Страница 19 из 38
Через двадцать минут он вернулся. В руках у него был пучок одуванчиков.
– Вот, – он протянул их мне. Одуванчики были мятыми, один уже облетел, а на
стеблях виднелись комочки земли. – Ты сказала: цветы. Я нашел цветы.
Я посмотрела на одуванчики. Потом на него. Потом снова на одуванчики.
– Ксандр... это сорняки.
– Они желтые. Они растут из земли. Они живые. Это цветы.
– Ты выдрал их с газона у подъезда?
– С газона у соседнего подъезда. Ваш газон был пуст.
Внутри боролись два чувства: желание рассмеяться и желание расплакаться.
Победило первое.
– Спасибо, Ксандр, – я взяла одуванчики и поставила их в кружку с водой. – Это
самый честный букет, который мне когда-либо дарили.
– Честный?
– Мой бывший дарил мне розы, купленные на заправке. Они были идеальные и
абсолютно бездушные. А эти... – я покрутила кружку, – эти настоящие. Ты сам
их выбрал.
– Я выбирал самые крупные, – серьезно сказал он. – И самые желтые. Желтый –
цвет солнца. Ты говорила, что солнце здесь главное.
Я отвернулась, делая вид, что мою посуду. Мне нужна была секунда, чтобы
справиться с предательским щипанием в глазах. Демон из Ада принес мне
одуванчики, потому что запомнил, что я сказала про солнце. В субботу утром.
Мимоходом. А он – запомнил.
«Маркова, не смей, – приказала я себе. – Это демон. Не ведись на сорняки».
Но сорняки стояли в кружке на подоконнике, и их желтые головы ловили последние
лучи закатного солнца. И это было красиво.
Вечером, когда за окном стемнело и город зажег свои желтые огни, мы снова
сидели на кухне. Я – за ноутбуком, он – с книгой «Гражданское право. Том
первый», которую читал вверх ногами и, кажется, не замечал.
– Ксандр, книга перевернута, – сказала я, не отрывая глаз от экрана.
– Я знаю. Так интереснее. Ваши законы в перевернутом виде напоминают адские
указы. Та же бессмыслица, но с претензией на логику.
Я хмыкнула.
– Ксандр, можно личный вопрос?
– Можно, – он отложил книгу.
– Ты... скучаешь? По дому. По Пятому кругу. По своему трону и всему этому.
Он долго молчал. Прецедент, воспользовавшись паузой, запрыгнул к нему на колени
и устроился клубком. Ксандр машинально погладил его за ухом.
– В Пятом круге нет котов, – наконец сказал он. – Нет яичницы. Нет одуванчиков.
Нет... – он посмотрел на меня, и его взгляд был таким, что у меня
перехватило дыхание, – нет женщин, которые бьют демонов машинами и требуют
свиданий перед спасением мира.
– Это не ответ на вопрос.
– Это именно ответ, Лена.
Мы снова замолчали. Часы тикали. Кот мурлыкал. За стеной у соседей играло радио
– что-то хриплое и старомодное.
– Завтра мы едем к Петровичу, – сказала я, захлопывая ноутбук. – Спасать
попугая. Тебе понадобится... терпение. Много терпения.
– У меня было три тысячи лет тренировки.
– Ты не знаешь Петровича, – я встала и направилась в спальню. В дверях
остановилась. – И, Ксандр?
– Да?
– Одно свидание засчитано. Осталось два.
Он не ответил. Но когда я закрыла дверь, мне показалось, что я услышала тихий
смех. Не хищный и не насмешливый. Просто... счастливый.