Страница 26 из 38
Глава 16. Пятница
Я проснулась от запаха. Не гари – впервые за неделю. Пахло чем-то теплым,
сдобным и абсолютно невозможным для моей кухни.
Я лежала с закрытыми глазами и пыталась вспомнить, когда в последний раз
просыпалась вот так – без звонка будильника, без паники, без ощущения, что
мир вот-вот рухнет. Просто запах выпечки и тихое мурлыканье Прецедента у
меня в ногах.
Потом я вспомнила. Пятница. Третье свидание. Завтра – это сегодня.
Я натянула халат и вышла на кухню.
Ксандр стоял у плиты. Фартук «Queen of the Kitchen» был на месте. На столе –
тарелка с блинами. Настоящими, тонкими, золотистыми блинами, сложенными
аккуратной стопкой. Рядом стояла банка меда, которой я точно не покупала.
– Откуда мед? – это было первое, что я спросила.
– Выменял, – Ксандр перевернул очередной блин. Движение было отточенным – он
явно практиковался не один час. – Вчера вечером, когда ты уснула. Вышел
изучить периметр, встретил бабушку на первом этаже. Она дала мне мед в обмен
на то, что я передвинул ей шкаф.
– Ксандр, этот шкаф весит килограмм двести.
– Двести тридцать, – уточнил он. – Она была впечатлена. Сказала, что я «хороший
мальчик» и спросила, женат ли я.
Я села за стол и взяла блин. Откусила. Тонкий, хрустящий по краям, мягкий в
середине. Идеальный.
– Ксандр, – я жевала, не веря своим вкусовым рецепторам. – Как?
– Видео номер сорок семь, – спокойно ответил он. – «Блины как у бабушки.
Секреты и лайфхаки». Я посмотрел его четыре раза. И еще три видео про
технику переворачивания. У женщины из видео был плохой захват запястья, я
скорректировал.
– Ты скорректировал захват запястья... при переворачивании блинов.
– Боевой опыт, Лена. Он применим везде.
Я засмеялась. Он смотрел на меня и тоже улыбался – краешком рта, едва заметно,
но в его глазах плясали теплые искры. Не золотые, не хищные. Просто теплые.
После завтрака он сказал:
– Сегодня ты не работаешь.
– Ксандр, у меня апелляция...
– Подана. Вчера. Пока ты спала. – Я отправил их через твою магическую систему.
«Гос-услуги».
Я поперхнулась блином.
– Ты взломал мои Госуслуги?! Ксандр, там двухфакторная аутентификация!
– Я убедил твой светящийся прямоугольник, что я – это ты. Код пришел на
телефон, я ввел его. Боевая тактика: используй оружие врага против него
самого. Формулировки в жалобе, кстати, были безупречны.
Я открыла ноутбук. Письмо было отправлено. В теле письма значилось: «Уважаемый
суд, направляю апелляционную жалобу. С уважением, Е.Д. Маркова. Стажер К.
Ксандров». Формулировки были безупречны.
– Ты... – я подняла на него глаза. – Ты за ночь освоил юридическое
делопроизводство?
– Я за ночь прочитал три тома, которые ты мне давала. У меня идеальная память.
И мне не нужен сон. Лена, сегодня – твой день. Никаких исков. Никаких
Посланников. Никаких попугаев.
Он протянул мне куртку.
– Куда мы идем? – спросила я.
– Гулять, – ответил он. – Правильно.
Мы ехали в «Ладе», которая жалобно скрипела помятым бампером на каждой кочке.
Ксандр сидел на пассажирском сиденье и давал указания, сверяясь с телефоном,
– он освоил навигатор, хотя несколько раз назвал его «магическим оракулом,
который постоянно врет».
Мы приехали в Серебряный Бор.
Я не была здесь лет пять. Сосновый лес, озеро, тишина. Рабочий день, поэтому
почти пусто – только пара собачников и старик с удочкой.
– Почему сюда? – спросила я, когда мы шли по тропинке вдоль воды. Листья под
ногами шуршали, пахло хвоей и приближающимся холодом.
– Здесь много живой земли, – Ксандр шел рядом, и его шаг был непривычно
медленным. Он подстраивался под мой ритм. – И нет бетона. И тихо. Ты любишь
тишину, Лена. Я заметил. Ты разговариваешь весь день, но по вечерам, когда
думаешь, что я не вижу, ты просто сидишь у окна и молчишь. Тебе нужна
тишина, как мне нужна земля.
Я не нашлась, что ответить. Он заметил. Он заметил то, чего не замечал Кирилл
за два года совместной жизни. Что мне нужна тишина. Что я устаю от
собственного голоса.
Мы вышли к маленькому пляжу. Песок был серым и холодным, вода – темной и
спокойной. Ксандр сел прямо на песок. Я села рядом.
– Расскажи мне что-нибудь, – попросила я. – Не про Ад. Про себя.
– Что именно?
– Что ты чувствовал, когда оказался на моем столе? В самый первый момент.
Он долго молчал, глядя на воду. Потом заговорил – медленно, подбирая слова, как
человек, который разучился быть откровенным.
– Злость, – сказал он. – Сначала. Триста лет в ожидании, а потом – кухня.
Крошки. Счета. Женщина в мятой рубашке и штанах с котиками. Я думал, это
оскорбление. Что мироздание смеется надо мной.
– А потом?
– А потом ты сказала «слышь», – он усмехнулся. – И посмотрела на меня так,
будто я – не верховный инквизитор, а сантехник, который пришел без
предупреждения. И я понял, что за три тысячи лет никто – ни один демон, ни
один смертный – не смотрел на меня без страха. Или без жадности. А ты
посмотрела с раздражением. Это было... освежающе.
– Освежающе, – повторила я. – Ты хотел сожрать мою душу, а я тебя освежила.
– Ты заставила меня почувствовать себя... обычным, – он повернулся ко мне. – Не
инквизитором. Не оружием. Просто существом, которое сидит на чужой кухне и
не понимает, как работает тостер. И это... это было лучшее, что со мной
случалось.
Ветер с озера забрался мне под воротник. Я поежилась, и Ксандр, не говоря ни
слова, придвинулся ближе. Его плечо – горячее, как всегда – прижалось к
моему. Я не отодвинулась.
– Ксандр, – прошептала я. – Я боюсь.
– Чего?
– Того, что будет после третьего свидания. Того, что я перестану контролировать
ситуацию. Я всю жизнь все контролировала. Суды, клиентов, бывшего... А с
тобой я не могу.
– Почему?
– Потому что ты – не человек. Потому что через месяц или год ты вернешь свой
трон и уйдешь. А я останусь здесь с котом, ипотекой и воспоминаниями о
демоне, который приносил мне одуванчики.
Он повернулся ко мне всем телом. Его рука поднялась и убрала прядь волос с
моего лица. Пальцы задержались на щеке – горячие, чуть шершавые.
– Лена, – сказал он. – Я не знаю, что будет через месяц. Я прожил три тысячи