по руке. — Когда люди устают убивать, они начинают
мириться. А дети, которых вы родите, станут мостом между нашими народами.
Нисар смотрела на старую женщину и не знала, что ответить.
— Ты слишком мудрая, — сказала она наконец.
— Я старая, — улыбнулась Грета. — Это одно и то же.
---
Вечером Аслан вернулся уставшим.
— Что на совете? — спросила Нисар.
— Волки активизируются на востоке. Отец хочет отправить отряд.
— Ты поедешь?
— Должен, — он сел на кровать, снял рубашку. — Но не хочу.
— Почему?
— Потому что не хочу оставлять тебя.
Нисар подошла к нему, села рядом.
— Я не сбегу, — сказала она.
— Я знаю.
— Я подожду тебя.
— Знаю, — он взял её за руку. — Но я боюсь.
— Чего?
— Что не вернусь.
Нисар замерла.
— Не говори так, — сказала она тихо.
— Это правда. Я иду на войну. На войне убивают.
— Тогда я пойду с тобой.
— Нет.
— Аслан…
— Нет, Нисар, — он повернулся к ней. — Ты останешься здесь. В безопасности.
— Нет такой безопасности, где тебя нет, — она посмотрела ему в глаза. — Ты сам говорил. Я —
твой дом. А ты — мой. Если ты умрёшь, я не выживу.
Он сжал её руку.
— Ты сильная. Ты выживешь.
— Я не хочу выживать. Я хочу жить. С тобой.
Он молчал долго. Потом обнял её.
— Я вернусь, — сказал он. — Обещаю.
— Не обещай того, в чём не уверен.
— Я уверен, — он поцеловал её в макушку. — Потому что меня ждёшь ты.
---
Ночью они лежали в темноте. Нисар прижималась к его груди и слушала, как бьётся его сердце.
— Аслан, — сказала она.
— Да.
— Если ты не вернёшься, я убью всех, кто посмел поднять на тебя руку. А потом приду к тебе.
— Не говори так.
— Правда, — она подняла голову. — Я боевая ведьма. Я умею убивать.
— Я знаю, — он провёл рукой по её волосам. — Поэтому я вернусь. Чтобы ты не превратилась в
монстра.
— Я уже монстр, — прошептала она. — Я убивала.
— Ты защищала, — поправил он. — Это разные вещи.
Она закрыла глаза.
— Спой мне, — попросила она.
— Я не умею петь.
— Тогда расскажи сказку.
— Сказку? — он усмехнулся. — Жили-были ведьма и лев. Они ненавидели друг друга. Потом
полюбили. Потом лев ушёл на войну, а ведьма ждала.
— Не грустную сказку, — сказала она.
— А она не грустная, — он поцеловал её в лоб. — Потому что лев вернулся. И они жили долго и
счастливо.
— Ты это придумал?
— Я это знаю, — ответил он. — Спи.
Она уснула, чувствуя тепло его тела.
Аслан не спал. Он смотрел в потолок и думал о будущем. О том, как сделать так, чтобы эта
сказка стала явью.