Аврора. Код любви

Глава 18

Первая попытка

Ольга честно пыталась выбросить Стефана Вяземского из головы. Лекции, семинары, лабораторные — учёба на двух факультетах сразу не оставляла времени на глупые фантазии. Но стоило ей увидеть в коридоре высокую тёмную фигуру, как сердце само собой сбивалось с ритма, а из головы вылетали все мысли.

Она узнала о нём всё, что можно было узнать, не вызывая подозрений. Стефан Вяземский. Третий курс. Лучший на потоке. Нелюдимый, резкий, гениальный. Девушки его боялись и обожали одновременно. Он ни с кем не дружил, никуда не ходил, а всё свободное время проводил в компьютерном клубе — том самом подвале, который официально назывался «Лабораторией вычислительных систем», а неофициально — «берлогой Вяземского».

— Он там живёт, что ли? — спросила как-то Ольга у Оксаны, забежав в бухгалтерию на ставший уже традиционным кофе.

— Почти. — Оксана пожала плечами. — У него там свой угол, он чинит всё, что ломается, и пишет какие-то программы. Говорят, ему даже ключ от подвала отдельный выдали, потому что он последний уходит.

Ольга кивнула, запоминая. Ключ. Подвал. Последний уходит.

План созрел через неделю.

Она взяла в деканате бланк заявления на дополнительный курс по вычислительным методам — совершенно официальный, с печатью и подписью. Ей действительно нужен был этот курс. То, что заявление нужно было отнести именно в компьютерный клуб, потому что преподаватель вёл там консультации, — чистая случайность. Ну, почти.

В тот день она спускалась в подвал с колотящимся сердцем и горящими щеками. На ней было новое платье — простое, тёмно-синее, но оно так удачно подчёркивало её тонкую, как тростиночка, фигуру. Волосы она собрала в небрежный пучок, несколько прядей нарочно выпустила — Оксана сказала, что так «мило и невинно».

Дверь в подвал была приоткрыта. Ольга глубоко вздохнула, поправила волосы и шагнула внутрь.

И замерла.

Стефан сидел за дальним столом, уткнувшись в монитор, а рядом с ним, почти касаясь его плеча своим, стояла она.

Лея.

Эту девушку знали все. Эффектная, с густыми тёмно-каштановыми волосами, которые волнами спадали на плечи, и фигуркой, словно сошедшей с обложки глянцевого журнала. Самая красивая девушка на курсе. А может, и во всём университете.

В одной руке Лея держала флешку, которую протягивала Стефану, как драгоценный дар, а другой активно жестикулировала, рассказывая что-то с таким жаром, будто от этого зависела её жизнь.

— … и я её писала три месяца! Три! А теперь вместо текста — иероглифы! Ты можешь восстановить?

Стефан поднял глаза от монитора, взял флешку и вдруг посмотрел прямо на Ольгу. Она вздрогнула. Его серые глаза на мгновение задержались на ней — без интереса, без любопытства, просто фиксация объекта в пространстве.

— Чего тебе? — спросил он ровно.

Ольга открыла рот, чтобы ответить. У неё был заготовлен целый текст: «Здравствуйте, я Ольга, мне нужно передать заявление профессору Богословскому, он сказал, что будет здесь…» Но ни одного звука не вырвалось.

Потому что в этот момент Лея окинула её быстрым, оценивающим взглядом, но тут же потеряв всякий интерес, снова развернулась к Стефану.

— А ты всегда такой хмурый? — защебетала она, наклоняясь ближе к нему. — А что ты слушал, когда я вошла? Дай посмотреть плейлист!

Стефан что-то буркнул в ответ, но Ольга уже не слышала. Она стояла в дверях, сжимая в руках ненужное заявление, и чувствовала, как внутри что-то медленно, мучительно сжимается.

Он сразу же забыл о её существовании, даже не соизволил посмотреть, задержать взгляд. А на Лею смотрел иначе. С раздражением, за которым уже угадывался интерес.

Ольга попятилась к двери.

— Я… я позже зайду, — прошептала она, но никто не услышал.

Она выскользнула в коридор и прислонилась спиной к холодной стене.

Как глупо.

Она ведь даже не была с ним знакома. Он ей никто. Просто парень с серыми глазами, который однажды буркнул «меня трудно заметить» и ушёл, не обернувшись.

Но почему-то стереть его образ из памяти оказалось так сложно!

Оля глубоко вздохнула, скомкала заявление и выбросила в урну. Ты еще обо мне услышишь, Стефан Вяземский!

Вечером она сидела в своей комнате, обхватив колени руками, и тихо плакала. На столе лежал учебник по клинической психологии, открытый на главе «Эмоциональная привязанность и механизмы её формирования». Ирония да и только.

Дверь приоткрылась, и отец заглянул в комнату.

— Ты какая-то грустная сегодня. Всё в порядке? К ужину не спустилась.

— Да, пап. Просто устала.

Он прошёл, сел на край кровати, помолчал. Потом сказал тихо:

— Знаешь, когда мне было двадцать, я влюбился в одну девушку. Красивую, яркую, все парни за ней бегали. А она выбрала моего лучшего друга. Я тогда думал — жизнь кончена.

Ольга подняла на отца глаза.

— И что ты сделал?

— Ничего. Просто жил дальше. Учился, работал, писал свои первые статьи. А через три года встретил твою маму и понял, что та первая любовь была просто… репетицией.

Он встал, потрепал её по голове и пошёл к двери.

— Ты умная, красивая и талантливая. У тебя всё будет. Просто не всегда в жизни случается так, как мы себе придумали.

Отец ушел, а Ольга еще долго обдумывала сказанные им слова. Потом встала, включила ноутбук и открыла файл с темой диплома.

«Искусственный интеллект в психологии: применение игровых механик и чат-ботов для терапии депрессивных состояний».

Она набрала первые строки.