Страница 2 из 75
Ну и как вишенка на торте — грубые подсчёты на основании официальной статистики по Узбекской СССР, как пример того, что вместо помощи союзному бюджету республика наоборот получает дотации и фактически разворовывает его.
И тут у руководства страны случился первый и весьма серьёзный конфликт с главами национальных республик, вполне серьёзно считавших, что русские как всегда за них повоюют, а после всё восстановят и уйдут, не мешая им жить привычным кишлаком.
Да, Сталин и сам был так называемым «национальным кадром» но как никто он понимал. что потеря государствообразующей нации, куда серьёзнее чем может показаться на первый взгляд, поэтому всем главам республик было сделано короткое но весьма жёсткое внушение. И главы республик, не желавшие визита в их уютные национальные помоечки, подразделений НКВД, СМЕРШа и военной разведки, отступились, но конечно немало напряглись, потому как Наркомфин стал пересматривать все финансовые и товарные потоки особенное внимание уделяя южным республикам, беспощадно урезая обратный поток средств и ресурсов.
Не стоило никакого труда выяснить кто был автором доклада резко уменьшившего дотации из Центра, и на Штурмина полились анонимки куда приплели даже придуманные связи с Любовью Орловой и вызывающая всеобщее внимание машина.
Но машина ерунда, а вот то, что кляузники стали писать и распускать слухи про всеобщую любимицу Орлову, Берия терпеть не стал, и десятка два человек для начала проснулись ночью от стука в дверь, затем проехались на казённом фургоне до Лубянки, и уже там, сбивчиво, торопясь и потея, но правдиво и полно, ответили на вопросы следователя.
Фактический руководитель Узбекистана[4] Усман Юсупович Юсупов, не был идейным подонком. Просто карьерист и как он сам считал, гениальный игрок в Кремлёвские шахматы, тихо доивший центр в пользу республики, и конечно не забывая ни себя ни многочисленных родственников. Но тут он допустил фатальный просчёт, и стоило следователям копнуть чуть глубже и передать материалы по команде, как они в тот же день оказались на столе у Берии.
И там в документах были не только расправы с неугодными, что в стране победившего пролетариата являлось нормой, но и то, за что в СССР лишали «живота и состояния» невзирая на должности. Он подтасовывал и фальсифицировал собранные на войну материалы и ресурсы приписывая республике до тридцати процентов сверх реальности[5], а деньги центра тратил в основном на красивые дома для своих людей и красивую жизнь.
Но подобные кадровые решения находились вне поля ответственности Берии, и он отправил документы спецкурьером Сталину. Не привёз сам, и даже не позвонил предварительно, а просто отправил специальным конвоем, папку, запечатанную как материалы атомного проекта.
Конечно Иосиф Виссарионович прекрасно понял смысл демарша своего соратника. Берия хотел дистанцироваться от любого личного мнения по данному вопросу, полностью предоставив бремя решения главе страны.
Но проблема заключалась в том, что вся конструкция многонационального государства стояла на неформальных договорённостях с элитами окраин. Да, на словах они все ратовали за коммунизм, дружбу народов и всё хорошее, но на деле либо безуспешно воевали с кишлачным образом мышления, либо просто смирялись с ним, и возглавляли процесс, и второе случалось намного чаще чем первое.
Вообще концепция многонационального государства, где как бы имеют равные права все национальности, немало усложняла жизнь и управление в стране, но самое главное не отвечала на совсем простой вопрос, а как там с правами русских? Да, РСФСР формально существовал, но скорее для консолидации всех разнокалиберных субъектов федерации в один управляемый модуль. Автономные республики, края, области и города центрального подчинения. При этом сами наркоматы РСФСР существовали во многом формально, реальной управленческой деятельностью не занимаясь, а перекинув всё на союзные органы. Но и им было проще замести тему под ковёр, чем реально осуществлять какие-то шаги. Вот и существовали пятнадцать союзных республик, и формально главная, а по сути просто серая промежуточная зона, планомерно и системно разграбляемая соседями — «братскими народами».
Сталин много лет заведовавший национальным отделом ЦК лучше всех понимал этот механизм, как он работает, и вообще именно он был главным инициатором его создания. И именно он, как никто понимал, что время этого многоголового монстра прошло. Но сейчас его интересовал взгляд одного человека, и он, вызвав в кабинет секретаря коротко бросил.
— Генерала Штурмина ко мне. Срочно.
Поскрёбышев, коротко кивнул, и вышел, аккуратно прикрыв дверь, а через полчаса, Алексей уже сидел в приёмной, вычищенный и наглаженный, словно перед парадом.
— Заходите товарищ генерал-майор. — Поскрёбышев сделал приглашающий жест, и Алексей, оставивший оружие в машине, не задерживаясь возле столика где визитёры оставляли пистолеты, зашёл внутрь,
Здесь в кремлёвском кабинете Сталина он находился в первый раз, и цепко всё осмотрел, чуть задержавшись на большой хрустальной пепельнице, куда Сталин ломал папиросы Герцеговина — Флор, перед тем как забить табак в трубку.
— Здравия желаю, товарищ Сталин.
— Садитесь товарищ Штурмин. — Сталин показал на стул, и пододвинул к себе тоненькую папку. — Вот жалуются на вас. Пишут, что увели настоящую красавицу, ездите на иностранной машине, и живёте в огромной квартире. Прям таки целый набор вопиющих нарушений. — Сталин усмехнулся. — Но, если серьёзно, хотел бы услышать ваше, личное мнение, по вопросу национальных окраин, и их отношений с центром. Понимаю, что знать тему в тонкостях вы не можете. Не ваша специальность, как вы говорите. Но уж мнение то у вас наверняка есть. Тем более что в записке по русскому вопросу тень этого мнения проскользнула. — Сталин замолчал и кивнул, разрешая Штурмину говорить.