Синкуб

— Да, — кивнул Нелюдин. — Не могу рассказать подробности. Сложнее обычного расследования.

Светлана на мгновение прикрыла глаза. Затем решительно кивнула:

— Хорошо. Поговорю с Наташей. Перед прошлогодним концертом у неё была травма спины, я очень помогла — не откажет. Устроит встречу с административным директором тура.

— Спасибо, — тихо сказал Нелюдин, коснувшись её руки. — Знал, что могу рассчитывать.

Светлана улыбнулась, но глаза остались серьёзными.

— Всегда готова помочь, — ответила она, отпивая чай. — Но будь осторожен, Андрей. Вокруг Алевтины много странного: необъяснимые события, причудливые требования, ритуалы перед выступлениями. Наташа рассказывала не для чужих ушей. Сначала списывала на артистизм, но теперь…

Нелюдин внимательно посмотрел на неё. Светлана обладала острой интуицией, и он понимал, что она многое замечает. Иногда казалось, что она что-то скрывает, так же как он скрывал детали работы.

— Буду осторожен, — пообещал Нелюдин. — Когда сможешь связаться с Наташей?

— Сегодня, — ответила Светлана, ставя чашку на блюдце. — Репетиция до позднего вечера, но поймаю. Завтра утром узнаешь результат.

Рассчитались и вышли вместе. Под моросящим осенним дождём мокрый асфальт отражал свет фонарей. Светлана подняла воротник пальто.

— Позвони, как узнаешь что-то, — сказал Нелюдин, тормозя такси. — Неважно, во сколько.

Она кивнула, быстро поцеловала его в щёку и скрылась в машине. Нелюдин проводил её взглядом, развернулся и направился к метро. Шаги твёрдые, но внутри росла тревога, с которой он свыкся за недели расследования.

Телефон зазвонил в девять утра. Светлана сообщила: встреча с административным директором тура назначена на два часа в офисе концертного агентства на Арбате. Нелюдин поблагодарил и сразу позвонил Корнееву.

В машине, припаркованной в двух кварталах от агентства, генерал в последний раз проверял легенду: поддельные документы, рекомендации от «бывших коллег» в СК, история «увольнения» за превышение полномочий — всё проработано до мелочей, как полагается для операций высшего уровня.

— Задача — максимально сблизиться с Иваном и Ольгой, — сказал Корнеев, передавая папку с документами. — Узнай их планы. Решат бежать — помоги скрыться так, чтобы Ордынцев не вышел на них. Останутся — обеспечь поддержку.

Нелюдин кивнул, проверил карманы: телефон, бумажник, ручка. Внешне хладнокровен, но внутри росло напряжение. За годы службы в Следственном комитете он привык к риску, но никогда не сталкивался с подобным — мистическими существами, древними обрядами, силами за рамками человеческого понимания.

— Будь осторожен, — произнёс Корнеев тихо, и в голосе прозвучала нота, которой не бывает в обычных делах. — Эти существа питаются не только энергией, но и душами. Одно неверное движение — попадёшь под их власть.

Нелюдин молча кивнул, вышел из машины и направился к офису. Впереди ждал мир, который недавно казался выдумкой. Теперь предстояло стать его частью.

Он вошёл через служебный вход репетиционной базы: облупившиеся стены, тусклый свет, запах дыма и дешёвого одеколона. У стойки молчаливый охранник сверил пропуск и велел идти направо до конца, потом налево, третья дверь. По пути Нелюдин отмечал камеры, пожарные выходы и технические помещения — привычка всегда знать, как выбраться.

За дверью с табличкой «Административный отдел» его встретила Наташа — миниатюрная, но с твёрдым взглядом. Она вкратце рассказала, что Светлана представила его как друга брата, несправедливо уволенного из СК, и что Грачев ищет надёжного человека после инцидента с навязчивым фанатом. Нелюдин заверил: «Не подведу».

Кабинет Грачева — строгий и лаконичный: металлический стол, монитор с камерами, стойки с рациями. Сергей Грачев, бывший майор ФСБ, быстро пролистал «досье». Расспросил о причинах увольнения, об оружии и боевых искусствах. Убедившись, что Нелюдин умеет анализировать и прогнозировать поведение, предложил двухнедельный испытательный срок. Первое дежурство — во время репетиции Али: патруль коридоров, проверка доступа в гримёрки, никаких посторонних.

В раздевалке службы безопасности новичок получил чёрную форму, рацию и наушник. Напарник Васильев, крепкий парень с мозолями на ладонях, провёл инструктаж: обход периметра, гримёрок и репетиционного зала. Нелюдин учился застёгивать куртку и крепить рацию, а Васильев шутил о «госбезопасности» и странных инцидентах с фанатами.

В репетиционном зале он увидел Алю — в простых чёрных леггинсах она казалась нереальной. В углу сидел Иван Сваргин: напряжённый, полный страха и обожания. Потом вошла Ольга Мельникова — решительная, с тем же сочетанием эмоций во взгляде. Краткий, но значительный обмен взглядами Нелюдин отметил в блокноте: 14:37 — Иван; 14:42 — Ольга.

При возвращении к гримёркам Нелюдин столкнулся с Лидией — личным ассистентом Али. Холодная, ровная, без рукопожатия. Она вручила электронный пропуск, и пальцы на мгновение соприкоснулись: слабое жжение, как от разряда. Лидия строго предупредила:

— Безопасность Али — ваш приоритет. Не подведите.

После её ухода Васильев удивился, что новичка заметили. Отметил, что Лидия может одним словом уволить кого угодно, и предложил проверить чёрный вход, где час назад заметили подозрительного человека. Запах сырых стен и пыли усиливал ощущение погружения в неизвестное.

Первый день в службе безопасности подходил к самой напряжённой части: Нелюдин ступил на опасную территорию, где за каждым поворотом мог скрываться ответ на тайну Ордынцева и судьбу Ивана с Ольгой. Обратного пути уже не было.

На третий день работы в команде безопасности Нелюдину доверили самостоятельное дежурство в комнате видеонаблюдения. Тесное помещение без окон, заставленное мониторами и техникой, напоминало бункер — здесь царил свой микроклимат из тихого гудения вентиляторов, синеватого света экранов и застоявшегося воздуха с примесью кофе, которым угощались сменяющие друг друга охранники. Именно такая изоляция и требовалась Нелюдину — возможность наблюдать за всеми, оставаясь незамеченным.