Страница 12 из 43
Глава 9. Право попробовать
Аслан вошёл следом.
Не торопясь. Не спрашивая разрешения. Просто перешагнул порог и остановился у двери, давая
ей пространство.
Нисар села на кровать, поставила поднос на колени и начала есть. Медленно, маленькими
кусочками. Желудок бунтовал после четырёх дней голода, но она заставляла себя.
Аслан смотрел на неё. Не отрываясь.
— Ты ешь, — сказал он. Как констатацию факта.
— Я не хочу умирать.
— Я тоже не хочу.
Она подняла на него глаза.
— Ты не хотел бы, чтобы я умерла?
— Нисар, — он сел на пол напротив неё, скрестив ноги. — Если бы ты умерла, я бы… — он
замолчал, подбирая слова. — Я бы не смог.
— Почему?
— Потому что внутри меня есть что-то, что связано с тобой. — Он коснулся рукой своей груди,
там, где сердце. — Зов крови, древняя магия, глупость — не знаю. Но когда ты плачешь, мне
больно. Когда ты молчишь, я задыхаюсь. Когда ты не ешь, я чувствую голод.
— Это не любовь, — сказала Нисар. — Это зависимость.
— Может быть, — кивнул он. — Но мне всё равно, как это называется. Я просто знаю, что не
могу без тебя.
Нисар доела суп. Поставила пустую миску на поднос. Вытерла губы тыльной стороной ладони.
— Твой отец заключил договор с моим дядей, — сказала она. — Три года мира. Я — цена.
— Я не хотел, чтобы так вышло.
— Но ты согласился.
— Потому что это был единственный способ оставить тебя здесь.
— Зачем тебе это?
Аслан посмотрел на неё. Долго. Так, что у неё по спине побежали мурашки.
— Потому что если бы я отпустил тебя, ты бы ушла, — сказал он. — И я бы никогда тебя больше
не увидел.
— И что?
— А то, что я не хочу жить в мире, где тебя нет.
Нисар замерла.
— Ты не врёшь, — сказала она тихо.
— Впервые за долгое время — нет.
Он встал с пола и сел на кровать рядом с ней. Не касаясь. Оставляя пространство.
— Я знаю, что ты меня не любишь, — сказал он. — Знаю, что ненавидишь. Знаю, что я для тебя
— враг, похититель, зверь.
— Это правда.
— Но я хочу попробовать изменить это.
— Как?
— Не знаю ещё, — он усмехнулся, и в этой усмешке не было насмешки. Только горечь. — Буду
носить тебе цветы. Готовить еду. Защищать от своих же. Слушать твоё молчание. Сидеть под
дверью столько, сколько нужно.
— И сколько нужно?
— Столько, сколько ты позволишь.
Нисар смотрела на свои руки. Грязные ногти, тонкие запястья, синяки от его хватки — уже
жёлтые, почти зажившие.
— А если я никогда не позволю? — спросила она.
Аслан помолчал.
— Тогда я буду ждать, — сказал он. — Три года. Тридцать лет. Всю жизнь.
— Ты не можешь ждать всю жизнь.
— Могу. — Он взял её за руку. Осторожно, будто спрашивая разрешения. — Ты для меня — не
просто ведьма, Нисар. Ты — та, кого выбрала моя кровь. Моё тело. Мой зверь. Я не могу это
отменить.
— А если я не хочу быть выбранной?
— Тогда скажи мне уйти, — он посмотрел ей в глаза. — Скажи «уйди», и я уйду. Сегодня.
Навсегда. Но скажи честно.
Нисар открыла рот.
Слово «уйди» было на языке. Оно вертелось на кончике, готовое сорваться.
Но она не сказала его.
Потому что, когда она смотрела на Аслана — на его шрамы, на его жёлтые глаза, на его руки,
которые дрожали от напряжения, — она понимала, что не хочет, чтобы он уходил.
Она ненавидела себя за это.
— Не уходи, — прошептала она.
Аслан выдохнул — так, будто не дышал целую минуту.
— Спасибо, — сказал он. — Спасибо, Нисар.
Он поднял её руку и прижался губами к её пальцам. Нежно. Почти благоговейно.
Нисар смотрела на это и чувствовала, как внутри неё что-то оттаивает. Маленькая льдинка у
самого сердца.
— Я не обещаю, что полюблю тебя, — сказала она.
— Я и не прошу, — ответил он. — Я прошу только дать мне право попробовать.
Она кивнула.
Аслан улыбнулся — впервые за много дней. По-настоящему. С теплом в глазах.
— Тогда с этого момента я начинаю, — сказал он. — Что ты хочешь сделать первым делом?
— Выспаться, — ответила Нисар. — По-настоящему. Без слёз. Без кошмаров.
Аслан встал, снял с кровати лишнее одеяло и бросил на пол.
— Я буду здесь, — сказал он. — Если понадоблюсь.
— На полу?
— Это лучше, чем под дверью.
Нисар легла. Натянула одеяло до подбородка. В комнате было темно и тихо.
— Аслан, — позвала она.
— Мм?
— Ты правда стоял под дверью три дня?
— Правда.
— Почему не вошёл?
— Потому что ты не открывала, — сказал он. — А без приглашения я не хотел.
— А сейчас вошёл без приглашения.
— Сейчас ты открыла дверь, — ответил он. — Для меня это было приглашением.
Нисар закрыла глаза. И впервые за четыре дня уснула без слёз.
---
Утром она проснулась от того, что Аслан сидел на краю кровати и смотрел на неё.
— Ты всегда так делаешь? — спросила она хрипло.
— Что?
— Смотришь на спящих.
— Только на тебя.
Она села, поправила одеяло. Аслан протянул ей кружку с горячим чаем.
— Пей, — сказал он. — Потом пойдём завтракать.
— Я не хочу идти туда, где на меня смотрят как на диковинку.
— Тогда будем завтракать здесь.
Он встал, вышел и вернулся через десять минут с подносом, полным еды. Каша, мясо, хлеб,
мёд, фрукты.
— Ты сам это принёс? — удивилась Нисар.
— Я вожак, а не слуга, — ответил он. — Но для тебя могу и принести.
Она взяла ложку, начала есть. Аслан сидел напротив и смотрел.
— Ты так и будешь пялиться?
— Буду.
— Это неприятно.
— Врёшь, — сказал он.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что, когда я на тебя смотрю, твои щёки розовеют.
Нисар отвернулась. Ей действительно стало жарко.
— Ты невыносим, — сказала она.
— Я знаю, — он усмехнулся. — Но ты привыкнешь.
— Не привыкну.
— Привыкнешь, — повторил он. — У нас много времени.