Синкуб

Нелюдин стоял ближе — высокий мужчина с усталым лицом и внимательным взглядом. Руки подняты в миролюбивом жесте. За ним, чуть отступив, — Лидия: строгий тёмно-серый костюм, идеально уложенные волосы, холодное, непроницаемое выражение лица. Только сейчас в её глазах читалось что-то новое — напряжение, почти страх.

— Мы безоружны, — сказал Нелюдин, делая шаг в сторону, чтобы обоим было хорошо видно его и Лидию. — Мы пришли помочь. У вас нет причин нас бояться.

Иван не опускал нож, взгляд метался от одного посетителя к другому.

— Почему мы должны вам верить? — спросил он. — Особенно ей, — кивнул в сторону Лидии. — Она работает на Ордынцева. Она одна из них.

Лидия слегка наклонила голову, словно признавая справедливость обвинения.

— Да, я работала на него, — произнесла она. — Долгое время. Но теперь всё изменилось.

— Что именно изменилось? — Ольга вышла из-за спины Ивана, сжимая медальон так крепко, что края врезались в кожу. — За два дня? За два дня после нашего бегства?

— За одну ночь, если быть точной, — Лидия произнесла это так спокойно, что Ольга на мгновение растерялась. — Андрей, может, всё-таки зайдём? На улице холодает, а разговор предстоит долгий.

Иван колебался, но потом отступил, пропуская незваных гостей. Нелюдин вошёл первым. Движения его были осторожные, но уверенные — не скованные страхом, а скорее выглядевшие профессионально. Лидия следовала за ним, каблуки стучали по деревянным половицам с неестественной чёткостью.

Когда все четверо оказались в гостиной, Нелюдин снял куртку и аккуратно повесил на спинку стула. Взгляд скользнул по комнате, отмечая детали — разожжённую печь, открытый буфет с фотографиями, рюкзаки у стены.

— Я понимаю ваше недоверие, — начал он, садясь так, чтобы хозяева дома видели его руки. — На вашем месте я бы чувствовал то же самое. Но факты таковы: я следователь, расследую серию исчезновений молодых мужчин — поклонников Алевтины Калицкой.

Он достал из внутреннего кармана удостоверение и положил на стол.

— Моё расследование привело меня к генералу Корнееву из ФСБ, который уже много лет отслеживает деятельность Ордынцева. Именно Корнеев впервые объяснил мне, что происходит на самом деле — рассказал про инкубов, суккубов, про реальность, скрытую от обычных людей.

Иван прищурился, всё ещё держа нож, хоть и опустив его.

— И вы сразу поверили в эту… чертовщину?

— Не сразу, — признался Нелюдин. — Но доказательства были неопровержимы. Я видел записи вашей смерти, Иван. И вашего возвращения в морге. А потом — данные о деятельности Ордынцева за последние десятилетия. О его влиянии, о долголетии, которое невозможно объяснить обычными человеческими мерками.

— А она? — Ольга кивнула на Лидию, которая стояла чуть в стороне, не делая попыток сесть. — Как она оказалась с вами?

— Я был внедрён в службу безопасности концертной группы Алевтины, — сказал Нелюдин. — Наблюдал за вами обоими. И за Лидией тоже. Мы… поговорили. И она рассказала мне правду.

Лидия шагнула вперёд. Движение было почти неуловимым, но в нём чувствовалась странная грация, нечеловеческая плавность.

— Я служила Ордынцеву очень долго, — произнесла она. — С тех самых пор, как он… вернул меня. Но не так, как было раньше.

Она посмотрела на Ольгу, и в её глазах промелькнула тень старой боли.

— Ты знаешь, кто я такая, Ольга? Что случилось с настоящей Лидией Каглицкой?

Ольга медленно кивнула, не отводя взгляда.

— Ты… умерла. Двадцать лет назад. Здесь, в Стрептопенинске. И Ордынцев вернул тебя. Но не как человека, а как…

— Как суккуба, — закончила Лидия. — Как инструмент для его целей. Я не была собой все эти годы. Просто послушная марионетка, выполняющая приказы. Пока… — она бросила короткий взгляд на Нелюдина, и что-то в её глазах смягчилось. — Пока что-то не изменилось. И я наконец вспомнила, кто я на самом деле.

Иван положил нож на стол, не выпуская его из поля зрения, но явно ослабляя защиту. Взгляд переместился на Нелюдина.

— Допустим, я вам верю. Что теперь? Ордынцев наверняка ищет нас. У него везде свои люди, глаза и уши.

— Он отправил Лидию за вами, — подтвердил Нелюдин. — Но вместо того, чтобы выполнить приказ, она поговорила со мной. Сейчас вы под защитой, хотя и временной. Корнеев может предложить постоянную защиту, но для этого придётся довериться нам полностью.

Нелюдин открыл небольшую сумку и достал папку с документами, планшет и несколько фотографий. Разложил всё на столе.

— Вот доказательства моих слов. Материалы расследования, фотографии исчезнувших поклонников Алевтины, записи с камер наблюдения. И вот здесь, — указал на страницу с грифом «Совершенно секретно», — отчёт о моей первой встрече с генералом Корнеевым, где он рассказал мне правду.

Ольга медленно подошла к столу, всё ещё сжимая амулет. Осторожно пролистала документы, рассматривая фотографии и диаграммы. Взгляд остановился на снимке Ордынцева, сделанном скрытой камерой, — высокий мужчина в дорогом пальто выходит из здания концертного зала. Его лицо, показавшееся Ольге таким притягательным при первой встрече, теперь вызывало лишь отвращение и страх.

— Корнеев предлагает вам официальную защиту, — продолжил Нелюдин. — Новые документы, новое место жительства. Возможность начать всё с чистого листа, где Ордынцев не сможет вас найти.

— Я знаю о программе защиты свидетелей, — сказал Иван. — Но думал, что она работает только для тех, кто даёт показания против мафии или террористов.

— Ордынцев опаснее любой мафии, — сухо ответила Лидия. — И методы борьбы с ним должны быть соответствующими.

Напряжение в комнате постепенно спадало. Ольга заметила, как Иван расслабляется — плечи опускаются, сжатые кулаки разжимаются. Ей самой тоже становилось легче дышать, хотя где-то в глубине души всё ещё таилась настороженность.

— Я поставлю чайник, — неожиданно для самой себя сказала Ольга. — В подвале видела старые запасы чая. Хватит на всех.

Она направилась к двери в коридор, но Лидия окликнула её:

— Ольга, подожди. Я пойду с тобой.

Ольга остановилась, удивлённо глядя на тётку. В этот момент ей показалось, что за холодным, отчуждённым фасадом Лидии скрывается что-то более человеческое — неуверенность, даже уязвимость.

— Хорошо, — кивнула она после секундного колебания.