Страница 34 из 71
Глава 21
Барс
Сам не понимаю, как провернул это с Куклой.
Или она со мной…
Вот она гадливо морщит свой курносый носик, а потом раз и… ХОБА.
Богомолова медленно прикрывает глаза и послушно открывает свой ротик, впуская в него мой язык.
А я то ждал, что меня обругают последними словами, пошлют в далекое пешее, а при худшем раскладе еще и мою симпатичную, то есть не просто симпатичную, а наипрекраснейшую мордашку расцарапают.
Хотя мне однозначно точно было бы все равно на все трепыхания Куклы. Я хотел одного — наказать ее.
Меня окончательно перекрыло эмоциями.
Неконтролируемое состояние.
Я не ощущал вкуса. Не горел страстью. Тело не зудело от жажды, а член не заламывало в штанах.
Но я как поехавший псих кайфовал.
От того, что каким-то неизвестным мне способом приручил эту самку богомола, что она не норовит мне отгрызть голову, а с каким-то невменяемым желанием тянется ко мне всем телом.
Сердце на износ от осознания своей власти над этой горделивой королевишной. Руки тут же взметнулись вверх, прихватив ее за шею и с силой разъединяя наши губы.
Я хренов наркоша, которому мало этой дозы господства. Оглушающий пульс в висках, но я хочу слышать… чувствовать истошное дыхание Влады. Хочу до конца осознать, что не из-за ненависти ее трясущиеся ладошки сжимают мою белоснежную рубашку в кулачки, а для опоры. Что волоски на ее коже встали дыбом не из-за омерзения ко мне, а из-за неконтролируемого возбуждения. Что веки схлопнулись не из-за стыда, а из-за удовольствия.
Не описать. Не объяснить. Не проконтролировать.
Но открывшаяся моему взору картинка лупила меня до черного морока, до электрических разрядов прямо в солнечное сплетение.
Я летел в бесконечную пропасть, в которую меня толкала моя Влада.
Пышущая, горячая, пульсирующая.
— Открой глаза! — в приказном тоне прогремел я.
— Закричи, оттолкни… Сбеги от меня, — беззвучно молил я девушку, которая была словно в трансе.
Ведь я, твою мать, сделаю это…
А самое низкое, что найду себе оправдание…
Сама хотела.
Спор.
И в конце концов, я молодой здоровый парень, не обремененный никакими любовными отношениями, так какого хрена я должен отказывать себе в сексе.
От ее томительного поплывшего взгляда — в мясо, потому что опьяняющее чувство власти над Куклой — это запредельный адреналин.
Чистый кайф.
Отвал башки.
— Тебе хорошо, Влада? — наперекор своему разуму и предостерегающим сиренам в голове хрипел я.
В ответ влажные губы коснулись моей кожи.
Скула… Щека… Шея…
— Блядь, Влада, ты уверена, что готова совратить меня? — спрашивал я больше у себя, чем у нее.
Но снова в противовес своим же мыслям и ощущениям зачем-то притягивал ватное тельце девушки вплотную к себе.
Откровенно говоря, это дерьмовый поворот. Мои предохранители медленно плавились, а, когда вслед за губами Кукла пустила в ход влажный язык, пробки безжалостно выбило.
Пиздец!
Эта сука знала, что со мной делает. Застонала довольно, когда я перехватил ее язык и втянул в себя по самые гланды. Только вот все эти мои защитные манипуляции были совершенно бессмысленны. В действительности я готов был выгибаться домашним котом, лишь бы Влада целовала меня.
Принимала…
Снимала передо мной трусы и гребаную королевскую корону.
Я задыхался не от страсти или дикой похоти, а от радости, что подчинил, сломил это стерву.
Я не стремился к физической разрядке, как обычно, я копил моменты…
Моменты, в которые я был не ушлепком, пронырой и проплаченным мажором, а любимым парнем…
Это звучало слишком ванильно, но противным не было…
Видеть, чувствовать, пробовать на вкус эмоции Куклы — умопомрачительное безумие.
Что — то куда большее чем страсть…
Богомолова льнула ко мне, зарывала свои длинные, тонкие пальцы в мои волосы на затылке и сладко стонала, сбиваясь с темпа.
Она горела.
Ее охуенное тело, к которому я позволил себе прикоснуться, вибрировала как натянутая гитарная струна.
Шёлковые бретельки топа я давно спустил с её плеч, и сейчас эта невесомая деталь гардероба болталась где-то на уровне талии, больше не скрывая возбужденных розовых сосков и отяжелевшую от желания грудь.
Но для меня были лишними все эти тряпочки. Богомолова должна оказаться передо мной ни в чем…
Ни с чем…
На коленях с широко раскрытым ртом, забитым моей аппетитной спермой.
— Антон… — тихонько завыла Кукла, поведя попкой, которая уютно мостилась в моих ладонях.
— Что, малышка?
— Я нравлюсь тебе… как девушка?
Фу, как банально, Богомолова!
А как было легко и весело, когда я думал, что чувства не для пластмассовых кукол…