Страница 18 из 31
Увидев Флориана, Арий с Региной застыли на пороге. Когда первый шок прошел, бросились его обнимать, тормошить. Он отдал им привезенные деньги, письма от Иларии и Гранона, стал рассказывать, как дела в обоих имениях. Сказал, что всё замечательно. Господин Гранон прекрасно управляет всеми землями. Илария ведет дом в Хионе, как и раньше. Очень скучает по своей воспитаннице. А как узнала, что Регина ждет ребенка, так порывалась поначалу ехать сюда вместе с Флорианом. Но господин Гранон ей отсоветовал. Возраст, здоровье… Да и негоже оставлять Хион без хозяйского надзора. Поэтому Илария и в письме написала, и на словах велела передать, чтобы Регина берегла себя, не перетруждалась, питалась хорошо. И главное – чтобы заранее нашла хорошую повивальную бабку и поселила в доме. Это чтобы не пришлось в случае чего разыскивать повитуху в спешке, да еще и среди ночи.
Слушая слугу, Регина улыбалась, кивала, смахивала слезы. Ах, как бы она хотела сейчас увидеть свою дорогую Иларию! Понимала, что Илария хочет видеть ее не меньше, но что поделать, если жизнь так сложилась… Письмо пока что распечатывать не стала. Оставила это удовольствие на потом. Хотела прочитать в тишине и полном одиночестве, как будто пошептаться с кормилицей.
Арий же успел и деньги пересчитать, и письмо от своего управляющего прочесть.
Спросил слугу:
– А что ж ты так долго не возвращался? Мы уж извелись тут все… Не знали, что и подумать!
– Так ведь не мог я с такими деньгами в одиночку ехать. Вы же сами мне наказывали, чтобы к обозу пристал. А обозы из столицы все какие-то ненадежные уходили. Три-четыре телеги – разве это обоз? И охраны никакой… Пришлось выжидать. Наконец-то нашел, что мне надо было: двенадцать повозок, да сорок человек охраны. Серьезный купец, даже богаче, чем господин Прокул. Вот к ним я и пристал. Только ехать пришлось долго: ведь это здесь еще тепло, а там у нас уже осень, дожди, распутица. Колеса в грязи вязнут, кони еле тащат. А мне куда деваться? Не брошу же обоз, не поскачу один… Вот потому и задержался сильно. Зато вместе с ними доехал почти до места. Утром только с обозом распрощался, свернул сюда, на Пирин.
– Молодец, Флориан! – похвалил Арий. – Как всегда, всё выполнил в лучшем виде, не подвел меня. Наградить тебя собираюсь за верность. Проси, чего хочешь.
Флориан глянул на Флавию. Та порозовела и глаза опустила. Флориан, улыбнувшись, сказал:
– Прошу вас, господин, позволить мне жениться на Флавии. И вас, госпожа Регина, тоже прошу не чинить нам препятствий.
Регина ахнула:
– Вот это поворот! Не ожидала, честно… И почему это я буду чинить препятствия? Наоборот, я очень рада! Но… я не понимаю… Вы же терпеть друг друга не могли!
– Мы уже передумали, – ухмыльнулся слуга и подмигнул Флавии. – Решили, что хватит нам ругаться, пора объединиться в семью!
Арий захохотал:
– Ах ты шельма, всех провел, хитрец! Ну, совет вам да любовь…
Пережив шок, связанный с замужеством любимой женщины Элим продолжил заниматься проблемами герцогства, однако без особого рвения. Рутина его раздражала, радости не мог найти ни в чем. Опять придворные дамы ищут его благосклонности, но в мыслях у него только Регина. Понимая, что потерял ее окончательно, причем по своей вине, то и дело утешал себя мыслью: могла бы стать герцогиней и вместе с ним править, как и предсказывала повитуха. Но вместо этого вышла замуж за бедного и почти безземельного, а теперь еще и жить вынуждена далеко от дома, на чужбине. Да и то потому только, что не хочет видеть Элима в непосредственной близости от себя. Но тут она права, конечно. Если бы продолжала жить в Хионе, он бы не оставил ее в покое. Находил бы поводы то и дело видеться с ней.
Да он бы и сейчас поехал куда угодно, чтобы увидеть ее хотя бы издали. Но где искать беглянку? Старая Илария не захотела говорить, и тут уж ничего не поделаешь. У старухи крутой характер, да и зла на него сильно. Не скажет, можно даже не рассчитывать на ее помощь. Элим даже до того дошел, что засылал на земли Хиона лазутчиков. Как бы обычных путешественников, которые, проезжая через Хион, совершенно невинно интересовались, где же хозяйка имения. С герцогом крестьяне даже говорить бы побоялись, а вот простым путникам могли бы сказать. По крайней мере, Элим на это рассчитывал. Однако крестьяне тоже не помогли. Не то чтобы хранили тайну, нет. Просто не знали. Твердили, что хозяйка уехала не то к морю, не то за море. Точнее сказать не могли.
Элим даже не удивился. Оскорбленная им Регина, обидевшись, и вправду могла уехать в заморские земли. С нее станется! После того, что она провернула в Харите, да еще и в одиночку… Что ей стоит море переплыть? А теперь у нее есть муж, так она осмелела еще больше. И где ее теперь искать? У короля, конечно, можно было бы спросить. Но там отношения испорчены. Именно из-за притязаний герцога на Регину король вычеркнул Элима из числа претендентов на руку кузины. Еще и дал понять, что не потерпит больше такого безобразия. Если сейчас разозлить короля, так можно враз лишиться титула. А ему герцогская корона пока что не жмёт… Зря Регина от нее отказалась, ой зря…
Иногда Элим задумывался: а позволил бы он ей править наравне с ним? И каждый раз приходил к мысли, что – нет. Ему было бы приятно иметь ее рядом, в поле зрения, но позволить женщине вмешиваться в государственные дела – это незачем.
Спустя какое-то время он окончательно примирился с поражением, почти успокоился и начал мечтать о том, что ее муж может умереть или погибнуть, и она станет свободной. Сможет ли он тогда предложить ей руку? Понимал, что – да, конечно! Пусть она уже не будет юной и невинной, но это не важно. Главное – это поможет заполучить ее. Поэтому принял окончательное решение: не спешить с женитьбой, отваживать невест, ждать развития событий. Время же пока что терпит.
А в Пирине дела шли своим чередом. Весной родился долгожданный малыш, которому дали красивое имя Сильван. Радости Ария не было предела: наследник! Он удивлялся, как круто изменилась его жизнь. Раньше у него не было ничего, кроме секретарской работы. И вдруг – как по волшебству: Чанар в наследство, жена замечательная, интересная и важная работа по управлению имением на побережье, связь с морской торговлей… Это всё кружило голову. А теперь – еще и сын, наследник!
Регина с Флавией хлопали над малышом крыльями, как две наседки. А верный паж Риан просто отказывался уходить из комнаты Сильвана. Говорил, что будет всегда охранять покой наследника. И даже тогда, когда к малышу приставили няньку, Риан остался при Сильване.