Бывший. Вернуть семью

Глава 39. Ярослава

Пустая квартира встречает нас неуютной тишиной. Когда-то я купила эту квартиру на премию от выгодной сделки и оформила ее на Даню.

Решила, что так будет правильно. Ярпольского даже не поставила в известность.

Потом он пытался переубедить меня, предлагал продать ее и купить другу. В центре, больше, с огромными панорамными окнами.

Но я осталась непреклонна. Наверное, первый раз в нашей с ним совместной жизни.

Отправляю сынишку мыть руки, а сама торопливо скидываю полотняные чехлы с мебели.

Квартира в относительном порядке. Клиринговая служба не зря берет свои деньги.

Проблема с едой. Ее просто нет. Кухня пустая. Холодильник даже не подключен к сети.

Падаю на стул и обхватываю голову руками.

Господи, когда моя жизнь повернула не туда?

Почему от счастливого брака с любимым человеком я пришла к токсичным отношениям с Ярпольским?

Закусываю губу. И, наверное, сотый раз за последние дни я ищу ответ на вопрос почему, когда я соглашалась стать его женой, я не заменила какой он жесткий человек?

Как я могла подумать. Что он примет Даню, полюбит и воспитает, как своего сына?

Господи, почему я была такой наивной и глупой?

Ведь реально! Разведенная беременная девушка с ворохом проблем в башке и в семье. С токсикозом и постоянными истериками.

Как я могла поверить, что Ярпольскому нужна такая? Как могла подписать брачный договор почти не читая?

О нет, основные пункты я прекрасно знала: я продаю себя в обмен на жизнь Витьки. После травмы он лежал в коме в нейрохирургии среди бомжей и алкашей. И только деньги Ярпольского могли вытащить его оттуда.

Моя беременность. Я узнала о ней уже после того, как Егор ушел из коттеджа, хлопнув дверью.

Я хотела ему рассказать, верила, что когда он узнает, то поймет, как ошибался.

И он бы поверил. Но он не ответил. Сбежал. Исчез. Запретил своим родителям разговаривать со мной.

Господи! Смахиваю слезы со щеки.

Да я дежурила около их дома в глупой надежде встретить Егора.

Но нет. Он оказался трусом. И просто сбежал. Не захотел посмотреть мне в глаза и услышать мою версию.

Он все решил и поверил в это.

Так пусть катится к черту! Бью кулачком по столешнице.

Я чуть не сдохла тогда. Мне было тяжело. Нет, мне было просто капец как тяжело.

Но я выжила. Пускай продала себя. Но я спасла своего брата и дала достойную жизнь своему сыну.

Самоуважение? А почему нет. Я продолжаю уважать себя. Да, я понимаю, что сделала ошибку.

Но я сделала это ради любимых людей. И мне не за что стыдиться себя. Продала тело? Но душа осталась при мне.

И нет, я не считаю себя жертвой обстоятельств.

Я просто заключила сделку и получила свою выгоду. А вот выгода Ярпольского оказалась очень сомнительной.

Так пусть идут к черту моралисты, что шепчутся за моей спиной. Я сделала свой выбор. Правильный или нет. Он только мой.

И эта сделка дала мне шанс.

Теперь пришла пора разрывать чертов контракт с дьяволом.

И пусть Ярпольский хоть в верховный суд идет трясти своими договорами, но сына я ему не отдам.

Киваю своим мыслям.

Сынишка врывается на кухню озорным ураганчиком.

- А ужин? - смешно морщит он носик.

- Я заказала пиццу, - смеюсь. Знаю, что он ее обожает.

- Твой телефон звонит, - хмурится сынок, прислушиваясь.

Действительно, из коридора раздается приглушенный звук моего рингтона.

- Алло, мамочка....

- Как ты могла? - взрывается мама в трубке.

- И я рада тебя слышать, - не могу скрыть сарказма.

- Не дерзи! - требует она. - Лучше расскажи. Что на тебя нашло? Уйти от Ярпольского Это же уму не постижимо.

- Так получилось, - не хочу говорить на эту тему.

- Что значит «получилось»? - не унимается мама. - Собирайся и езжай домой исправлять ситуацию.

- Я? - мои брови взлетают вверх.

- Ну не я же! - рычит злобно мать в трубку.

- Я не знаю, откуда ты знаешь, что я ушла. Но ты должна знать, что я ушла насовсем. Я никогда не прощу Ярпольского и в его прощении я тоже не нуждаюсь.

- Ты! - кричит мать. - Ты... Виталя воды...

Мать тяжело и хрипло дышит в трубку, пока папа бегает ей за водой.

- Я не собираюсь с тобой спорить, мама. И мое решение останется без изменений. Я развожу с Ярпольским.

Из коридора раздается настойчивая трель дверного звонка.

- Прости, мам. Это, наверное, пицца.

Мама что-то еще тараторит в трубку, но я сбрасываю вызов.

Иду к двери и даже не заглядываю в глазок.

Распахиваю дверь в надежде, что увижу перед собой курьера со вкусной пиццей.

Но... дыхание сбирается, и я отступаю на полшага назад.