Страница 43 из 80
Совсем не уверена в том, что говорю. Да, Ярпольский признал Даню сыном, хуже того, прописал его в брачном контракте. Если я соберусь уходить от мужа, сына я должна оставить ему. Без разговоров. Но чувства к мальчику? Кажется, Ярпольский не любит вообще никого, кроме себя. Тем более чужого ребенка.
А я сама загнала себя в эту ситуацию. И пока я не представляю, как из нее выбираться. Поэтому пока стараюсь успокоить сына. Про Ярпольского и развод буду думать позже. К тому же пока Ярпольский еще отец Дани. Другого у него нет и скорее всего не будет... не стоит настраивать ребенка против него.
Господи, как сложно. Я ведь не думала, что когда-то снова увижу мужа. Зимина. Что когда-то снова смогу посмотреть в его темные глаза и увидеть в них нежность и обожание.
Я и не увидела. В его глубоких черных омутах плещется ледяная ярость и ненависть. Его больше не заботит мое благополучие. Только его собственная месть и уязвленное самолюбие.
И мне это не подходит. Я не хочу быть девочкой для битья и всю жизнь пытаться оправдаться.
Поэтому пусть все остается так, как я это заварила пять лет назад.
- Нет! - взвизгивает сын и сжимает лицо ладошками. - Он не любит меня, не любит! Он сам мне сказал!
- Что? - мои глаза округляются. Веду машину, а сама всеми мыслями с моим сыночком на заднем сиденье.
- Он сказал, что без меня тебе будет лучше! Что я тебе мешаю! Он обещал отдать меня в интернат...
Сынок с трудом произносит длинное незнакомое слово и всхлипывает.
- Даня... - я не могу поверить, что Ярпольский мог так сказать сыну.
- Мама, не отпускай меня! Мамочка!