Страница 24 из 63
Глава 15
Слова ударили сильнее, чем я ожидала. Я сжала пальцы на рукояти гарка, стараясь не дрожать. Что сделала та, чьё тело теперь принадлежит мне? Красивая обёртка, но гнилая начинка…
— Ты ошибаешься, — прошептала я, не зная, кого пытаюсь убедить — его или себя.
Он усмехнулся, криво, горько.
— Да неужели?.. Моих родителей сжигали, а ты смеялась… Потом ты приказала выбросить тела, как будто это были обломки мебели.
Мне стало дурно. Кто я такая, чтобы спорить с ним? Похоже, Алфея — настоящее исчадие ада. И всё же… всё же я должна была попытаться реабилитировать не её, но себя.
— Я не могу исправить то, что уже произошло… — ответила я сдавленно. — Но я хочу изменить настоящее…
— Каким это образом?
— Я… я отпущу тебя на свободу!
Ну вот. Я и сказала это… Назад пути нет. Но его реакция не просто удивила, она поразила меня. Он рассмеялся. Низким, грудным смехом.
— Значит, вот так? — его губы исказила кривоватая усмешка. — Просто отпустишь меня как ни в чём не бывало?
— Не веришь?
— Тебе?.. Конечно, нет! Что ты задумала? — голос его прозвучал глухо, но с хищной настороженностью. — Новую игру? Или решила разнообразить свои извращения?
Я смотрела на него молча.
— И что дальше? — продолжил он, шагнув ближе. — Прикажешь бежать, дашь поверить в свободу… чтобы потом ударить в спину? Или выставишь на площади — развлечь толпу?
— Есть только один способ проверить, — тихо произнесла я и взмахнула гарком, рассекая верёвку на его запястьях. — Ты свободен!
Он не шелохнулся. Стоял, глядя на освобождённые запястья, словно не верил собственным глазам.
— Что?.. — выдохнул, наконец, он.
Я сжала рукоять гарка до боли в пальцах.
— Ты свободен, — повторила я, уже не так уверенно.
Он поднял голову. Его взгляд стал другим — проницательным, тёмным, как омут. Теперь в нём плескалось не презрение, а опасная сосредоточенность. Он сделал шаг вперёд. А я, напротив, отступила.
— Знаешь, — медленно начал он, — я мог бы переломить твою милую шейку прямо здесь, лордовское ты отродье… — он поднял руку, будто пробуя, насколько крепко работают пальцы. — Но, пожалуй, сделаю это позже. Когда выберусь отсюда, и надобность в тебе отпадёт.
— Ты что такое заду…
Он резко схватил меня за руку, вывернул, сжал запястье так, что гарк выскользнул из моей ладони и упал на каменные плиты с глухим стуком.
— Нет, нет, нет… — жалобно запищала я.
— Ты совершила глупость, и теперь пойдёшь со мной… — его голос звучал тише, но от этого стало только страшнее. — Ты мой пропуск. Моя гарантия. И ты ведь не хочешь, чтобы я стал грубым, правда?
Я попыталась вырваться, но его хватка оказалась стальной. Свободной рукой он поднял гарк и сунул себе за пояс.
— Ты не выберешься! — сорвалось с губ. — Тебя поймают!
— Тогда у нас с тобой будет очень короткое приключение, лордовское отродье!
Он схватил меня за рукав, резким движением оторвал полоску ткани и, посмотрев с холодной усмешкой, сунул мне в рот, а затем поднял верёвку и ловко связал мои запястья.
— Ы-ым-м… — отчаянно замычала я.
— Я советовал бы тебе заткнуться, а иначе… — он больно дёрнул меня за запястье, — завершу начатое и отправлю тебя к Таргу! А теперь — вперёд!
Он рывком потянул меня за собой — прочь от тюрьмы. Мой едва обретённый мир снова рухнул, оставив на прощание только верёвку на запястьях, кляп во рту и разбойника, мечтающего меня убить.
Этот разбойник тащил меня вперёд, не особенно заботясь о том, насколько быстро я могу идти со связанными руками. Камни под ногами были скользкими, в воздухе стоял запах гнили и дыма. Мы петляли между переулками, обходили главные дороги, но всё равно мне казалось — нас видят. Кто-то следит.
Что-то.
Я подняла глаза и вздрогнула. На крыше, прямо над нами, сидел ворон. Он не каркал, не двигался — просто смотрел. Второй пролетел над головой, разрезав воздух зловещим взмахом крыльев. Третий вспорхнул с колокольни, как по сигналу. Они знали. Они уже несли весть.
— Погань крылатая… — прошипел он, заметив мой взгляд. — Давай сюда.
Он собирался свернуть в подворотню, но в тот же миг из бокового прохода вынырнули двое стражей. Мой похититель отпихнул меня в сторону и рванул им навстречу. Один успел крикнуть, но его голос тут же оборвался — кулак с хрустом врезался в горло. Второй был ловчее, успел выхватить металлическую цепь. Она взвилась, как змея, но узник выхватил гарк из-за пояса и полоснул по шее. Без шансов! Бедняга повалился на землю с предсмертным хрипом, из шеи его хлестала кровь. Я было бросилась к нему, не в силах оставить вот так умирающего — я ведь всё-таки медсестра в своём мире.
— Идём, сказал! — он схватил меня за плечо и больно дёрнул.
Мы юркнули в тень между двумя домами, перескочили через разломанную лестницу и оказались в узком грязном проулке. И тут я увидела телегу. Гниющие тела, сваленные как мусор, зловоние, от которого хотелось упасть в обморок.
— Не-е, — выдохнула я сквозь кляп и покачала головой.
— Да, — бросил он. — Хочешь жить — шевелись, лордовское отродье!
Он запрыгнул первым, зарываясь в груду тел, и потянул меня за собой. Я содрогнулась, когда что-то холодное и мягкое коснулось моего лица. Тьма под крышкой телеги сомкнулась надо мной, как могильная плита.
А за углом уже раздавались крики и топот стражников.