Страница 25 из 38
куртка задымилась и лопнула по швам, когда татуировки полыхнули фиолетовым.
– Ваал прислал Палачей. Он больше не играет.
– Ксандр, их пятеро!
– Я вижу.
– Ты не можешь драться с пятерыми! Ты же сам говорил – после каждого боя тебе
нужна подзарядка!
– Значит, сегодня я буду экономить. Беги к машине!
– Нет, – я поднялась, чувствуя, как адреналин сжигает страх. – Я не бегу. Где
«Лада»?
– Лена, в этот раз их пятеро! Машина не...
– Где. «Лада».
– За углом. Но...
Я уже бежала.
За спиной раздался грохот – Ксандр столкнулся с первыми двумя Палачами. Земля
под ногами задрожала, фонарный столб рядом лопнул, как спичка.
Я добежала до «Лады», рухнула за руль и завела мотор. Руки дрожали, но голова
работала ясно. Пять дней назад я сбила одного Посланника. Сегодня их пятеро.
Машина не поможет.
Но машина – не единственное, что у меня есть.
Я схватила телефон и набрала номер.
– Лейтенант Соколов? Это Маркова. На набережной канала драка. Пять человек в
серых костюмах нападают на моего помощника. Да, того самого. Нет, не пьяные.
Вооружены. Приезжайте быстро.
– Мы будем через семь минут, – отозвался Соколов.
Семь минут. Мне нужно было дать Ксандру семь минут.
Я вырулила на набережную. Картина, которую высветили мои фары, была из кошмара.
Ксандр дрался с тремя Палачами одновременно, двух он уже вывел из строя –
серые кучки пепла дымились на мокром асфальте. Но оставшиеся трое были
быстрее и злее. На его плече виднелась длинная рваная рана, из которой
сочился не кровь, а густая, фиолетовая жидкость.
Один из Палачей отделился от схватки и двинулся к машине. Ко мне.
Я включила дальний свет и врубила клаксон. Непрерывный, оглушительный вой
«Лады» разорвал ночную тишину. Окна в ближайших домах начали загораться.
– Ментальный фильтр, Ксандр! – заорала я через открытое окно. – Люди видят
«драку»! Чем больше свидетелей – тем сложнее Посланникам действовать!
Ксандр, отбиваясь от двоих, успел обернуться. И я увидела – он понял. Он
усмехнулся окровавленными губами и рявкнул что-то на адском. Его татуировки
полыхнули так, что стало светло как днем.
Палачи замерли. Вокруг набережной уже собирались люди – в халатах, с
телефонами, снимая на камеру. Ментальный фильтр работал: они видели просто
«уличную драку» и «светошумовые эффекты». Но для Посланников это означало
другое – слишком много глаз, слишком много внимания, слишком большой риск
привлечь силы, которые даже Ваал не хотел тревожить.
Палач, который шел к моей машине, остановился. Его безликое лицо повернулось к
толпе, потом обратно ко мне.
– Это временная мера, Маркова, – прошипел он. – Свидетели не будут рядом
всегда. А мы – будем.
Они растворились. Просто исчезли, как дым на ветру.
Вдалеке завыла полицейская сирена.
Я выскочила из машины и бросилась к Ксандру. Он стоял, пошатываясь. Рана на
плече дымилась.
– Ксандр! Ты...
– Жив, – он поймал мою руку и прижал к своей груди. Сердце под моей ладонью
билось – бешено, неровно. – Лена... ты вызвала полицию?
– И свидетелей. И клаксон. И дальний свет.
– Ты использовала ментальный фильтр как оружие, – он смотрел на меня так, будто
видел впервые. – Ты поняла то, что не понимают даже высшие демоны: толпа –
это щит.
– Я адвокат, Ксандр, – я осторожно осмотрела его рану. Фиолетовая жидкость уже
загустевала, края затягивались. – Мы умеем использовать систему. А теперь
пошли в машину, пока Соколов не приехал и не начал задавать вопросы, на
которые у нас нет ответов.
По дороге домой я скинула Соколову сообщение: «Ложная тревога. Хулиганы
разбежались. Извините за беспокойство». Он ответил матерным стикером
Дома я усадила его на кухне и достала аптечку. Рана уже почти затянулась –
демоническая регенерация, – но я все равно протерла края перекисью водорода.
Ксандр зашипел.
– Щиплет, – констатировал он с оскорбленным видом.
– Терпи. Бывший прапорщик Петрович терпел и не пищал.
– Петрович не получал удар клинком из чистой энтропии.
– Петрович получал удар сковородкой от жены. Поверь, сопоставимо.
Ксандр фыркнул. Потом поморщился от боли и засмеялся.
Я сидела перед ним на корточках, промакивая рану ватным диском. Его колено
касалось моего бедра. Его рука лежала на моем плече – для равновесия, якобы.
Но пальцы слегка сжимали ткань моего пальто, и от этого прикосновения по
спине бежали искры. Не магические. Просто... искры.
– Лена, – сказал он тихо.
– М?
– Третье свидание не засчитано.
– Почему? – я подняла голову.
– Потому что оно было прервано. А значит – не считается. Мне нужна пересдача.
– Ты сейчас торгуешься? – я невольно улыбнулась. – Со мной? С адвокатом?
– Я торгуюсь за право сделать все правильно, – он наклонился. Его лицо было
совсем близко. – Без Палачей. Без крови. Без «Лады» в качестве тяжелой
артиллерии. Просто ты и я.
– Ксандр...
– Завтра, – прошептал он, и его дыхание обожгло мои губы. – Дай мне завтра.
Я смотрела в его золотые глаза. В них отражался кухонный свет и мое собственное
лицо – уставшее, с темными кругами, но живое.
– Завтра, – согласилась я.
Он коснулся губами моего лба. Легко, невесомо. Не поцелуй – обещание. И
отстранился.
– Спи, Лена, – сказал он, откидываясь на стуле. – Завтра я буду ухаживать так,
как не ухаживал ни один демон за три тысячи лет.
– Ты единственный демон, который вообще пытается ухаживать, – пробормотала я,
поднимаясь. – Спокойной ночи, Инквизитор.
– Спокойной ночи, адвокат.
Я ушла в спальню и легла, не раздеваясь. За стеной Ксандр тихо шуршал –
кажется, снова смотрел YouTube. На этот раз, наверное, «Как устроить
идеальное свидание. Топ-10 советов».
Я улыбнулась в подушку и закрыла глаза.
Завтра.