Кукла. Я не заплачу

Глава 40

Барс

Я знал, куда иду. К кому…

Только вот подготовился хреново. Архи хреново…

Во-первых, нужно было выпить чего-то покрепче, чтобы смотреть на мою Куклу расфокусированным, поплывшим взглядом.

Охрененная, черт бы её побрал. Ещё шикарнее, чем была…

Все тоже королевское совершенство, к которому добавилось внутреннее спокойствие и уверенность.

Не девушка, а испытание, которое я позорно проигрывал.

Во-вторых, нужно было притащить для Богомоловой шикарный букет. Возможно тогда наша встреча была бы не похоже на случайность.

Возможно, тогда было бы уместно спросить что-то более важное, чем банальное “как ты” и получить в ответ “все прекрасно”. В то время как мне без неё дышать в тяжесть.

Нужна она мне позарез.

Стоял рядом с ней и перся, как обдолбыш. Улыбался во все тридцать два, и сделать с этим ничего не мог.

А когда понял, что и она все это время следила за моей жизнью, то чуть совсем крышечка не отъехала. И если бы Кукла не остудила мой пыл гневной позой и презренным взглядом, нужно было бы однозначно вызывать экзорциста. Потому что если бы я её коснулся, то однозначно дошёл бы до сумасшествия.

Не девушка, а сердечный приступ…

Моя выдержка и так висела на волоске, а Богомолову ещё и куда-то понесло.

— Нельзя, — услужливо отшила она меня.

Крепился до самого выступления, утешая себя её хоть и мнимым, но присутствием рядом…

А потом в свете прожектора потерял её обворожительную фигурку, и меня накрыло сильнейшей панической атакой. За стоном собственного сердца я перестал слышать и музыку, и аплодисменты. Меня словно перекручивало в месярубке без моей девочки.

Я изо всех сил старался держать себя в рамках концерта, не броситься на поиски Влады.

Но как же мне нужны были ее глаза. Смотрящие только на меня.

Её руки. Обнимающие только меня.

Её губы. Целующие только меня.

Вообще, мне моя Кукла нужна. Нужна прямо сейчас и к черту все остальное.

Я загнусь прямо на сцене от нехватки ее. Потому что увидел, затянулся и снова жёстко подсел…

— Кукла, я знаю, что ты здесь, что ты слышишь меня, — гремел я в микрофон, вглядываясь в заполненный до предела зал.

Пофиг, что зрители пришли слушать песни “Dangerous” и никак не мою исповедь. Пофиг, что у любого мероприятия есть сценарий и временные рамки, даже у благотворительного. Пофиг, что Пума засмеет меня за мои сопли на сцены. Пофиг, что именно сегодня от нас ушла Энн, оставив группу без менеджера, а Дана без любимой девушки. Пофиг, что моё признание будет значить, что я проиграл спор.

Пофиг!

Лишь бы вернуть себе ощущение Куклы рядом.

— Знаю, что первое, что ты захочешь сейчас сделать это убежать. Но не делай этого, пожалуйста. Просто послушай меня… Как белый шум. Как незнакомца, которого видишь впервые. Кукла, я не надеюсь, что после моей исповеди ты тут же бросишься в мои объятия. Хоть я этого и безумно хочу. Скорее всего, ты и завтра, и послезавтра скажешь мне “нельзя”, как сделала это сегодня. Но ничего, у нас с тобой впереди целая вечность, ведь именно настолько я к тебе привязан. Сегодня моя первая спонтанная попытка сказать тебе, что я тебя люблю. Ты, конечно, не поверишь. Но я очень буду надеяться, что сейчас хоть одно мое слово достучится до тебя, до твоего сердца, и ты позволишь мне просто стоять рядом, чтобы снова и снова повторять “люблю”. Знаю, что слов мало после всего того дерьма, что мы наворотили в прошлом. Но, Кукла, мне так плохо без тебя в настоящем. Сегодня утром я соврал, что прямо сейчас живу свою лучшую жизнь. Соврал, чтобы казаться сильнее, счастливее. Вот только впереди снова бесконечно мучительная ночь, а у меня не осталось больше сил засыпать с понимаем того, что ещё один день я прожил без тебя и что завтрашний день не сулит мне ничего другого. Кукла, ты очень нужна мне. Не уверен, что я тебе тоже. Но пожалуйста, дай мне хоть надежду на это. После концерта просто позволь мне подойти к тебе. Заглянуть в глаза, полюбоваться прекрасным вздернутым носиком, улыбкой… Позволь мне хоть на секунду почувствовать твоё присутствие в моей жизни. Без слов, без претензий, без обещаний… Уже это будет для меня хорошим знаком. Верой в то, что впереди у меня есть ты.

Твою мать, это какая-то розовая чухня… Но со сцены не скажешь иначе…

Концерт я отработал на ватных ногах, на дичайшем автопилоте. Не думал ни о чем, лишь о том, как мне страшно. Страшно, как никогда в жизни.

Я боялся, что стихнет музыка и шум толпы.

Погаснут прожекторы, и опустится занавес.

Станет тихо, темно… И одиноко.

Она не придёт.

Совру, если скажу, что понимающе отнесусь к её решению, что стану его уважать.

Нет, твою мать, нет!

Для меня существует только одно будущее. И в нем Влада со мной. Влюбленная, счастливая, моя.

А я все так же до безумия одержим ей.