Страница 60 из 122
— Такие вместилища делают на ферме Теней, на основе праха и костей мертвеца. Видишь? — Демон указал на куклу, и я нахмурилась. Ее верхние покровы почти полностью растворились, обнажая.. кости. Обычные, человеческие. — Ты ведь знаешь, как демоны приходят в смертный мир?
Ну конечно, я знала. Обычные демоны не могли находиться в смертном мире так, как это делал Велор или Леодар, в своем собственном теле, — сил не хватало.
Остальным приходилось захватывать смертных, и, как правило, мертвых, чтобы уже не могли сопротивляться. «Лениво возиться с живыми, проще сперва их убить», — так сказал один из пойманных инкубов.
Но при чем здесь это?
— Заимствуют мертвые тела?
— Верно. Заимствуют. Тела разлагаются, весьма неприятное вместилище и прочие неудобства..
— Ах, — наморщила я нос. Бедняжки демоны, как им несладко, правда? Леодар бросил на меня задумчивый взгляд.
— Есть альтернатива, Слепки. Поскольку в такие куклы вкладывают чью-то смертную жизнь, они хорошо функционируют в вашем мире. Но это дорогая игрушка. Запретная.. — Леодар покачал головой. — Амброзайос будет очень зол на нарушение его приказов. Похоже, нашего венценосного не все готовы слушаться.
Я обхватила себя руками и поежилась. Мой взгляд снова и снова обращался к кукле: она буквально исчезала. Сначала верхний слой.. вот и кости треснули, обращаясь прахом. Это чьи-то настоящие кости, кого-то убили ради этой игрушки. Я ощутила ноющее чувство в груди: сколько еще сюрпризов подготовили демоны?
Неожиданная мысль заставила меня встрепенуться и похолодеть. Я в панике посмотрела на Леодара.
— Эта кукла выглядела, как мой брат, это что, значит, кости принадлежали?.. — Мой голос запнулся, даже вопрос оформить было тяжело. К моему облегчению, демон покачал головой.
— Вряд ли. — Леодар поджал губы, не отрывая от меня мрачного, тяжелого взгляда. — Больше тревожит, что он был тем, кто управлял этой куклой.
— Наверное, его заставили и.. — нашлась я, но Леодар поднял руку. Он по-прежнему всматривался в мои глаза, будто желал, чтобы я поняла его мысль.
— Ты не знаешь, что такое Слепки, — мягко произнес он. — Они не работают без демонической силы.
— Должно быть, Зарель..
— Ими могут управлять только демоны, Айли, — прищурился Леодар. — Они вселяются в куклы и могут бродить по смертному миру. Стоит им покинуть Слепок, как с куклой происходит то, что ты видишь. Они просто исчезают.
Мои губы дрогнули: я поняла, о чем хотел сказать Леодар. Но это невозможная мысль! Вадим не демон, никогда им не был!
— Ты забываешь, что демонами не всегда рождаются, — понял мои мысли Леодар. Сделав ко мне шаг, он отвел с лица мои волосы. — Айли.. я не уничтожил демоническую сущность твоего брата только потому, что ты могла этого не одобрить. Но я всегда отличу демона от иного существа.
— Вадим не демон, — упрямо повторила я. Повторяла, как заклинание, пытаясь убедить саму себя. Глаза Леодара сузились.
— Уверена?
Он дал достаточно времени для возражений, но у меня будто встал ком в горле. Вовсе не уверена. Смертный может стать демоном при ряде условий. Главное из них — согласие.
Моим единственным возражением было детское «Он не мог!» Вадим был не из тех людей, которые подпадали под соблазн богатства и власти. Но что, если брату пригрозили.. мной?
Я знала, он пошел бы на все ради меня. Если ему посулили мою безопасность, он мог сломаться. Мог пойти на худший шаг в своей жизни, ведь известно, что младшие демоны в рабстве у своих создателей.
Они рабы на долгие-долгие века.
— Если я хоть что-то понимаю, то тебе нет нужды искать твоего брата, — твердо произнес Леодар, не отводя от меня взгляда. — Он найдет тебя сам.
Слова Леодара отозвались болью в моем сердце. Вадим, куда же ты влез?.. Поджав губы, я молча смотрела на куклу. За какие-то несколько минут она практически полностью растаяла и теперь представляла собой весьма печальное зрелище. Неподвижный глаз молча смотрел вверх, другой — ввалился, скрывшись в чернеющем «лице».
Я отступила на шаг, внезапно почувствовав слабость. Это всё.. неправильно. Мне вспомнился последний вечер, и фотография, принесенная братом. Так не должно быть.
— Ты говорил.. ферма Теней? — глубоко вдохнув, взяла себя в руки. Вадим жив, и я что-нибудь придумаю. Надо только немного времени, чтобы сообразить, что делать дальше. — А что это?
— Фермы рабов, — тихо отозвался Леодар. — Мы называем их Тенями, рабы еще живы, но их тела полностью контролируется волей демона. Смертные легкая добыча, раньше их похищали для услужения князьям Аристола. Амброзайос запретил этот промысел, но северные земли далеко. Видимо, Зарель скрывает свои фермы.
Я часто заморгала, пытаясь осознать масштаб проникновения демонов в наш мир. Это.. что-то за гранью. Велор поистине заслуживает уважения уже только за то, что поумерил аппетиты своих подданных.
— В некоторых местах это называли Дикой Охотой. — Леодар помолчал, а я лихорадочно попыталась охватить разумом всю картину. Вдруг почувствовала себя одинокой и брошенной на произвол судьбы. Все это время я жила слепой надеждой, и что же мне теперь остается?
Я встряхнула головой: впрочем, нет. Есть лазейка. Даже если мой брат принял метку демона, он все еще мой брат. Охотится на меня? Ну и ладно, он не по своей воле. Однажды Вадим сказал мне «Предпочту умереть, чем стать демоном». А меня его смерть не устраивала.
Его душа еще светится, а значит, как минимум, есть шанс.
— Леодар.. ведь демонам можно вернуть человеческую сущность, — тихо произнесла.
— Один шанс на миллиард, — безжалостно ответил тот. Мое сердце заныло, как мало!
Но ведь есть. Я приоткрыла губы, чтобы уточнить, как это сделать, но Леодар поднял руку. Он встревоженно всмотрелся в темный лес, впрочем, скоро расслабился и насмешливо на меня взглянул.
— Но ведь я с тобой, Айли. Может быть, у тебя есть целых два шанса, — хмыкнул он. — Я помогу, если будешь хорошей девочкой, на тех же условиях.
У меня отлегло от сердца. Помощь высшего демона здорово повысила бы шансы на успех, грех отказываться.
А может быть, мне просто не хотелось, чтобы контракт с демоном завершался, ведь это значит, что Леодар исчезнет из моей жизни? Я с досадой мотнула головой: навязчивый внутренний голос раздражал.
— Кто бы еще рассказал, что значит быть хорошей девочкой, — проворчала я. — Это явно не мой конек.